Как я помогаю родителям в кризисе сохранить детей в семье

Чтобы они выросли благополучными взрослыми

11
Как я помогаю родителям в кризисе сохранить детей в семье
Аватар автора

Тамара Чувашова

помогает детям остаться с родителями

Страница автора
Аватар автора

Мария Нечаева

поговорила с героиней

Страница автора

По статистике фонда «Дети наши», в детских домах у 8 из 10 подопечных есть родители, которые способны их воспитывать.

Семьи могут оказаться в сложной жизненной ситуации из-за потери работы, кормильца или из-за болезни. Единственная помощь от государства, на которую они могут рассчитывать, — помещение ребенка в детский дом. Но лучше, проще и дешевле помочь родителям избежать изъятия, чем потом восстанавливать отношения или работать с травмой и адаптировать ребенка к социуму. Этим занимается благотворительный фонд «Дети наши», в котором я работаю с 2021 года.

Я сама воспитывалась в детском доме при живых родителях и знаю, насколько это тяжело. Помню комнаты на 12 человек, полное отсутствие личного пространства и невозможность пережить свои эмоции, потому что ты всегда на виду. Благодаря реформам детские дома стали богаче, в них улучшились условия жизни, но глобально это не меняет сути — дети должны жить дома вместе с родителями.

Расскажу, как работает программа помощи семьям, кто наши подопечные и почему им важно помогать.

О важном

Эта статья — часть программы поддержки благотворителей Тинькофф Журнала «О важном». В рамках программы мы выбираем темы в сфере благотворительности и публикуем истории о работе фондов, жизни их подопечных и значимых социальных проектах.

В марте — апреле мы рассказываем о теме бедности. Почитать все материалы о тех, кому нужна помощь, и тех, кто помогает, можно в потоке «О важном».

Опыт детского дома

Я родилась в полной семье, но родители развелись, когда мне исполнилось пять. После этого до 11 лет я постоянно кочевала между домом отца в Рославле в Смоленской области и домом бабушки в Мурманске. Постоянно приходилось менять школы и друзей.

Когда у отца появилась новая семья и родился сын, наши отношения окончательно разладились. Я была сложным подростком, ревновала папу к новой семье и могла вызывать похожие чувства у мачехи.

В 12 лет после очередной ссоры я просто ушла из дома. Тогда сотрудники опеки отправили меня в социально-реабилитационный центр, СРЦ. Первое время была надежда на разрешение конфликта, но отцу и мачехе не хватало компетенций и знаний, чтобы наладить отношения.

Мама не планировала забирать меня к себе, а под опеку к бабушке я сама отказалась идти: она пожилая, я не хотела ее утруждать. К тому же ребята в детском доме рассказали мне о льготах для выпускников учреждений, и я решила ими воспользоваться. Когда бабушка приехала в Рославль оформлять опеку, я уже привыкла к жизни в системе и отказалась уезжать.

В СРЦ я пробыла год. За это время обоих родителей лишили родительских прав: маму — за асоциальный образ жизни, а отец сам подписал отказ. Тогда меня отправили в первый детский дом, откуда я сбежала через неделю. Там мне было страшно: я не чувствовала себя в безопасности.

Следующие три месяца я находилась у дальних родственников, даже пробовала жить с мамой, но поняла, что этот вариант мне не подходит и больше к нему не возвращалась. У нас не было той связи, которая должна быть у родителя с ребенком, а внутри меня жило много невысказанной обиды.

Я не понимала, как можно отказаться от своего ребенка, ведь она мама и должна бороться за меня до конца.

Я сама пришла к инспектору по защите детства и попросила отправить меня в другой детский дом. Так я снова вернулась в СРЦ и продолжила занятия в школе.

Еще через год меня отправили в новый детский дом — всего за восемь лет я сменила четыре учреждения. Это нормальная ситуация. Например, их часто расформировывают, а детей распределяют по другим приютам. Обычно мнение ребенка при этом не спрашивают.

Поступление в вуз и социальная работа

В 2006 году после выпуска из школы я поступала на связиста, но провалила физику. В итоге попала в педагогический колледж в Смоленске — это было единственное место, куда я успела подать документы.

Я пошла на новое тогда направление — «Социальная работа», планировала проучиться год и перепоступить. Но за первый курс поняла, что именно с этой сферой хочу связать свою жизнь. Социальная работа оказалась для меня интересной и перекликалась с моим жизненным опытом сиротства. После первого года учебы я пошла работать воспитателем в СРЦ, в котором когда-то жила сама.

В 2010 году я окончила колледж. Из-за замужества и рождения ребенка мне пришлось на время оставить работу, но в 2013 году я устроилась социальным педагогом в Центр психолого-медико-социального сопровождения детей и семей.

Я работала с приемными родителями и опекунами, старалась предупредить вторичный отказ от детей. Мы с психологом сопровождали семьи, помогали выстраивать детско-родительские отношения и решать возникающие проблемы.

Например, если ребенок только попал в семью, то в первую очередь ему и родителям нужна помощь в адаптации. Были семьи, в которых дети находились больше десяти лет, но появлялись проблемы с поведением или оценками, а родители не знали, как их решать. Мы помогали им до того, как ситуация доходила до критической стадии, когда ребенка могли изъять и поместить в детский дом.

Подопечные фонда «Дети наши»

Еще во время работы в Центре я узнала об известной в Смоленске некоммерческой организации «Дети наши». Фонд работает с воспитанниками и выпускниками детских домов, помогает им подготовиться к самостоятельной жизни после выпуска из учреждения. Также организация занимается профилактикой социального сиротства и помогает семьям в сложной жизненной ситуации встать на ноги и продолжить самостоятельно воспитывать детей.

В 2021 году знакомая рассказала мне об открытой вакансии социального педагога в программе профилактики социального сиротства. Мне нравилась моя работа, но после восьми лет хотелось чего-то нового. Фонд подошел идеально: во многом задачи оставались теми же — сохранить ребенка в семье и не допустить его попадания в детский дом. Так я устроилась в НКО.

Здесь я работаю в основном не по запросу от самой семьи, а с менее мотивированными родителями, которые часто не осознают своих проблем. Сейчас у меня в работе 12 семей, которым мы помогаем сохранить ребенка, и еще 7, которым помогаем вернуть уже забранного в детский дом малыша.

В каждой из них — свой кризис и набор проблем. Но можно составить примерный портрет благополучателя фонда:

  1. Больше половины семей воспитывают двух и более детей.
  2. Больше неполных семей, обычно это мамы с детьми.
  3. Низкий уровень образования родителей — среднее профессиональное или школьное. У меня нет ни одной семьи с неоконченным школьным образованием, но у коллег такие есть, как и обладатели высшего образования — их немного.
  4. Низкий доход или как минимум недостаточный для закрытия всех нужд. Бывает, что на содержание семьи в принципе хватает, а вот если сломается печь, то на ее починку уже никак не набрать. Пожароопасная или неработающая печь — это прямая дорога к изъятию ребенка, потому что жить в таком доме опасно для его жизни и здоровья.
  5. Низкие социальные компетенции, коммуникативные навыки, особенности интеллектуального развития.
  6. Дефицит финансовой и юридической грамотности, а иногда — отсутствие банальных бытовых навыков.
  7. Вопреки распространенному мнению об изъятии детей из алкоголизированных семей, только у 30% моих подопечных были проблемы с алкоголем. Этот процент еще ниже по всем 138 семьям, с которыми в 2022 году работал фонд.

Наши подопечные — самые обычные люди, оказавшиеся в тяжелой ситуации. Мое детство и юность не были простыми, но ситуации, с которыми я встречаюсь в фонде, как минимум удивляют меня, а часто пугают и даже злят.

Речь об условиях, в которых вынуждены жить люди. У наших подопечных часто туалет находится на улице, куда могут забрести волки, отсутствует канализация, водопровод, а значит — и душ. У некоторых нет даже своей бани, и они всю жизнь вынуждены пользоваться тазиками. Это отсутствие самых банальных бытовых условий, на которое накладываются и другие сложности.

Чтобы изменить ситуацию, нужна глобальная перестройка жизни в глубинке. Помогло бы строительство школ, больниц, поликлиник, детских садов, дорог, создание предприятий, распространение мобильной связи и интернета.

Я смотрю на все это и понимаю, что у подопечных просто не было шанса не оказаться в кризисе. Но, конечно, нельзя винить во всем только внешние условия: многое зависит от самого человека.

Я видела родителей, у которых опускались руки, они были готовы перестать бороться. Но когда мы начинали с ними работать, они расцветали, снова верили в себя, к ним возвращалась готовность действовать. Я видела людей с сильной алкогольной зависимостью, которые брали себя в руки ради детей и после этого вообще не употребляли спиртного.

Но иногда помочь невозможно — если человек сам не хочет ничего менять и прилагать усилия. В таких ситуациях фонд бессилен: нельзя помочь тому, кто этого не хочет.

Работа в фонде и помощь семьям

Фонд помогает семье найти ресурсы, преодолеть все трудности и учит справляться с ними самостоятельно, чтобы детям не грозило попадание в детский дом.

Во время выездов к подопечным я оцениваю уровень благополучия ребенка в семье, его привязанность к родителям. Для этого смотрю, есть ли в доме бардак, тараканы, а у родителей — признаки злоупотребления алкоголем или химической зависимости. Также наблюдаю, нет ли у ребенка проявления последствий психологического или физического насилия — это гораздо хуже финансовой несостоятельности семьи.

Я оцениваю ситуацию комплексно, чтобы понять главную проблему семьи и то, почему возник риск изъятия. Продумываю, с чем можно работать, что налаживать и менять для минимизации этого риска.

Если жизни и здоровью ребенка не угрожает опасность, то я беру семью в работу, подписываю с ней договор и план действий. Часто я действую в паре с психологом или подключаю юриста или сторонних специалистов — логопеда, врача или репетитора.

Мы никогда не забираем у родителя ответственность за ребенка, а работаем вместе.

Для этого объясняем, что сейчас поможет фонд, а потом подопечным надо будет самим решать подобные проблемы. При этом мы будем рядом, ведь «Дети наши» — это поддержка на пути к изменениям, а не устранение всех сложностей.

Даже когда нужно срочно закрыть какую-то проблему, мы обсуждаем с подопечным, где еще он может получить помощь. Например, он может оформить алименты или пособия, о которых не подозревал, написать заявление в соцзащиту, обратиться к знакомым.

Затем мы переходим на самый сложный этап — мотивирование. Многие наши семьи часто никогда не видели ничего, кроме неблагополучной или нересурсной среды. Мы прописываем даже маленькие шаги и подчеркиваем любые изменения.

Мы никогда не осуждаем подопечных, поскольку они и так часто сталкиваются с предвзятым отношением соседей, сотрудников органов опеки и всех вокруг. Я убеждена: нельзя понять человека, не побывав в его шкуре. Если кто-то не оказался в кризисе, это может говорить не только о его невероятной силе духа и предприимчивости, но и о наличии большего количества ресурсов для преодоления трудностей.

Иногда я думаю, как было бы, существуй фонд во времена моего детства. Я уверена, что специалисты могли бы помочь моей семье и все было бы хорошо. Но тогда просто не было таких помощников.

Как помочь родителям сохранить детей в семье

Фонд «Дети наши» с 2006 года поддерживает воспитанников и выпускников детских домов на пути к самостоятельной жизни за стенами учреждений. С 2014 года НКО помогает восстановить родственные связи подопечных учреждений и занимается профилактикой социального сиротства.

Вы можете поддержать работу НКО, оформив регулярное пожертвование:

Мария Нечаева
Как вашей семье удавалось справиться с финансовыми трудностями?
Комментарии проходят модерацию по правилам журнала
Загрузка
0
Герой

Это очень важная работа - респект таким людям, как автор!

21
0
Герой

Спасибо за статью и вашу работу!

7
0

Какая Тамара молодец!. Интересно, что чувствуешь, когда помогаешь семьям в ситуации, в которой когда-то оказывалась сама? Поразило, что Тамара ещё и работала в том же СРЦ, в котором ранее была воспитанником - не накатили ли плохие воспоминания?
Спасибо за рассказ о фонде, теперь знаю, кому донатить)

6

Алиса, спасибо) у меня не было плохих воспоминаний в период нахождения в СРЦ, но я точно знала, что чувствуют дети, когда туда попадают. Первое чувство- страх от неизвестности. И очень круто, когда там работают люди, которые помогают избавиться от этого чувства и окружают добротой.

9

Тамара, спасибо Вам, Вы невероятная

3
0
Отредактировано

Если семья пьёт, то вы помочь им никогда не сможете. И если они будут белые и пушистые во время просыхания, то потом все равно сорвутся. И дети вашими стараниями так и останутся в аду. Не знаю, я к вашей работе отношусь с большим скепизмом и считаю, что вы приносите большой вред. И у меня есть полное право так говорить, потому что я бывший ребёнок из такой семьи.

Если люди оказались в такой ситуации, то они или не хотят решать эту проблему или считают окружающее нормальным. Исключением может стать болезнь родителя, конечно, но это исключительные случаи. Вы детей оставите они сделают вид, что все ок. Вы уйдёте, а дети останутся. А родители вернутся к прежнему образу жизни. И дети унаследуют это от родителей. И хорошо, если там нет насилия, дети не всегда признаются.

Я жила среди подобных семей в деревне, да, туалет был на улице. Часто происходило треш, но детей никто не изымал. А надо бы, семей таких была куча, и из 70% ничего хорошего из детей не получилось. И, да, я бы с радостью оказалась бы в детдоме, чтобы не видеть скандалы и драки родителей, вот только меня никто не забирал. Я бы назвала вашу деятельность как благими намерениями дорожка в ад. Наши органы опеки абсолютно не хотят работать и если они хотят забрать детей, то стоит подумать, что происходит в семье и почему она оказалась в такой ситуации. Конечно, дети скажут что хотят с мамой. Но это потому что другой жизни они не видели. В таких семьях страшная пед. запущенность, проблемы с психикой у детей, проблемы со здоровьем, которые родители не хотят решать, проблемы с зубами, проблемы с логопедией, с неврологией. И этому всему виной родители. И вы хотите и дальше оставить их в подробной семье. Гениально.

Ну и забавно, что вы не остались с вашей мамой и предпочли детдом. Но сейчас "спасаете" детей от него. И это несмотря на то, что вы выросли вроде как адекватным человеком. Вам не кажется, что логика немного хромает?

6
Отредактировано

Ну и вообще все выше - это не только про семьи алкоголиков, а вообще про такие семьи. Вы не росли в деревне, ну или в маргинальной городской семье и вам кажется, что у бедных родителей хотят отнять детей злые органы опеки. Но вы не представляете как детям в таких семьях. И да они дико любят родителей. А кто не любит родителей? Это чисто психология.

Бывают пассивные мамы, которые и не пьют, и все такие разумные, но не могут сводить детей к зубному, к примеру или к логопеду. Потому что денег нет на автобус, скажут они вам. Или детей не с кем оставить. Вот только как только позвонит ухажер, и деньги найдутся, и детей соседке.

Или в деревнях бывает ещё одна крайность, на прополку огорода время есть, но на детей нет. Ведь куда важнее, чтобы огород чистый был, а ребёнка букву р не выговаривает и ничего страшного, времени нет ведь самим с ним позаниматься. А ребёнка потом везде травят, но в таких семьях родителей это не волнует. И да, та же картошка спокойно вырастет, если не полоть огород совсем, если что.

То, как они живут, это образ их жизни. И вы их не измените. И делаете хуже для детей.

5
Герой

Ой,, автор писала текст, который одобрило её начальство. В высоких кабинетах говорят именно такими красивыми фразами. О проблемах работы она написать или не захотела, или не смогла.

1
0

Прекрасная инициатива, прекрасная работа!
Вы очень сильная, вам палец в рот не клади, начиная с детства! Не побоялись трудностей и в таком юном возрасте взяли и проанализировали свою жизнь, приняли важные решения.
Всегда интересовалась фондами, которые помогают именно матерям/родителям. Очень важно оставить ребенка в семье и дать импульс на изменение его окружению.

4
0

Тамара, то что Вы делаете, это невероятно!

2
0

Мне кажется, вам нужно книгу написать про свой жизненный путь 👍🏻 Я бы купила.

2

Сообщество