Т—Ж продолжает собирать истории читателей о профессиях и доходах, которые они приносят.

Женя окончила факультет международных отношений МГИМО и выучила албанский язык, но вместо МИДа устроилась в студию, которая занимается цветным окрашиванием волос. Она рассказала о том, сколько можно заработать при самозанятости, дорого ли оборудовать собственный кабинет и как выбрать мастера.

Образование

В школе я совершенно не понимала, что делать со своей жизнью. Класса до седьмого хотела быть дизайнером одежды, но отказалась от этой идеи, решив, что у меня нет таланта. Потом дважды стала призером Всероссийской олимпиады школьников по английскому, но подумала, что это слишком распространенный навык и с ним одним будет сложно найти работу. Иностранные давались мне легко, и я решила пойти куда-то, где учат редким языкам. Поступила на факультет международных отношений МГИМО. Я рассчитывала, что мне достанется какой-нибудь восточный язык, но в итоге попала в группу с албанским.

Самое полезное, что я получила от учебы — это умение писать тексты и круг знакомств. Албанский тоже несколько раз пригодился, да и сентябрьские стажировки в стране у моря были прекрасны. И, конечно, у меня появилась возможность поддерживать беседу о проблемах урегулирования ситуации в Косово.

Еще во время учебы я поняла, что работа в Министерстве иностранных дел не для меня. Во-первых, в МИДе нужно прилично выглядеть, а я со школы ненавидела форму. Может, для кого-то это смешная причина, но я терпеть не могу такие надуманные ограничения. Во-вторых, желание идти в МИД окончательно пропало после практики на третьем курсе: мне не хотелось, чтобы моя работа выглядела вот так. Не привлекали меня и другие варианты по специальности: везде был тот же подъем к восьми-девяти, бумажки, офисный дресс-код и редкие проблески интересных творческих задач.

После университета я пошла работать в службу поддержки иностранных клиентов одной букмекерской конторы. Нашла на «Хэдхантере» объявление «Требуется специалист со знанием албанского», немного офигела, что этот язык может пригодиться где-то кроме МИДа, пришла на собеседование, меня взяли. Получала от 45 тысяч в месяц: чем больше смен, тем выше зарплата. Плюс за безошибочные консультации и отличное прохождение проверок выплачивали премии.

Красить себе волосы в яркие цвета я начала еще в университете. После нескольких окрашиваний пришлось коротко постричься, и я поняла, что моих знаний недостаточно. Стала изучать тему глубже: читала, смотрела видео, вступала в группы парикмахеров и любителей ярких волос в соцсетях.

Когда появилась работа и деньги, начала ходить в студию. Пришла один раз, мне все понравилось, потом второй, третий. Мы много разговаривали с моей мастерицей, и она, заметив мой интерес, предложила стать ее ассистенткой в обмен на обучение. Я подумала минут десять и согласилась.

Я знала, что первое время на этой работе не будет доходов, только затраты.

Восприняла это как инвестиции в получение новой любимой профессии. Зарплата и престиж потенциальной работы по специальности для меня не стоили того, чтобы строить свою жизнь в соответствии с ней.

Близкие сначала не поняли меня и решили, что я собираюсь умереть нищей. Но когда я стала получать достаточно, успокоились и приняли мой выбор. А некоторые знакомые даже ходят ко мне стричься.

Первые три месяца мне не платили совсем. Я мыла инструменты, делала уборку, держала пряди во время окрашивания. Параллельно наблюдала за работой мастерицы, слушала ее объяснения и небольшие лекции.

Когда научилась мыть, сушить и делить волосы на зоны, стала готовить клиентов к окрашиванию, мастеру оставалось только подойти и нанести краску. Потом начала заниматься уходовыми процедурами, простыми окрашиваниями и получать за них небольшой процент.

Моей первой клиенткой стала милая девушка, которой нужно было сделать простое окрашивание в розовый. Мастерица следила за процессом, и все получилось. А вот когда пошли более сложные работы с обесцвечиванием, началось веселье. То девушка забудет предупредить, что красилась хной, и вместо блонда получается грязно-рыжий, то запросят холодные пастельные цвета, с которыми справится не каждый более опытный мастер.

Сложнее всего мне было разобраться в косметической химии: что с чем можно мешать, что после чего наносить нельзя и где можно нарушить правило, чтобы получить крутой результат. Также поначалу было трудновато общаться с некоторыми клиентами, но со временем все решилось.

График у меня был слегка безумный. Полгода я совмещала стажировку с основной работой, там у меня были дневные и ночные смены. Например, в понедельник я работала с 8 до 20 в букмекерской конторе, во вторник приезжала к открытию студии и ассистировала или училась до 19:00, затем ехала на работу и до 8 утра среды работала в ночную смену. Приходила домой, спала часов пять и ехала снова в студию, где была до закрытия.

Основная работа давала мне средства на еду, аренду жилья и оплату курсов. Я училась стричь: прошла три блока обучения по 36 000 рублей каждый. Еще около 16 000 рублей ушло на инструменты: фен, несколько расчесок, ножницы, зажимы для волос.

Через полгода в студии я перешла в ранг мастера, поскольку освоила достаточный для самостоятельной работы набор навыков: обесцвечивание корней, полное обесцвечивание, нанесение прямого пигмента для окрашивания в один тон, с переходом цвета и многоцветного, стрижку. Оклада у меня не было, я получала процент от выполненных работ. В месяц выходило около 40 000 рублей.

Суть профессии

Я крашу людям волосы в яркие цвета. Сейчас такие окрашивания набирают популярность, их можно увидеть не только у звезд и моделей на подиумах. Подростковой блажью они тоже больше не считаются: возраст большинства моих клиенток — 22—35 лет, а самой старшей был 61 год.

Какое-то время назад Инстаграм был полон радужных окрашиваний, сейчас их стало поменьше. Еще многие цвета сегодня больше не считаются фриковыми: например, красные волосы стали почти привычными, розовые близки к этому.

Процесс обычно состоит из двух этапов: подготовка базы и нанесение красителя. Подготовка базы — это обесцвечивание волос, иногда смывка предыдущего цвета и так далее. После этого я считаю правильным сделать процедуру ухода и нейтрализации химических реакций, а затем уже наношу цвет. Чаще всего клиентки просят сделать окрашивание, которое можно носить долго и не париться по поводу смывания цвета или отрастающих корней.

Профессия подходит тем, кто любит сильно заморачиваться. Во-первых, человек должен понимать работу с цветом. У кого-то это развито на уровне интуиции, кому-то, возможно, понадобится литература для художников и много экспериментов. Мастер должен знать, какие варианты расположения цветов выглядят хорошо, представлять, как они будут сочетаться со стрижкой, уметь добиваться нужного оттенка, учитывать, какая для него нужна база.

Мне кажется, с окрашиванием — как с живописью: цветовые предпочтения зависят от происходящего в жизни художника. Сейчас, пожалуй, больше всего мне нравятся плавные переходы неоново-ярких цветов или сочетания с серым. Сложными иногда оказываются пастельные окрашивания: когда цвет очень ненасыщенный, база под него должна быть идеальной. Например, волосы, окрашенные стойкой краской в черный, очень сложно и дорого, а порой и невозможно обесцветить до такого светлого цвета, чтобы в итоге добиться нежно-голубого. Зато розово-красные оттенки на таких волосах часто получаются неплохо.

Во-вторых, работа требует погружения в дебри косметической химии. Мастеру нужно понимать, чем отличаются персульфаты различных металлов друг от друга, на какие категории делятся силиконы и какие жирные кислоты и спирты искать в маске для нейтрализации после обесцвечивания. Также необходимо знать, как работают средства с определенным составом, совместимы ли они друг с другом и с красителями.

В-третьих, надо досконально изучить строение волос. Волосы состоят из примерно одинакового набора слоев: кутикула, кортекс, медула. Но толщина кутикулы у азиатских волос, например, значительно больше, чем у тонких славянских, значит, чтобы проникнуть в кортекс и обесцветить такие волосы, нужны более мощные средства. Если ты понимаешь строение кутикулы, то сможешь сделать цвет более стойким и не купишься на рекламные обещания в духе «наша добавка с маслом арганы укрепит ваши волосы во время обесцвечивания», потому что масло арганы внутрь волос не проникает.

И, конечно, нужно уметь работать с людьми. Мое общение с клиентом начинается еще при записи на визит. По диалогу и странице в соцсетях часто уже можно понять, что это за личность. В процессе нащупываю общие темы: чаще всего это работа, уход за волосами, домашние животные, недавние события, сериалы. Со многими можем поболтать и на более личные темы — от прошедшего отпуска до каких-то жизненных проблем. Бывают и те, кто любит помолчать, тогда я, конечно, не пристаю с беседами. Значительная часть клиентов ходит ко мне регулярно, так что с ними общаться легко.

Окрашиванием точно не стоит заниматься тем, кто хочет искусства и творчества в чистом виде. Есть много химических законов, принципов восприятия и прочего, которые можно нарушать, только если досконально знаешь предмет. Нельзя просто взять порошок, плюхнуть туда чего-нибудь по желанию, намазать на клиента по принципу «я так вижу» и получить шедевр. Например, если у человека нет даже базового понятия о контрастах, его работа вблизи может казаться красивой, а издалека превращаться в однородно-грязную, потому что выбранные цвета нейтрализуют друг друга и сливаются. Это уже не говоря о том, что при таком «творческом» подходе легко повредить волосы.

Мастеру приходится проводить много времени на ногах, химия вредная, люди — не всегда приятные в общении. Кроме того, необходимо постоянно учиться. К этому добавляются еще и соцсети: вести их и быть на связи — тоже почти обязанность.

Это занятие не подойдет тем, кто не любит напрягать мозг и ищет легкой работы.

Обожаю, когда людям нравится результат моего труда. Например, недавно у меня была девушка, которой явно не хватало уверенности в себе. Я покрасила ее в яркий розовый с оранжевыми концами. После этого у нее изменился взгляд, она стала больше шутить и даже разрешила сфотографировать результат так, чтобы было видно лицо, хотя до этого просила его не снимать и жаловалась на то, что считала недостатками. Такие моменты, когда цветные волосы раскрывают личность и помогают полюбить себя сильнее, для меня самые ценные.

Если результат не совпадает с ожиданиями клиента, я стараюсь исправить все на месте. А если он не уверен, нравится ему или нет, то у меня действует «гарантия»: в течение недели можно мне написать, и я переделаю без доплаты. Если же что-то пошло совсем не так и исправить это у меня не получается, то не беру деньги. Теоретически могу оплатить переделку у другого мастера, но такого пока не случалось. Совсем недовольных клиентов у меня не было, максимум — девушка получила не то, что хотела, я предложила ей выбрать день, чтобы переделать, и она больше не написала. Это тоже нормально, мы друг другу не подошли. Нельзя пытаться удержать всех, я считаю.

Для меня самое трудное в работе — это периоды, когда я чувствую себя безрукой неумехой. Это ощущение может вызвать какая-нибудь глупость: например, чуть хуже прокрашенная прядка на затылке, причем клиента она даже не беспокоит. Бывает и что-то посерьезнее: например, случаи, когда не удается избежать повреждения волос при обесцвечивании.

Еще индустрия у нас довольно хищная. Я не работала в больших салонах, где вырабатывается устойчивость к козням и подковерным играм, и сталкиваться с ними мне неприятно. Например, бывшая начальница очень болезненно восприняла мое увольнение и еще долго всем рассказывала, какая я ужасная. Не думаю, правда, что это на что-то повлияло. Я слышала про случаи, когда мастер проходит мимо коллеги и говорит гадости о качестве его работы, причем так, чтобы клиенту было слышно. Иногда администраторы салона записывают всех клиентов к кому-то одному, а новый мастер сидит без работы и денег. Могут лить негатив в соцсетях, добиваться бана страницы конкурента с помощью ботов.

Место работы

С августа 2019 года я работаю на себя как самозанятая. Оформилась буквально за время поездки в метро через приложение Сбербанка.

Сначала я арендовала кабинет в салоне — 15 квадратных метров, на одно рабочее место этого достаточно. Платила 30 тысяч в месяц. В кабинете была зона с диваном и столом, чтобы было удобно ждать свою запись, пить чай. Оборудование мне предоставлял салон. Там была парикмахерская мойка, тележка, стойка, которую я использовала как подставку под шампуни и как лабораторию для смешивания красителей, пара шкафов для хранения материалов и инструментов. Одним из решающих факторов было наличие климазона — это такой прибор, с помощью которого можно греть или сушить волосы, он висит на стене и выдвигается при необходимости.

Многое мне пришлось докупать: миски, кисти, расчески для укладки, материалы для окрашивания, расходники вроде одноразовых полотенец — на это ушло не меньше 50 000 рублей.

Оборудовать рабочее место с нуля довольно дорого.

Перебираться в собственное помещение есть смысл, если хочешь работать по своим правилам: салон часто предоставляет доступ в кабинет только в часы своей работы, ты во многом зависишь от воли директора или управляющего, могут возникать конфликты с сотрудниками. Главное же отличие своей студии от кабинета в чужом салоне в том, что работаешь на развитие личного бренда. Да и психологически ощущать, что это твое место, полезно для творческого процесса.

Поэтому с 1 марта я арендовала отдельную студию: она стоит 35 000 рублей в месяц за 20 квадратных метров. Я купила удобное лично мне оборудование и могу не переживать, что придется что-то кому-то возмещать за пятно краски. Ремонт и обустройство обошлись примерно в 200 000 рублей. Я выбирала далеко не самые дорогие варианты, но относительно приличные. Пока отложила покупку лаборатории для смешивания красителей и мебели для зоны ожидания — вместо них у меня стеллаж и привезенные из дома кресло-мешок и столик.

Материалы зависят от того, какие работы в основном планирует делать мастер. Но точно всем нужны: шампунь глубокой очистки, обычный шампунь, кондиционер или маска с силиконами, липидная маска глубокого действия, несмываемый кондиционер, термозащита, средства для укладки, обесцвечивающий порошок и оксиды, красители по запросам, расчески для стрижки, сушки и укладки, ножницы, фен, плойки/утюжки для укладки, зажимы, миски, кисти, одноразовые перчатки, полотенца, пеньюары, фольга и/или меш-пластины для изоляции прядей при окрашивании.

Суммы, которые я трачу на закупки, разнятся от месяца к месяцу. Могу потратить как 10 тысяч рублей, так и 50 тысяч. Например, в январе на материалы и расходники ушло 37 тысяч рублей, а в декабре — всего 18 тысяч, потому что перед этим я сделала крупную закупку красителей.

Если есть возможность, я закупаюсь у официальных дистрибьюторов. Если нет, то в магазинах профессиональной косметики, онлайн или офлайн. Экономить пытаюсь, но слежу, чтобы на качество это не влияло. Например, в магазине, куда я часто хожу, мне дали скидочную карту профессионала — до 35% на некоторые марки. Кроме того, я понимаю, что некоторые этапы работы не отражаются на качестве результата, а значит, использовать дорогие средства на этих этапах тоже нет надобности.

Небольшой минус самозанятости в том, что ответственность за все приходится нести самой.

Это же и плюс: я организую все так, как удобно лично мне. Сама выбираю материалы для работы, а не использую те, которые даст салон. Сама веду запись клиентов и выделяю столько времени, сколько нужно, чтобы хорошо сделать работу. В салоне часто бывают лимиты из-за погони за прибылью.

С точки зрения клиента и у салона, и у независимого мастера есть свои достоинства и недостатки. В салоне можно получить сразу несколько услуг и сэкономить время. Зато независимый мастер чаще всего работает так, чтобы клиенты возвращались, а салон может ориентироваться на поток.

Я бы выбирала, кому доверить окрашивание, по рекомендациям знакомых, чьи волосы мне нравятся. Если таких нет, то изучала бы страницы мастеров в соцсетях, читала бы посты, по ним часто видно отношение человека к работе. Фото в портфолио иногда показательно, но из-за обработки оно может не иметь ничего общего с реальностью. Если перед записью можно прийти к мастеру на консультацию, тоже хорошо: так вы заранее поймете, насколько подходите друг другу.

Не стоит слишком сильно ориентироваться на конкурсы и награды, они далеко не всегда отражают уровень мастера. Для конкурса главное — красивая картинка, а что будет с волосами модели потом — неважно.

Также стоит обращать внимание на то, сколько времени выделяют на клиента: вряд ли качество волос или окрашивания будет хорошим, если обещают все сделать быстро. Полировка волос машинкой, стрижка огнем и прочими приспособлениями вместо обычных хороших острых ножниц могут не дать эффекта или дать отрицательный. Ботокс, кератин и нанопластику я бы не рекомендовала — знаю буквально единицы мастеров, которые делают эти процедуры хорошо.

Рабочий день

Обычно я работаю по графику 2/2, работа больше двух дней подряд сказывается на моем уровне довольства результатами. Может, потому что устаю и необъективно оцениваю, может, действительно получается хуже. Я становлюсь менее внимательной, могут быть какие-то косяки: непрокрашенные места, неправильный цвет, недостаточно плавный переход, не до конца осветленные корни или пряди. В большинстве случаев все можно сразу исправить, но это лишний расход времени и материала.

Просыпаюсь около девяти, завтракаю, пью кофе, собираюсь. С выбором одежды вопросов обычно нет: ее легко испортить краской, поэтому на работу обычно ношу то, на чем уже есть пятнышки. По пути, если есть время, захожу в магазин за парой готовых блюд на обед и печеньками для себя и клиентов.

В 11 первая запись. Окрашивание обычно занимает 4—5 часов, чаще всего в день у меня два клиента. Но бывает и три-четыре человека — на простое окрашивание, стрижку или уходовые процедуры, это быстрее. Если случай сложный, то могу и с одним проработать весь день. Такое случается, когда человек часто делает окрашивания и процедуры кератинового выпрямления либо когда волосы плотные и пигментированные — их трудно обесцветить. Или, например, когда нужна сложная техника, скажем радужный глитч: на очень тонких прядях рисуются полоски, на это уходит много времени.

Пока моим максимумом было около 10 часов.

Между записями могу втиснуть консультации: это удобный вариант записать нового клиента и при этом предварительно обсудить пожелания, понять, насколько реально осуществить задуманное и сохранить по максимуму качество волос, и обговорить цену.

Обед иногда получается устроить между записями, но бывает и так, что приходится есть в ускоренном режиме во время выдержки красителя. Если не успела зайти в магазин, могу заказать доставку, иногда ко мне присоединяется клиент: во время долгого окрашивания он может проголодаться.

Рабочий день я стараюсь планировать так, чтобы уходить в 8—9 вечера, но окрашивание может занять больше времени, чем планировалось: например, волосы обесцвечиваются сложнее, чем казалось изначально, или мы уже в процессе решаем сменить стратегию. Тогда я уезжаю домой на такси.

Мой молодой человек обычно возвращается раньше и готовит ужин, либо мы можем купить готовой еды. Потом смотрим сериал или фильм, общаемся, иногда я смотрю, как он играет в какую-нибудь компьютерную игру, для меня это тоже почти как кино, только еще интерактивное. Принимаю душ, ложусь спать около часа ночи.

Случай

Когда я работала в студии, к нам пришла девушка с испорченными волосами длиной до подбородка. Она попросила красный, упомянув, что отращивает волосы и мечтает о длинных. Ей сказали, что в ее случае придется выбрать: либо цвет, но короткая стрижка, либо длина, но с цветом придется ждать. Она выбрала цвет. И вот я ее стригу, а она на середине начинает:

«Что делать, я теперь лысая, ужасно, как с такой стрижкой ходить…»

Я тогда только отучилась на парикмахера, в процессе и без того нервничала, а тут чуть не впала в истерику. Кое-как достригла с помощью другого мастера, денег с клиентки не взяла, хотя получилось хорошо.

Через месяц девушка пишет: «Ну что, когда можно покраситься?» Я была немного в шоке, записала ее на окрашивание, и вот она уже пару лет моя постоянная клиентка, еще и подругу привела. А с длиной в итоге получилось так: мы с ней отрастили волосы до плеч, и оказалось, что ей с ними неудобно, так что мы их опять отрезали. Хеппи-энд!

Подработки

Очень редко подрабатываю переводами с албанского и английского. Сама их не ищу, подкидывают по старым связям. С албанского в основном перевожу документы, с английского — по-разному. Был, например, опыт перевода на семинаре по системе русского боя. Необходимости в подработке у меня нет, так что это просто приятный бонус с точки зрения финансов. И развлечение: переключаю мозг на другую деятельность.

Доходы и расходы

Доходы разнятся от месяца к месяцу в зависимости от количества и сложности работ. Кроме того, очень разные суммы могут уходить на материалы. В среднем я работаю 15 дней в месяц, в день у меня выходит около 12 000 рублей, но это без вычета материалов и аренды. Также я плачу налоги — 4% от выручки. С опаской жду момента, когда мой доход превысит максимально допустимый для самозанятого и придется оформить ИП.

Мой чистый доход — не менее 100 000 рублей, он вполне соответствует рынку.

Чтобы зарабатывать больше, надо вкладываться в обучение. Обычно я прохожу его несколько раз в год. Бывают однодневные мастер-классы, как правило, они посвящены очень узкой теме: полдня отводится для демонстрации и теории, полдня — для отработки на манекене или модели. Курсы более широкой тематики длятся 2—5 дней. Я бываю как на бесплатных семинарах, так и на таких, которые стоят 100 000 рублей. Если знаю, что мне нужны знания по конкретной теме от конкретного преподавателя, то коплю нужную сумму и иду. В мае планирую учиться технике, которая позволит выполнять запросы на более долгую носку окрашивания за счет мягкого отрастания корней и, возможно, привлечет новых клиенток-блондинок. Два дня с отработкой стоят 40 000 рублей.

Еще для роста заработка можно поднимать цены, что я и сделала в конце прошлого года. Окончательную стоимость услуги считаю по формуле: количество затраченных часов плюс расходные материалы. Раньше час работы стоил 1000 рублей, теперь — 1200 рублей. Но цены на материалы остались теми же, поэтому стоимость окрашивания выросла не так сильно. Некоторые немножко расстраиваются, что услуги подорожали, но большинству это кажется нормальным — запись менее плотной не стала.

У нас с молодым человеком раздельный бюджет, но есть общая карта, с которой мы покупаем все, что нужно в дом: еду, бытовую химию и так далее. Я кладу на нее 8500 рублей в месяц. Мы снимаем квартиру, за аренду и ЖКХ тоже платим вместе.

Около 9000 рублей я трачу на бьюти-услуги: брови, ногтики, эпиляцию. В последнее время хожу с дредами, их нужно регулярно подплетать. Такси пользуюсь, когда поздно заканчиваю работать, нужно довезти коробки с материалами из магазина или уехать из гостей.

Оставшееся после основных трат уходит на то, что нужно в этом месяце: подарки, косметику, одежду или обувь. Обычно я выбираю долговечные, но не очень дорогие вещи, чтобы в случае чего было не так жалко. Не люблю часами ходить по торговым центрам, предпочитаю идти в конкретные магазины или делать покупки в интернете.

Вообще мой главный лайфхак — меньше свободного времени на шопинг: чем меньше смотришь на то, что тебе не нужно, тем меньше ненужного покупаешь. А на том, что нужно, я экономлю разве что с помощью интернет-магазинов. Люблю «Алиэкспресс» нежной любовью, покупаю там интересные украшения, иногда обувь, редко одежду. Могу взять что-то для работы, например венчики для перемешивания краски или целлофановые чехольчики для ушей, чтобы не пачкать их краской. Иногда выручает «Ламода». А еще мама вяжет мне теплые вещи, например носки.

Я откладываю деньги на относительно краткосрочные цели: обучение, татуировки, отпуск. Последний раз, например, отдыхали в Европе, ездили по Чехии, Словакии, Австрии и Венгрии. Потратили на двоих тысяч 120.

Финансовой подушки особой нет: она кончилась, когда я уволилась. Теперь пытаюсь ее восстановить.

Нерабочие дни

В новой студии я отработала только один день. Сейчас, согласно указу мэра Москвы, сижу дома. Запустила продажу сертификатов: клиент может внести на баланс сумму, которую потратит в следующий визит. Пока купили три штуки на сумму 25 000 рублей. По сути, таким образом я беру в долг у будущей себя, поэтому стараюсь этим не злоупотреблять.

В мае планирую работать, сколько будет нужно, чтобы принять всех, у кого отросло или смылось, а потом перейду на четыре дня в неделю.

Если говорить об изменениях в наших расходах, то мы раз в три-четыре дня покупаем еду, тратим на это примерно 1700 рублей, оплачиваем аренду квартиры и подписку на «Нетфликсе». Аренда студии сейчас под вопросом: арендодатель молчит с конца марта, но деньги на оплату я на всякий случай собираю.

Будущее

В какой-то момент надо будет думать о масштабировании: взять ассистента, может быть, объединиться с коллегами и организовать мастерскую для совместной работы.

Хотелось бы также запустить продажи средств для волос. Начать можно с тех, которые я рекомендую клиентам. Это удобно: не нужно ехать в магазин, все покупаешь на месте. А в перспективе есть идея запустить свою марку в сотрудничестве с фирмой, которая занимается разработкой косметики.

Пока работа приносит удовольствие, буду заниматься ею, повышать квалификацию, увеличивать доход. Если начнет надоедать, переключусь на преподавание: буду вести мастер-классы и учить других мастеров. Может, открою свой салон, но пока это кажется довольно трудозатратным делом, надо будет многому научиться.

Вы можете стать героем нашего нового материала. Заполните анкету и расскажите о своей профессии.