«Название общественного строя в стране — это демагогия»: как я начал новую жизнь в Азии

Этот текст написал читатель в Сообществе Т—Ж

Первая часть истории

Первые шаги по Китаю

В Пекин я прилетел за десять дней до начала учебного семестра. По подсчетам школьного руководства этого времени должно было хватить на первичную адаптацию и подготовку к началу работы.

Поселили меня в большой и по-европейски обставленной трехкомнатной квартире, в которой также проживал учитель английского языка — неженатый мужчина лет тридцати из Сиэтла. Крис — так звали моего соседа по квартире — работал в Китае уже третий год, но преподавать в Ju Nyi Private School он должен был приступить вместе со мной. Параллельно Крис занимался вечерами в Tsinghua University — одном из старейших и наиболее престижных учебных заведений не только в Китае, но и в мире, изучая китайскую культуру и этнографию по программе Master’s Degree. По собственной инициативе он предложил преподавать мне основы китайского языка, и я согласился.

Преподавание велось по американской методике изучения иностранных языков, которая успешно внедрена во всем мире. При этом основной акцент делается на разговорную практику, а грамматика изучается вторично. Этот метод в корне отличается от лингвистической методики преподавания, которая применялась в школах и вузах бывшего СССР. Позже, просматривая старые школьные учебники русского языка в интернете, я заметил, что основной задачей учителя иностранного языка в СССР было привить учащимся навыки чтения текста и его перевода со словарем. Если читатель старшего поколения помнит, при приеме на работу в анкетах присутствовал пункт «знание иностранных языков» и одним из возможных ответов было «читаю и перевожу со словарем». При такой классификации около трех четвертей населения страны можно было бы зачислить в полиглоты, способных понимать любой иностранный язык.

Школа приобрела для Криса и меня три однодневных англоязычных тура. Мы в составе группы туристов осматривали в основном исторические достопримечательности Пекина и окрестностей. Дополнительно, выделив нам сопровождающего, нас повезли на экскурсию в зоопарк, который является предметом гордости пекинцев как один из крупнейших и наиболее полно представляющих животный мир планеты.

Школа

Обучение в школах Китая двенадцатилетнее. Учебный год с середины августа до конца июня разделен на два полугодия с почти месячными каникулами во время празднования китайского Нового года. Так как китайцы празднуют Новый год по лунному календарю, дата торжества и, соответственно, школьных каникул, ежегодно варьируются в пределах февраля и марта. В середине первого полугодия у школьников есть неделя каникул в начале октября на День Независимости. Во втором полугодии им выделяют четыре дня во время празднования Фестиваля Речных Драконов (Dragon Boat Festival) в конце апреля или в начале мая.

Ju Nyi Private School — это частная школа для платного обучения подростков, от которых отказались государственные школы по причине их низкой успеваемости или проблем с поведением. Если родители школьников, перешедших в десятый класс, соглашались на их дальнейшее обучение детей за границей и могли платить за это вчетверо дороже, чем в обычных классах, такие школьники продолжали учебу в International Department. Здесь дальнейшее трехгодичное обучение велось на английском языке, преподавали материал англоязычные учителя по программе high school американского штата Вашингтон.

Конечно, при переходе на обучение на иностранном языке школьники не могут мгновенно измениться. Их успеваемость и поведение оставались на низком уровне. Все решали деньги, которыми родители оплачивали учебу своих чад. По окончании школы выпускники разъезжались для поступления во второразрядные и третьеразрядные университеты англоязычных стран, в основном, в США. Дипломы, которые они получали, закончив учебу, невысоко котируются в странах получения образования. Но в Китае…

В Китае культ высшего образования, полученного за границей, независимо от престижности оконченного иностранного высшего учебного заведения. Да и никто не интересуется там этим вопросом. Иностранный диплом о высшем образовании в Китае — это символ успеха и финансового благополучия его обладателя в дальнейшей жизни. Выпускники Ju Nyi Private School с детских лет знают и планируют свою карьеру во главе бизнесов, которые достанутся им от родителей. О дальнейшем развитии бизнеса или внедрении чего-то нового речь не идет. Окончив университеты, в основном это различные четырехгодичные Community College, эта группа выпускников будет неспособна произвести и внедрить что-либо новое и дельное. Имеющийся уровень экономического процветания или пассивный доход их бизнеса обеспечит им безбедное существование в будущем.

Я пользовался особым вниманием и уважением учителей, особенно старшего поколения, как носитель русского языка. Много работников школы старше пятидесяти лет изучали русский язык в детстве и обучались в бывшем СССР, а у учителя истории была жена из Барнаула. Он постоянно приглашал меня в гости, но за все время работы в этой школе я ни разу не посетил его жилище. Многие сотрудники просто приходили пообщаться со мной на русском языке.

Однажды у меня отклеилась подошва на туфле. Так как мой китайский был не блестящим в то время, мне выделили провожатого в сапожную мастерскую. Сапожник был словоохотлив и во время работы общался с сопровождавшей меня китаянкой, лишь изредка задавая мне вопросы. Узнав, что я родился в Советском Союзе, он перешел на русский язык, Закончив работу, он отказался принять оплату. После этого случая, туфли служили мне еще несколько лет.

Дополнительный заработок и его последствия

По условию контракта с работодателем, иностранцы не имеют права работать в других компаниях. Но практически этот факт никого не интересует, государству он тоже безразличен поскольку в рабочей визе нет указаний о характере работы ее обладателя. В местной прессе во всех городах Китая и в интернете постоянно публикуются объявления, в основном, на английском языке, о постоянных, временных и одноразовых рабочих вакансиях для иностранцев. При чем предлагаемая зарплата, даже за одноразовую работу, требующую всего нескольких часов, соответствует недельной зарплате китайцев.

Я также решил испытать свои возможности в этой стезе. Работу по объявлению иностранцу получить несложно, чаще всего достаточно обладать требуемой квалификацией и позвонить работодателю по указанному номеру телефона или по нику WeChat мессенджера раньше конкурентов. При качественно выполняемой работе и постоянстве, работодатели контактировали непосредственно со мной, минуя процесс подачи объявлений. Типовые работы, требующие иностранцев для их выполнения — это перевод текстов на другие языки, тестирование компьютерного и телефонного софта, созданного по заказам иностранных клиентов различных компаний.

Однажды мне предложили сделать перевод различных инструкций по сборке, установке и налаживанию медицинского оборудования. Работу необходимо было выполнять в рабочем офисе компании. После того, как все было сделано, владелица компании — кореянка китайского происхождения — обратилась ко мне с просьбой о сопровождении ее в Тянчин (портовый город недалеко от Пекина) и помощи в переводе документов, прибывших с грузом при его растаможивании. Я согласился. Работа была выполнена четко и быстро. В дальнейшем я неоднократно совершал такие поездки в одиночку, получая груз на таможне по доверенности. Обычно это происходило по субботам, когда занятий в школе не было.

Через некоторое время меня стали чаще вызывать для выполнения работ в этой компании. Меня вызывали даже тогда, когда не было необходимости именно моего присутствия: работу мог выполнить любой сотрудник компании. При этом всегда ссылались на занятость постоянных работников в бизнесе. Неоднократно владелица компании приглашала меня на бизнес-ланч и на переговоры с партнерами по бизнесу, где я присутствовал в качестве секретаря.

Как-то во время совместного ланча Ани, так ее звали, в беседе отметила, что вдвоем мы смогли бы неплохо управлять ее бизнесом. При этом она бы уволила некоторых сотрудников, так как я могу исполнять их обязанности. Да и она всего лишь на двенадцать лет моложе меня. Я опешил от такого циничного подхода к вопросу о браке и создании семьи и ответил, что я не готов к такому шагу, и у меня имеется негативный опыт предыдущей семейной жизни. Ани усмехнулась и подчеркнула, что ее первый брак тоже был неудачным, и ее родители в Даляне воспитывают пятнадцатилетнюю дочь. На мой вопрос, почему она не заберет дочь в Пекин, Ани ответила, что если она будет уделять внимание дочери, в дальнейшем это негативно скажется на ее бизнесе. Она планирует на следующий учебный год отправить ее в Америку для продолжения учебы в школе и дальнейшего обучения в университете.

Прагматизм Ани лишь указывал мне на опасность связи своей дальнейшей жизни с ней. Я почувствовал себя всего лишь временно необходимой вехой в ее судьбе, и она равнодушно устранит ее в дальнейшем, как только исчезнет необходимость в моем присутствии. После этой беседы я стал периодически отказываться от работ, предлагаемых Ани, ссылаясь на загруженность в школе. Воркоголизм — неотъемлемая черта характера подавляющего большинства китайцев различного возраста, и мои ответы воспринимались вполне адекватно.

В Китае брак с иностранцем — показатель успеха в производственной карьере и в личной жизни. У обладателя иностранного супруга, особенно из Западной Европы или Северной Америки, социальный статус автоматически поднимается сразу на несколько ступеней. Такой семейной паре намного легче продвигать собственный бизнес, перед ними открываются двери лучших домов населенного пункта, где они проживают. В банках, при наличии равных условий, им намного легче получить денежную ссуду на личные нужды или на развитие бизнеса, чем обычным китайским семьям

Судьбоносная случайная встреча

Однажды я с Ани присутствовал на бизнес-ланче с одной из совладелиц компании по производству и реализации презервативов — одной из крупнейших в Китае. Обсуждался вопрос помощи Ани в выходе на рынки Индонезии и Сингапура. В то время бизнес Ани был намного скромнее, но она обладала необходимыми связями с представителями министерств в этих странах, способных повлиять на положительное решение проблемы.

Спустя восемь месяцев я ехал в метро, занимая сидячее место. На одной из остановок в вагон зашла женщина и встала возле меня. Неожиданно вагон сильно тряхнуло. Она не удержалась на ногах и упала мне на колени. Тут же, поднявшись, женщина принялась извиняться. Взглянув на меня, она узнала во мне секретаря Ани, я тоже ее узнал. Рядом со мной освободилось место, она присела, и мы разговорились. Отвечая на ее вопросы, я рассказал ей о себе, сказав, что больше не работаю в компании Ани.

Женщина представилась, ее звали Пей, и начала рассказ о своей жизни. Родилась она в Чженгчжоу в провинции Хенань. Отец ее, сейчас пенсионер, был партийным функционером. Мать тоже на пенсии, ранее работала в локальном финансовом центре China Airlines. В годы культурной революции вся ее семья была репрессирована и насильственно переселена на юг в сельскую местность в Гуанси-Чжуанский автономный район. Пей было всего девять лет, но она хорошо помнит то время, описав как бедно жила ее семья и как родители и старшая сестра, которой было всего тринадцать лет, с утра до вечера трудились в поле, получая на обед лишь рисовую похлебку. Пей училась в школе до обеда. После обеда она вместе с детьми из других репрессированных семей отправлялась работать санитаркой в местную больницу. Придя домой, она падала в постель от усталости и тут же засыпала.

Через пять лет семью реабилитировали. Отца назначили вторым секретарем райкома в районе Чао Янг в Пекине, матери также была предоставлена работа в China Airlines. Семье дали квартиру недалеко площади Тян Ань Мень в центре города. Пей успешно окончила школу и поступила в Beijing Normal University. Получив высшее образование, Пей работала в пекинском представительстве швейцарской компании Pharma AG на протяжении около двадцати пяти лет.

В Китае родители часто договариваются о будущем браке детей, когда те еще в дошкольном возрасте. Мальчик, за которого сосватали Пей в детстве, после школы не захотел учиться и пошел работать в пекинский метрополитен. Его родители вскоре умерли. Когда правительство разрешило частные бизнесы, муж продал кооперативную квартиру родителей и, уволившись с работы, на полученные деньги открыл автошколу. Семья купила квартиру, родился первенец.

Жизнь в молодой семье налаживалась, но муж начал пить. Часто, придя домой пьяным, он избивал жену. Однажды после очередного возлияния на работе муж сел за руль. По дороге домой он стал участником аварии и попал в больницу, пробыв в ней несколько месяцев. Страховка отказалась оплачивать стоимость лечения, и автошколу пришлось продать. Выйдя из больницы, муж не спешил устраиваться на работу, зато он продолжил регулярно выпивать, пропивая вещи из квартиры. В конце концов, Пей развелась с ним, оставив ребенка себе. При разводе супругов суд закрепил квартиру за Пей и ее сыном.

По китайскому законодательству Пей признана жертвой необоснованных государственных репрессий, поэтому она вышла на пенсию на пять лет раньше положенного срока с сохранением 100% ставки. Кроме того, она стала одним из организаторов бизнеса по производству и реализации медицинских противозачаточных средств с совещательным голосом в совете директоров компании.

Я начал работать в компании вместе с Пей. Вскоре умер один из членов совета директоров, и на заседании компании Пей предложила меня в качестве кандидата для покупки освободившейся доли акций компании, которую продавала жена усопшего. Я стал совладельцем компании, деньги у меня были от продажи дома в Аризоне. В дальнейшем мне удалось вернуть эту сумму путем получения ежегодной прибыли от работы предприятия в течение четырех лет.

В Китае владелец каждого бизнеса ежегодно отчитывается перед государством о величине дохода. Если доход превысит определенную сумму, владелец получает право на выпуск акций компании. При чем изначально 50% акций являются собственностью государства. При этом владелец получает фиксированную стоимость акций: то есть государство платит за половину предприятия намного меньше его реальной стоимости. В качестве компенсации бизнес приобретает «подушку безопасности» — помощь государства при угрозе банкротства. Также можно взять деньги в долг на расширение бизнеса под процент инфляции, а она в Китае минимальная. За двенадцать лет моей жизни в Китае инфляция на внутреннем рынке страны составила менее полутора процентов.

Я убедил Пей выкупить все акции у индивидуальных владельцев, не останавливаясь перед запрашиваемой ценой. Со временем нам это удалось, сейчас мы — единоличные частные владельцы акций компании совместно с государством. То есть, государству мы отчисляем 50% чистого дохода ежегодно.

Пей стала моей женой. Сейчас, после десяти лет брака, мы действительно счастливы вместе и больше не мыслим свою жизнь раздельно друг от друга.

Жизнь в Китае

Часто во время внутригородских поездок в китайских городах я мысленно представлял себя в одной из технически продвинутых бывших республик Средней Азии: уже не «совок», но еще не Америка. Однако в связи с последними политическими событиями в США считаю, что через какой-то десяток лет Китай догонит и перегонит эту страну.

За время жизни в Нью-Йорке и в Аризоне, моих путешествий по стране и общения с американцами из разных штатов, я составил мнение о замедлении и даже об остановке страны в своем развитии. Как результат, США постепенно теряют роль флагмана во многих аспектах человеческой жизни и культуры, они скатываются к уровню второразрядных стран.

Я не хочу твердить доисторические догмы о преимуществе социалистического строя, да и в бывшем СССР его и не существовало никогда. У власти находилась кучка людей, которая жировала в свое удовольствие и лишь изредка подбрасывала толпе крохи с барского стола.

Я побывал во многих странах и считаю, что название общественного строя в стране — это демагогия. Достаточно посмотреть, что реально делает правительство для улучшения жизни простых людей. Вы можете мне возразить, что в США в каждом штате есть много социальных программ для малоимущих. Да, это так, но все они направлены на ликвидацию социального явления, а не его причины.

В Китае меня поразило прежде всего то, что практически из каждого окна любого дома в любом городе виден хотя бы один работающий строительный кран. Да, в стране возведено много городов-призраков, где сейчас никто не живет, лишь специальные бригады обслуживающего персонала проводят плановую профилактику возведенных объектов. Да и построены все эти населенные пункты в запланированных местах рядом с залежами полезных ископаемых, добыча которых экономически неэффективна в настоящее время. Но необходимость в их разработке возникнет в ближайшем будущем. Что же лучше: когда люди приедут осваивать эти месторождения и столкнуться не только с техническими, но и с бытовыми проблемами, или же они въедут в готовые дома и выйдут на работу в уже возведенные цеха? Беседуя с коллегами по работе, да и наблюдая за родителями и родственниками моей жены, я убедился, что в Китае с каждым годом проводятся запланированные мероприятия по улучшению жизни простых людей и пенсионеров в частности.

Конечно, в стране существуют и криминальные элементы, но криминал этот специфический. Он может быть направлен против конкретного бизнеса, но не человека. Вы можете гулять в любое время суток в любом населенном пункте Китая и вас никто не попытается ограбить, унизить или оскорбить.

Так, однажды, идя утром на работу, я увидал вооруженного полицейского, который стоял возле трупа, накрытого белой простыней. Сверху лежал лист плотного белого картона с надписью о том, что этот человек взломал банкомат, пытаясь вытащить деньги. Разбитый банкомат находился в нескольких шагах. Вечером, когда я возвращался с работы, на стене дома был установлен новый банкомат и ничто не напоминало о происшествии.

Как-то я прогуливался с женой в парке возле дома. Мы услышали, что за нами бежит девочка и что-то кричит. Мы остановились. Подбежав, она протянула мне купюру в пять юаней (50 рублей), сказав, что деньги выпали у меня из кармана. Отец послал ее догнать нас и вернуть деньги. Я поблагодарил ее и предложил ей купить на эти деньги мороженое, но она отказалась. Тогда я с ней подошел к уличному торговцу и сам купил ей мороженое.

В такси, в парикмахерских, в ресторанах вас никогда не обсчитают и не будут ожидать и, тем более требовать, чаевые. Не только в Китае, но и везде в юго-восточной Азии никто, никогда и нигде не дает их. Здесь при принято считать, что принятие чаевых унижает достоинство работника сервиса обслуживания. Вы можете возразить мне, ссылаясь на примеры многочисленных расстрелов коррупционеров. Дело в том, что предлагаемые деньги за услугу они берут противозаконно, и эти суммы не являются чаевыми.

Чонгтинг

Я уже отмечал, что International Department в школе, где я работал, был открыт по программе ЮНЕСКО, которая способствует улучшению уровня образования в странах Азии, Африки и Латинской Америки. Этот департамент в Ju Nyi Private School был открыт за полгода до начала моей работы в этом месте. Инспекция, прибывшая из США для проверки его работы, обнаружила недостатки в организации бизнеса и приняла решение о прекращении деятельности подразделения с начала нового учебного года.

Я получил назначение на работу в High School affiliated to the Southwest University в город Чонгтинг, столицу одноименной провинции. На новое место работы я выехал вместе с женой. Она сама изъявила желание поехать со мной, заметив, что контроль и управление бизнесом можно осуществлять дистанционно. Представитель школы встретил нас на железнодорожном вокзале и отвез в выделенную нам квартиру.

Город Чонгтинг — самый большой город в Китае по занимаемой площади. Он протянулся почти на 200 километров с севера на юг вдоль реки Янцзы. Окружающая местность — гористая, река протекает в ущельях и не всякое место подходит для жилья. Поэтому город разделен на микрорайоны, расстояния между которыми иногда значительны. Школа находилась на отдельной территории от университета в районе Бейбей, до центра Чонгтинга курсировал рейсовый автобус. Позже сюда протянули ветку метрополитена — дорога занимает сорок минут.

Так как Чонгтинг находится в сейсмоопасной зоне, городское метро имеет свою специфику. Поезда здесь движутся по монорельсу. У составов только четыре вагона и движутся они, в основном, не в тоннелях, а по секционным эстакадам. Средняя скорость движения поезда — 120 километров в час.

Однажды я стал свидетелем тренировки машиниста поезда метро в случае землетрясения. Идущий на полной скорости поезд остановился практически мгновенно, но достаточно плавно. Затем серединная сцепка поезда автоматически разомкнулась, и две секции эстакады вместе с двумя вагонами метро на каждой стали плавно опускаться — остановились в полуметре от земли. Все произошло очень быстро, быстрее, чем вы прочитали этот абзац текста.

У Бейбея ярусная застройка,и потому добраться пешком в отдельные районы города можно быстрее, чем используя общественный транспорт и даже такси. Так рядом с домом, в котором мы проживали, начиналась канатная дорога, ведущая в горный парк и заповедник. Путь занимал полчаса. Туда можно было добраться и на автобусе почти за два часа.

Как и в Пекине, в школе выделялся International Department, занимающий пятиэтажное здание. Так как оно находилось у подножья скалы, существовал отдельный вход с третьего этажа, пользоваться которым было удобнее.

Обучение велось по программе уровня А британской образовательной системы. Мне пришлось перестраивать план моих лекций, чтобы соответствовать необходимым требованиям. В школе существовал объединенный Mathematics and Science Department, во главе которого стоял индус-мусульманин Али из Великобритании. Он очень боялся, что я займу его место, так как мой уровень образования и стаж работы превышали его данные. Он начал плести всяческие интриги против меня.

Сперва после посещения моих лекций, на что он имел право как глава департамента, он заявил, что я недостаточно хорошо знаю методику преподавания уровня А. По случайному совпадению в International Department приехал проверяющий из Великобритании. После обзора моих уроков он поставил меня в пример остальным учителям в своем заключительном выступлении, что вызвало ярость и негодование у Али.

Следующим его шагом стало утверждение, что учащиеся не понимают мой английский акцент. Он договорился с группой школьников из выпускного класса о том, что они напишут рапорт против меня, в котором укажут, что не понимают моего произношения. Взамен Али пообещал повысить их баллы по физике и химии. Но и тут он перестарался. Поставив им завышенные отметки по вышеуказанным предметам, эта группа школьников провалила финальные тесты первого семестра, которые создавались и проверялись в Великобритании. Позже, когда отметки из Великобритании пришли в школу, на собрании учителей директор отметила несоответствие оценок с результатами теста.

В весеннем семестре он вновь неоднократно плел против меня различные интриги. Мне это порядком надоело, так как первым шагом администрации школы был вызов меня к директору, чтобы разобраться с заявлением Али, и мне приходилось постоянно оправдываться. Я написал запрос в ЮНЕСКО о переводе на другое место работы с нового учебного года, которое было благополучно удовлетворено.

Возможно, читатель назовет меня слабаком, отказавшимся от борьбы. Мне просто надоело постоянное сражение с ветряными мельницами, я устал быть современным Дон Кихотом, который бросает вызов системе, но не знает, как решить проблему. Все-таки в мире хороших людей больше, и мне удастся разыскать их и трудиться рядом с ними в свое удовольствие, принося пользу обществу.

Я встретился с Али несколько месяцев назад в интернете. Он разыскал мою учетную запись на LinkedIn и просил помочь ему с работой, так как в связи с коронавирусом в Китае его уволили как иностранца и в настоящий момент он находится на иждивении жены-китаянки. Я ответил, что, к сожалению, сейчас у меня нет возможности посодействовать его трудоустройству.

Город детства моей жены

Новый учебный год я начал в Чженгчжоу, столице провинции Хенань, которая расположилась на полпути между Чонгтингом и Пекином. Хоть во всех справочниках указывается, что город находится в излучине реки Хуангхе, до нее из центра надо добираться около часа без учета возможных транспортных пробок.

Школа предоставила жилье для моей семьи далековато от места работы, поэтому приходилось добираться на автобусе. Зато мы жили в Манхэттене — в центре города. Как и у его нью-йоркского тезки, в районе множество небоскребов, но ими в Китае сейчас никого не удивить. Здесь сконцентрировано большинство бизнесов из США и Канады. У нашей семьи наибольшей популярностью пользовался ресторан Chicago Steakhouse: стейки здесь действительно великолепные при вполне демократичных ценах. К тому же, мы с женой получили VIP-карту, как постоянные клиенты. По ней мы и все наши гости обслуживались с 50% скидкой. Мы приводили гостей часто, так как в Чженгчжоу проживает сын Пей с семьей и ее многочисленные родственники.

В школе студенты обучаются по международной программе International Baccalaureate. Мне, помимо математики в старших классах, пришлось вести уроки Earth Science — американскую версию физической географии в средних классах. В дальнейшем я получил в нагрузку ведение программы Universities Introduction and Admitting Process — помощь студентам выпускных классов в выборе иностранного учебного заведения. Я не жаловался на перегрузку, к тому же вся дополнительная работа хорошо оплачивалась.

К сожалению, на четвертом году работы в этой школе китайское правительство приняло положение о предельном рабочем возрасте для иностранцев, который равнялся 60 годам. Исключение делалось только для иностранцев, у которых был свой бизнес, где трудились не менее десяти китайцев. Я имел право остаться в Китае, так как у меня жена-китаянка, и я обладал акциями китайского предприятия, ежегодный суммарный доход которых превышал минимальный прожиточный минимум. Но я не имел права работать в школе.

Малайские каникулы

Школа отправила копию положения в ЮНЕСКО для объяснения основания, на котором я не смогу продолжать в ней работать. Подобное положение действует во многих странах, поэтому для меня не смогли подобрать подходящую вакансию. Но ЮНЕСКО не захотело терять меня как опытного специалиста. Как раз с этого учебного года началось внедрение международной образовательной программы International General Certificate of Secondary Education (IGCSE) для средних школ, и британский Cambridge University открыл по всему миру сеть центров по подготовке учителей для преподавания различных школьных предметов по этой программе. После обсуждения моей кандидатуры было принято решение отправить меня на полугодовые подготовительные курсы преподавателей математики в Малайзию в University of Kuala Lumpur. Продолжительность командировки объяснялась тем, что я должен был освоить два уровня преподавания программы IGCDE: Advanced Level и Extended Level. На все время командировки за мной сохранялась средняя зарплата с последнего места работы, также мне предоставили бесплатное жилье. В командировку я отправился вместе с женой.

В университете загрузка не была чрезмерной: обычно в три часа дня я был свободен, а задания самостоятельных работ не требовали много времени. Цены на продукты питания и сервис не разоряли наш бюджет, и мы посвящали много времени изучению достопримечательностей города и окрестностей. Учебная программа состояла из двух блоков: два месяца учебы и месяц практики. Для прохождения практики пришлось переезжать в пригород Куала Лумпура — Субанг Джайю. Она проходила на базе UCSI International School. Там же нам предоставлялось жилье на этот период.

В школе при изучении документов Департамента образования страны я столкнулся с фактом дискриминации не коренных групп населения в пользу коренной национальности со стороны государства. В стране в основном проживают малайцы, индусы и китайцы. Но только малайцы имеют право на оплачиваемую государством учебу для получения среднего и высшего образования. Только малайцы имеют преимущество при трудоустройстве, только они могут работать в государственных организациях различного уровня. Только малайские женщины имеют право на выплату государственных пособий при рождении детей.

По окончании курсов мне предложили три рабочих места на выбор. Одно из них — продолжить работать в школе в Субанг Джайе, но я отказался, Меня не устроил параграф в предлагаемом рабочем контракте о том, чтобы школа лишь выплачивала ежемесячную компенсацию за аренду жилья. Налоги, вычитаемые из заплаты в Малайзии, очень высокие — 28%. Были и субъективные причины, как, например, ежедневные проливные тропические дожди и практически постоянная сильная влажность.

Во втором случае мне предложили работу в British School of Katmandu в Непале. При этом заранее предупреждали о дискомфорте при дыхании в связи с недостатком кислорода в воздухе, так как город находится высоко в горах. Мы с женой трезво обдумали это предложение и также отказались от него. Неизвестно, как наши организмы поведут себя при длительном пребывании на высоте, да и к тому же мы не молоды.

Последним рабочим местом, предложенным мне, была English School of Mongolia в Улан- Баторе, и я выбрал этот вариант. Мою жену и меня пугали сильнейшими морозами в зимнее время, но я по собственному опыту знаю, что холод переносится намного легче, чем жара и влажность. При низкой температуре воздуха можно тепло одеться, а находясь в жарком климате приходится просто терпеть, так как кожу с себя снять невозможно.

Монгольские степи и бескрайний простор

В Улан-Батор мы приехали из Пекина. Добирались международным поездом, так как для длительного проживания необходимо много личных вещей, а для авиаперелета вес багажа сильно ограничен.

За все время работы за рубежом нам предоставили наилучшую по оснащению и приспособленности для комфортного проживания квартиру, расположенную реально недалеко от места работы и прочих бытовых центров.

Раньше я считал китайских школьников образцовыми в стремлении к овладению знаниями, но монгольские учащиеся превзошли их. В Монголии, как и в Китае, при поступлении школьники сдают вступительный тест. Только в Китае с каждым годом все более значимыми становятся финансовые возможности родителей, способных оплатить учебу своих чад, а знания школьника — вторичный фактор. В Монголии если кандидат на поступление демонстрирует неудовлетворительные знания, перед родителями культурно извинятся и откажут в обучении в выбранном учебном заведении вне зависимости от обеспеченности семьи.

Иностранному учителю намного сложнее создать должную рабочую атмосферу в китайском классе. При этом школьники не будут шуметь и явно нарушать дисциплину, но, сопровождая учителя рассеянным взглядом во время урока, каждый будет думать о чем-то о своем, но не о преподаваемом предмете. Среди монгольских учащихся авторитет учителя достаточно высок и на уроке они заняты только учебой.

Китайские школьники при поступлении в специализированные школы в общей массе демонстрируют довольно низкий уровень знания английского. Монгольские дети в большинстве своем начинают изучать язык с дошкольных лет. Рядом с моим домом находятся три школы: государственная общеобразовательная и две частные — русская и английская. При чем государственная школа ближе всего. Несмотря на это, неоднократно, выходя из дома, я слышу как школьники младших классов по дороге в школу общаются с родителями и со сверстниками по-английски. Поэтому в Китае учащиеся ежедневно затрачивают больше времени на учебу, чем их монгольские сверстники, так как у них увеличено количество уроков английского. Лишь к окончанию школы при должном прилежании китайские школьники достигают уровня знания английского, необходимого для продолжения обучения за границей.

Лишь немногие китайские учащиеся в состоянии сдать вступительный тест в иностранный университет в основном из-за недостаточного знания языка, на котором ведется преподавание. Им приходится тратить лишний год и родительские деньги на языковые курсы при университете, по окончании которых они способны обучаться наравне с местными студентами. По статистике 85% монгольских абитуриентов сдают вступительный языковый тест достаточно успешно для непосредственного начала обучения.

В школе, где я преподаю в настоящее время, обучение ведется по британской системе образования. Благодаря внедрению передовых методик обучения, школьники заканчивают начальную пятилетнюю школу по программе шестого класса и далее обучаются по учебной программе последующего года. С восьмого по десятый класс они изучают программу IGCSE Extended или Advanced Level в зависимости от того, насколько успешно они сдали выпускные тесты седьмого года обучения. В старших классах, одиннадцатом и двенадцатом, они обучаются по курсу International Baccalaureate (IB), который также имеет два уровня обучения. Кредиты по изучаемым предметам программы IB засчитываются при дальнейшем продолжении учебы, и, таким образом, будущий студент сокращает срок своего обучения в университете и стоимость получения образования.

Для получения высшего образования большинство китайских абитуриентов устремляются в Америку или Австралию. География целей выпускников монгольских школ более обширна. Почти половина планирует продолжать обучение на англоязычных потоках в различных университетах западноевропейских стран.

С монголами мне очень легко общаться. Они очень коммуникабельны, большая часть молодежи знает английский или русский языки, многие представители старшего поколения говорят по-русски. Несмотря на то, что влияние СССР и России в Монголии ослабло, до сих пор большинство монголов с уважением и любовью относятся к русским людям, русской культуре и к стране в целом.

Заключение

Часто меня посещает мысль, что Советский Союз в свою бытность уделял большую часть внимания, ресурсов, финансов не тем государствам. Несмотря на попытку объединения стран Восточной Европы с преимущественно славянским этносом, не учитывалось, что эти нации и народы исторически воспитывались в другой культуре. У них иные жизненные ценности и менталитет, и, как результат, при первой же возможности, все они переметнулись в объединенную Европу. Уделяя больше внимания развитию Китая и Монголии, создав с ними совместную экономическую зону наподобие Евросоюза, без принуждения к объединению в единое государство и навязывания единой политической доктрины, это сотрудничество могло стать весьма успешным и конкурентоспособным.

В этом случае история могла бы пойти совсем по другому пути, но она, как известно, дама капризная, и не терпит сослагательного наклонения.