Россия — Иран: камбэк золотого стандарта?
Этот текст написан в Сообществе, в нем сохранены авторский стиль и орфография
По сообщению Forbes Russia, Россия и Иран начали обсуждать создание привязанного к золоту совместного стейблкоина. Центробанк Ирана обсуждает с Россией возможность создания токена, который мог бы заменить во внешнеторговых расчетах доллар, а также не отличающиеся курсовой стабильность рубль и иранский риал — несмотря на то, что последний, в отличие от рубля, таргетируется иранским центральным банком, то есть, диапазон его колебаний периодически корректируется для избежания экономических последствий. Судя по слухам, такой токен будет обеспечиваться золотом, то есть будет работать как стейблкоин — криптовалюта, привязанная к курсу фиатных (обычных) денег. У России и Ирана довольно много физического золота в резервах, поэтому технически привязку осуществить не так уж сложно. Здесь также важно взаимное доверие к аудиту, поэтому хорошо было бы для этой цели иметь специальную аудиторскую фирму, состоящую из представителей обеих стран.
Недавно президент Кении Уильям Руто в своём выступлении рекомендовал своим гражданам, у которых есть доллары США, избавиться от них. «Делайте то, что должны сделать» — сказал он. По его словам, это надо сделать безотлагательно, поскольку рынок изменится в течение нескольких недель.
Торговля в национальных валютах появилась задолго до прошлогодних событий и жёсткого введения санкций против России, сделавших для нас практически невозможной коммерческие расчёты с внешними контрагентами за привычные ранее валюты — доллары и евро. Но и контрпредложение Минфина по открытию импортёрами счетов в рублях в российских банках для возможности осуществлять предоплату также не получило особого дальнейшего развития. Западные импортёры попросту боятся навлечь на себя проблемы подобными действиями, хотя, между прочим, даже Венгрия вначале особо не возражала против такого положения вещей.
Между тем, ситуация с рублём как возможным средством международных расчётов весьма осложняется отвязкой российской нацвалюты от бивалютной корзины, произошедшей ещё осенью 2014 г. В ту пору над стандартами и планами Банка России сильно довлело мнение «авторитетных иностранцев». Среди прочего, российские банкиры сильно переживали по поводу статуса России как страны с рыночной экономикой. МВФ время от времени вбрасывал предостережения в адрес России, что до тех пор, пока Россия не отпустит рубль в свободное плавание, речи о статусе страны с рыночной экономикой быть не может. Судя по всему, российский финрегулятор в конце концов поддался именно этим увещеваниям и всё-таки решился отпустить рубль в свободное плавание, но что самое печальное — по факту, в самый неподходящий момент — накануне шквального обвала нефтяных котировок на мировых биржах. В результате, отвязанный от основных валютных бенчмарков рубль в одночасье спикировал до отметок близких к 100 за доллар. Многие ещё помнят панику тех месяцев, когда накануне нового 2015 г. россияне бросились в гипермаркеты электроники скупать смартфоны, пылесосы, стиральные машины и холодильники.
Но отдалённые последствия этого сомнительного решения мы испытываем и сейчас. Рубль, по сути, остаётся малопригодной для внешнеэкономических расчётов валютой по причине его избыточной волатильности. Во многих переговорах последних месяцев о налаживании прямых расчётов между Россией и такими странами как Индия, Египет, Бразилия и даже Турция с её нестабильной валютой — доминировали опасения наших торговых контрагентов по поводу стабильности рубля. Ввести вновь таргетирование нацвалюты по принципу бивалютной корзины мы сейчас уже не в состоянии — у нас попросту нет для этого бюджетных ресурсов!
Но вопрос дедолларизации внешних торговых потоков для России стоит в нынешней ситуации крайне остро. Многие российские политики и министры понимают, что западные санкции продлятся не год и не два. Вероятнее всего, эта ситуация продлится десятилетия или даже дольше — следовательно, вопрос взаиморасчётов по внешнеторговым операциям является едва ли не самым главным во всей нынешней экономической доктрине России. Этот вопрос в любом случае нам придётся решать — что называется, не мытьем так катанием.
Цифровой рубль, который сейчас проходит тестирования в нескольких российских банках, сам по себе вряд ли можно рассматривать как решение данного вопроса. Переход национальных валют на блокчейн — вопрос практически решённый исходя из высоких темпов цифровизации глобального финансового сектора. Суверенные цифровые валюты сейчас проходят тестирования как минимум в двух десятках стран на всех континентах, и отставание для России в этом плане было бы априори невыигрышно.
Однако волатильность рубля вряд ли поможет усилить его позиции после цифровизации. Здесь необходим какой-то другой подход. Вначале в нескольких российских банках — в том числе, в оказавшемся под тяжелейшими санкциями Сбербанке — начали разрабатывать возможность внешнеторговых расчётов в криптовалютах, и даже для этого запустили специализированную платформу. Однако на практике оказалось, что для крупных контрактов на суммы, исчисляемые сотнями миллионов долларов, подобные каналы взаиморасчетов по-прежнему не подходят.
Таким образом, экспортёры вновь вернулись к исходной позиции: необходимо вести расчёты в реальных валютах, но при этом каким-то способом снизить волатильность рубля не прибегая к перепривязке его к бивалютной корзине. В данном контексте весьма очевидным решением выглядела бы привязка рубля к золоту — то есть, по факту то, что многие экономисты называют кошмарным сном доллара — возвращение некоторых валют к золотому стандарту. Но потянет ли ЦБ и российский финансовый сектор превращение последней неподсанкционной части золотовалютных резервов в залог стабильности нацвалюты? Можно, правда, предположить, что тренд на ограничение экспорта золота с целью формирования повсеместных залогов под стабилизацию нацвалют, сам по себе вызовет ралли в котировках золота, что в конечном итоге восстановит прежний баланс. Но это на данном этапе лишь гипотеза.
Не секрет, что падение доверия к так называемым фиатным валютам — то есть валютам, устойчивость которых обеспечена лишь общественным консенсусом по их глобальному использованию — вызваны в первую очередь инфляционными опасениями, связанными с их бесконтрольными эмиссиями в последние годы. Действительно, американский центробанк — ФРС — печатает необеспеченные доллары по любому поводу — будь то финансовый кризис или глобальная пандемия. Терпению многих стран подходит конец. В частности, за прошлый год Китай снизил покупки американских казначейских облигаций до уровня 2010 г. и, судя по всему, уже имеет в планах вводить юань как единственно приемлемую для себя валюту внешнеторговых расчётов. Россия уже предлагала со многими странами заключать контракты в китайских юанях, однако для национального финансового сектора игра в чужую валюту по-прежнему не слишком выигрышна — России необходимо укреплять собственный валютный форпост, а не подвязываться к текущим конъюнктурным веяниям!
![](https://opis-cdn.tinkoffjournal.ru/mercury/917749c1.2d98b00a_goldstandard.jpg)