В рубрике «Познакомьтесь» мы пишем о людях, которые выбрали не самый очевидный способ зарабатывать или тратить деньги.

В этом выпуске — арбитражная управляющая. Это тот человек, что во время процедуры банкротства по назначению суда управляет деньгами должника, распродает его имущество и следит, чтобы он расплатился с кредиторами. Она рассказала, как проходит этот процесс и сколько можно на нем заработать, какие люди обычно становятся банкротами в России и почему их число растет.

Это история читателя из Сообщества Т—Ж. Редакция задала наводящие вопросы, бережно отредактировала и оформила по стандартам журнала.

Карьера

У меня два высших образования. Первое — юридическое, училась в Саратовской государственной академии права, окончила ее в 2002 году. Потом захотела поменять сферу — поступила в Финансовую академию (сейчас это университет) при правительстве РФ на специальность «бухучет, финансовый анализ, аудит».

Юристом работала с 2002 по 2019 год. Сначала в Саратове, в юридическом отделе строительной компании. Это была работа для начального уровня, я получала 3000 Р в месяц. Через два года прошла собеседование на должность главного юрисконсульта крупной консалтинговой компании в Москве. Через четыре года зарабатывала там 4000 $ и иногда, на усмотрение руководителя, получала премии в конверте. В 2007 году устроилась в юридический отдел очень крупного банка: мне нужен был белый доход, чтобы оформить ипотеку, сбережений на квартиру не хватало. Дослужилась до начальника отдела.

В 2014 году получила дополнительное образование в сфере антикризисного управления — это деятельность арбитражных управляющих, которых назначают в делах о банкротстве.

Востребованность этой специальности начала расти после кризисов 2008 и 2014 годов.

Такие курсы организовывают большинство крупных вузов, у которых есть соглашение с Росреестром. Обучение длится 780 часов, 6 месяцев. Я дистанционно училась в Высшей школе экономики, заплатила 56 000 Р. В конце сдала сложный квалификационный экзамен. Его принимает Росреестр, он проводится в очной форме — по билетам, в присутствии комиссии. В каждом билете — три вопроса по разным темам законодательства о банкротстве.

Потом было два года стажировки в саморегулируемой организации арбитражных управляющих (СРО). Это обязательный этап для начала работы, но он был лишь формальностью: от меня ничего не требовали, а я заплатила 10 000 Р.

Каждый арбитражный управляющий должен состоять в СРО, организация распределяет между нами работу. Всего в России примерно 50 СРО, в них состоят почти 20 тысяч арбитражных управляющих. Реально из них работают примерно 10 тысяч: остальные, по данным Росреестра, дисквалифицированы за нарушения в работе.

Я начала брать дела по банкротствам в ноябре 2016 года. Сначала совмещала: с 9:00 до 18:00 работала в банке, с 20:00 до полуночи занималась банкротствами. Чувствовала нестабильность своего положения на основной работе — и оказалась права: у банка отобрали лицензию, а всех сотрудников уволили.

Тогда мне повезло: довольно скоро бывший коллега предложил работу в многопрофильном холдинге. До марта 2019 года я руководила там корпоративной службой и получала 275 000 Р плюс годовой бонус в размере шести месячных окладов. По иронии судьбы холдинг обанкротился. После этого я переключилась на работу арбитражным управляющим, хотя всегда рассматривала это занятие как подработку.


Работа с банкротствами

Чтобы начать работать, нужно соответствовать большому количеству критериев: высшее образование, повышение квалификации, двухлетняя стажировка в СРО, двухлетний стаж работы на управленческой должности. Нельзя иметь судимости и числиться в реестре дисквалифицированных лиц налоговой службы — туда попадают люди, которые совершили административные правонарушения. Еще нужно вложить немало денег. На некоторые взносы СРО предоставила мне беспроцентную рассрочку на четыре года.

Расходы арбитражного управляющего

Разовые — от 265 000 Р
🤓 Курсы повышения квалификации и экзаменоколо 50 000 Р
🧐 Стажировка в СРО10 000 Р
😎 Вступительный взнос в СРОот 10 000 Р. Организация определяет сумму исходя из операционного бюджета
🤕 Взнос в компенсационный фонд200 000 Р. Они компенсируют убытки пострадавшим от неправомерных действий арбитражного управляющего
Ежегодные — от 125 000 Р
💼 Членские взносы в СРО50 000 Р в моем случае. Они покрывают зарплату сотрудников, а излишки идут в страховой фонд
⚠️ Обязательное страхование ответственности на сумму не менее 10 млн рублейот 40 000 Р. Например, не оспорил сделку с квартирой в Москве — считай, что причинил кредиторам вред в размере стоимости такой квартиры. Без страховки его пришлось бы возмещать
📎 Подписка на программу «Помощник арбитражного управляющего»30 000 Р
📝 Электронная подпись5000 Р
Регулярные взносы за назначение на дело — от 1300 Р
🏚 По банкротству физического лицаот 1300 Р
🏭 По банкротству организацииот 7000 Р
Разовые — от 265 000 Р
🤓 Курсы повышения квалификации и экзамен
около 50 000 Р
🧐 Стажировка в СРО
10 000 Р
😎 Вступительный взнос в СРО
от 10 000 Р. Организация определяет сумму исходя из операционного бюджета
🤕 Взнос в компенсационный фонд
200 000 Р. Они компенсируют убытки пострадавшим от неправомерных действий арбитражного управляющего
Ежегодные — от 125 000 Р
💼 Членские взносы в СРО
50 000 Р в моем случае. Они покрывают зарплату сотрудников, а излишки идут в страховой фонд
⚠️ Обязательное страхование ответственности на сумму не менее 10 млн рублей
от 40 000 Р. Например, не оспорил сделку с квартирой в Москве — считай, что причинил кредиторам вред в размере стоимости такой квартиры. Без страховки его пришлось бы возмещать
📎 Подписка на программу «Помощник арбитражного управляющего»
30 000 Р
📝 Электронная подпись
5000 Р
Регулярные взносы за назначение на дело — от 1300 Р
🏚 По банкротству физического лица
от 1300 Р
🏭 По банкротству организации
от 7000 Р

Я специализируюсь на банкротстве физических лиц и индивидуальных предпринимателей, иногда веду дела по юридическим лицам. Банкротство физлица проще и занимает меньше времени.

Во время процедуры банкрот не распоряжается своим имуществом и деньгами. Его банковские счета блокируются — каждый месяц я снимаю деньги и выдаю ему прожиточный минимум. Имущество тоже на время переходит в управление к арбитражному управляющему — в том числе то, что купили во время брака. Новые сделки с имуществом не регистрируются.

Моя задача — организовать продажу имущества банкротов, которое вошло в так называемую конкурсную массу, и рассчитаться с кредиторами.

Процесс

Все банкротства делятся на два типа: когда должник банкротит себя сам и когда его банкротит кредитор либо государство в лице налоговой службы — если есть долг по платежам в бюджет.

Подать в суд заявление о признании должника банкротом может любой кредитор при просрочке более трех месяцев. Банкротят граждан при крупной задолженности: от полумиллиона рублей в сумме.

Потом клиент — сам или через юриста — обращается в СРО, просит дать для банкрота управляющего и вносит на депозит арбитражного суда вознаграждение за его работу, 25 000 Р. Если должника банкротит государство или компания, платят они.

СРО анализирует, чьи компетенции подойдут в этом деле, и предлагает работу — нам несколько раз в неделю приходят письма со списком вариантов. Я их просматриваю и пишу, на что согласна.

Вознаграждение управляющего по закону небольшое, а рисков, в том числе имущественных, много.

Я сама определяю объем работы и решаю, сколько банкротов в какой месяц мне брать на сопровождение. Спрос на услуги управляющего превышает предложение, поэтому работа есть.

После того как арбитражный суд признает должника банкротом, управляющий начинает свою работу. Суд может ввести две процедуры: реструктуризацию долга или реализацию имущества.

Реструктуризация долга. Это ежемесячное погашение долгов по заранее утвержденному плану. Такое возможно, если доход банкрота позволяет расплатиться с кредиторами в течение трех лет. План обычно предлагает сам должник или кредиторы. Собрание кредиторов должно его одобрить — для этого достаточно направить бюллетени с голосованием финансовому управляющему, который потом отдает документы на утверждение в суд и контролирует, как план исполняется. На практике это выглядит так: должник ежемесячно перечисляет кредиторам какую-то сумму, а сканы квитанций присылает управляющему.

Реализация имущества. Если суд отказывается принять план реструктуризации, вводится процедура реализации имущества. Тут задача финансового управляющего — найти имущество банкрота в реестре и продать, чтобы погасить долг. Еще он проводит финансовый анализ деятельности гражданина за три года, проверяет подозрительные сделки.

Иногда должники перед банкротством пытаются вывести имущество из владения, чтобы сохранить его, — например дарят родственнику. Это плохая идея: информация обо всех сделках должника будет отражена в выписке из ЕГРН, которую обязательно запросит финансовый управляющий. Закон о банкротстве позволяет нам оспорить сделку и вернуть имущество в конкурсную массу. Еще управляющий может сделать вывод о признаках преднамеренного или фиктивного банкротства.

Преднамеренное банкротство — это когда должник умышленно ухудшает свое положение, чтобы его признали банкротом. Например, один гражданин обратился в фирму, которая специализируется на помощи заемщикам в получении кредитов. Они ему помогли подготовить и подать заявки одновременно в большое количество банков. Он прошел проверку как надежный заемщик — семь банков одобрили ему кредит. В течение нескольких дней он обналичил деньги со своих ссудных счетов. Пропал, по кредитам не платил, а через полгода подал в суд на банкротство. Поскольку должник не смог объяснить, куда он потратил кредитные средства и почему сразу после получения кредитов уволился с работы, суд сделал вывод о преднамеренном банкротстве.

Фиктивное банкротство — это когда должник подает на банкротство, желая освободиться от долгов, но при этом у него есть имущество, которого достаточно для удовлетворения требований кредиторов. Арбитражный управляющий обязан сообщить об этом суду, а если есть основания — и в правоохранительные органы. Должнику это грозит административной или уголовной ответственностью.

Долги при этом, понятно, суд не спишет.

Для поиска имущества мы пишем запросы в банки и органы, которые регистрируют квартиры, дачи, земельные участки, плавательные средства, самоходную и авиатехнику, патенты. На эти запросы нам должны ответить в течение семи дней. Продавать для погашения долга нельзя единственное жилье, вещи индивидуального пользования вроде одежды и обуви, имущество, которое нужно для профессиональной деятельности, продукты, призы и государственные награды. Но, например, если квартира в ипотеке, то ее могут выставить на продажу.

Бывают сложные случаи: если старая стиральная машинка стоит меньше 10 тысяч рублей, то продавать ее смысла нет, потому что расходы на продажу превысят сумму дохода. А если речь идет о дизайнерской мебели стоимостью выше 10 тысяч рублей, финансовый управляющий обязан ее продать.

Оценку имущества проводит финансовый управляющий, а если оно залоговое, цену и порядок продажи определяет залоговый кредитор. Имущество стоимостью до 100 тысяч рублей можно продавать напрямую: публиковать объявления в едином федеральном реестре сведений о банкротстве или на «Авито» и заключать договор купли-продажи. Все остальное выставляется на торги.

Торги проходят онлайн, на специальных лицензированных торговых площадках. На первом этапе цена растет согласно шагу аукциона. Если покупатель не нашелся, на втором этапе идет первое понижение цены, как правило на 10%. Если и после второго этапа имущество не продано, финансовый управляющий переходит к публичным торгам на специальных электронных площадках — тогда цена последовательно снижается до минимальной. Иногда она падает на 80—90%. Есть предприниматели, которые профессионально занимаются скупкой имущества с торгов и перепродажей.

После продажи имущества и завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий представляет в арбитражный суд подробный отчет. Это важный этап: там содержатся сведения о конкурсной массе, реализации имущества должника, требованиях кредиторов и проценте их удовлетворения. Обычно этот процент невысок. Бывает, что кредиторы получают 70—100%, но редко.

Довольно часто у должника вообще нет имущества, которое можно продать, — тогда кредиторы не получают ничего.

Самое большое требование кредиторов в моей практике — 12 млн рублей. Погашения не было, дело завершилось освобождением должника от кредитных обязательств.

Но есть обязательства, на которые банкротство не распространяется: возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, выплата зарплаты или выходного пособия, возмещение морального вреда или алименты. Их банкроту все равно придется выплачивать.


Заседания

Я планирую свой график примерно на месяц вперед, отталкиваясь от назначенных судебных заседаний. Хожу в суд только на важные: финальные отчеты, оспаривание сделок. По всем остальным судебным спорам заранее пишу в суд свою позицию и прошу рассмотреть в мое отсутствие. В среднем хожу на 7—10 заседаний в месяц.

В эти дни не планирую других дел: заседания в арбитражных судах задерживаются, приходится долго ждать своей очереди в коридоре. Мой рекорд — пять часов. В среднем на одно дело отводится 3—5 минут. Этого не хватает, но суды перегружены, особенно в Москве и Московской области. В день у судьи может быть более 50 заседаний. Понятно, что по факту судьи рассматривают дела дольше — и график съезжает.

Самая острая проблема — относительная нестабильность законодательства. Есть закон о банкротстве, по которому мы все работаем. Но есть еще и Верховный суд, который дает разъяснения о применении судами норм закона. Порой эти разъяснения в корне меняют трактовку закона. Нужно постоянно быть в тонусе, отслеживать судебную практику и все изменения.

Все о работе и заработке
Как сменить профессию, получать больше и на чем заработать. Дважды в неделю в вашей почте

Банкроты

Принято считать, что к процедуре банкротства прибегают люди из так называемой низкой социальной категории или просто мошенники. Но вы удивитесь, когда узнаете, сколько образованных и интеллигентных людей попадают в сложную жизненную ситуацию, где банкротство — единственный выход.

В 2016 году, когда я только начинала работать в этой сфере, чаще всего банкротились пенсионеры. Но сейчас контингент меняется: на личное банкротство подают люди с относительно хорошим для своего региона доходом. У некоторых предпринимателей после кризиса 2014 года не восстановился бизнес, а они брали на его развитие кредиты под личное поручительство.

Бывает, что человек всю жизнь жил скромно, от зарплаты до зарплаты, на дорогое имущество не заработал, не шиковал. Но потом что-то резко меняется: например, заболел он сам или кто-то из членов семьи. Или жена ушла в декрет, в семье осталась одна зарплата.

Долговая история начинается с микрозаймов «до зарплаты».

По ним бешеный процент, как правило 600—750% годовых. Особенно большой был раньше, когда государство еще не регулировало верхний предел процентной нагрузки по таким займам. Но люди их брали: когда ребенок болен, другого выхода может и не быть, пойдешь и займешь, чтобы купить лекарства.

Отдельная категория — пострадавшие от мошенников. В последнее время активизировались «криптовалютчики», «форексы» и прочие — те, кто выманивает деньги у доверчивых граждан. Это уголовная ответственность, но возбудить дело и довести его до суда очень сложно: как правило, следователь или дознаватель исходит из того, что должник добровольно передал свои деньги мошенникам. А финансовая грамотность пока не у всех на высоте.

Мошенники

В интернете много рекламы юридических фирм из серии «Спишу долги законно или выплачу их за вас». Подавляющее большинство из них — просто мошенники.

Они берут действительно большие деньги — 150—200 тысяч, заманивают обещаниями, уверяют, что контролируют процедуру банкротства, что финансовый управляющий сделает все как надо, что у них есть «связи» чуть ли не в суде и имущество должника никто продавать не будет.

Не верьте им.

Финансовый управляющий несет личную материальную ответственность за беспристрастное проведение процедуры банкротства. Любое нарушение грозит штрафом от 25 тысяч рублей, и даже за незначительные могут отстранить от работы. А если он не оспорит подозрительную сделку должника, с него взыщут убытки по процедуре, которые даже страховка не покроет. Так что ни один вменяемый финансовый управляющий не будет закрывать глаза на спрятанное имущество или «угнанные» авто.

Самое печальное, что юристы таких фирм понимают все это, но сознательно препятствуют общению должника и управляющего, скрывая контакты.

Если смотреть на практику развитых стран, то, например, в США, Канаде, Евросоюзе для юридической практики необходима лицензии. Это отсекает от профессии малоквалифицированных специалистов и просто мошенников. У нас пока достаточно просто зарегистрировать фирму, снять офис, посадить сотрудника у телефона и дать рекламу.


Случай

Каждое банкротство — отдельная история. Например, у меня было дело женщины из богемной тусовки. После развода она осталась одна с детьми и многомиллионными долгами бывшего супруга, тоже из артистической сферы. Дело было довольно сложное, приходилось собирать доказательства того, что кредитные обязательства у нее возникли из-за профессиональной деятельности бывшего мужа: она была поручителем по его кредитам.

Женщина с детьми жила в большом коттедже в Московской области, который достался ей после развода. Но вот документы на дом были оформлены абы как. Межевание участка под домом не проведено, по документам собственность на дом разделена на доли между ней, бывшим супругом и детьми, а сам дом располагается на двух земельных участках с разными адресами. Причем один адрес — одна деревня, другая половина земли — другой населенный пункт!

Мы с должницей в суде доказывали, что дом и земля — это единый объект, который является единственным жильем для нее и детей. Я заказала выезд кадастрового инженера и геодезиста — за счет должницы. Привлекла опеку для участия в суде, потому что спор затрагивал интересы несовершеннолетних детей. Мы смогли отстоять дом. Как единственное жилье, он не вошел в конкурсную массу и не подлежал продаже для расчетов с кредиторами. Семья до сих пор живет там.

Доходы

Вознаграждение управляющего составляет 25 000 Р и 7% от суммы реализованного имущества должника. Оно выплачивается после расчета с кредиторами. Это небольшая сумма за такой объем работы. В моей практике самые короткие процедуры длятся полгода, а длинные — больше года. Поэтому арбитражные управляющие ведут одновременно по несколько банкротств, чтобы иметь более-менее нормальный доход.

Я в среднем веду где-то 40 дел по физлицам и несколько дел о банкротстве юрлиц. Был период, когда в производстве моей команды — это два юриста и курьер — было около 100 дел одновременно. Это очень много и сложно.

Доходы разные от месяца к месяцу и зависят от количества завершенных процедур. Я в месяц завершаю около 10, иногда больше, иногда меньше. В среднем получается зарабатывать порядка 200—250 тысяч рублей. Всегда есть возможность заработать дополнительно, например консультациями.

Знаю, что мои коллеги тоже зарабатывают по-разному: кто-то значительно больше, есть те, кто меньше. Но в среде арбитражных управляющих делиться этим не принято.