«Мне не надоедает объяснять одно и то же»: сколько зарабатывает репетитор русского и литературы

В Москве

«Мне не надоедает объяснять одно и то же»: сколько зарабатывает репетитор русского и литературы

Мы регулярно пополняем коллекцию историй наших читателей о разных профессиях.

Героиня этого выпуска не планировала работать репетитором и даже боялась детей и подростков. Но сначала онлайн-преподавание было удобно совмещать с учебой, а потом оказалось, что эта работа приносит удовольствие и хороший доход. Она рассказала, что самое сложное в школьной программе по русскому и литературе, чем онлайн-уроки лучше очных и почему она хочет развивать не только прибыльные групповые занятия, но и бюджетные — для старательных учеников.

Это история из Сообщества. Редакция задала вопросы, бережно отредактировала и оформила по стандартам журнала.

Выбор профессии

Возможно, это прозвучит странно, но коренным образом мою жизнь изменил концерт группы Bring Me the Horizon. Тогда, в 16 лет, я впервые приехала в Москву и решила поступать в университет именно там. Москва покорила в первую очередь свободой. Хотелось добиться чего-то в жизни, вырваться из маленького города, где ты живешь на глазах у всех, — в 2015 году на мой пирсинг в носу смотрело бы пол-автобуса. Еще меня привлекали профессиональные возможности, которых не было в провинции.

В 17 лет я поступила на филфак МГУ, на бюджет, и переехала в столицу. Выбрала именно этот вуз, потому что моей целью было получить качественное образование.

Несомненно, мой универ — лучшее, что случилось со мной в жизни. И здесь речь не только о программе обучения, но и о студенческом комьюнити. Я считаю, что, если знать, как им пользоваться, образование дает человеку не только физическую свободу, но и духовную.

Мы переехали вместе с моим парнем. Он очень поддержал меня, оставив все, что у него было, ради моих устремлений. Во время моего поступления мы жили у его сестры с ее семьей, он ездил со мной по приемным комиссиям, сидел в очередях на заполнение документов. Первые полгода после поступления я жила в общежитии. Родители переводили мне 9000 Р в месяц. Когда молодой человек нашел работу, то сразу стал откладывать на аренду квартиры. Где-то через полгода мы переехали в съемное жилье.

Я тоже пыталась устроиться на работу. Искала на рекрутинговых площадках, писала в компании напрямую, заполняла анкеты на сайтах и в магазинах розничной торговли. Но меня никуда не брали, так как мне не было 18 лет. Вариант неофициального трудоустройства не рассматривала, не знаю почему. Скорее всего, из-за детской наивности и идеализма.

После совершеннолетия я нашла во «Вконтакте» группу с вакансиями и стала отвечать на все объявления подряд. Прошла собеседование в одном магазине одежды — мне не перезвонили. Прошла в другом магазине этой же сети рядом со своим университетом — и меня сразу взяли. Ставка продавца-консультанта была 152 Р в час, премия за выполнение плана продаж в обычные месяцы — где-то 2000—3000 Р, в распродажные — 5000—10 000 Р. В месяц вместе с премией выходило около 20 000 Р, а в сезон распродаж удавалось заработать до 30 000 Р. Как же я была счастлива! Думала, что могу позволить себе все, что захочу.

График был «гибко-принудительный». Иногда ставили рабочие часы, когда у меня были пары в университете. Приходилось дополнительно обсуждать это с менеджером или просить задержаться тех, кто стоял в графике передо мной. В основном работала по вечерам после пар. Домашки делала либо в универе, либо по дороге. Но сессия становилась настоящим адом, потому что именно на это время приходились распродажи и подготовка к ним. В зимнюю зачетную неделю спала в сутки часа по два-три — без преувеличения. Но все сдавала без «хвостов» и троек.

Однако чем дальше, тем сложнее становилась учеба: было все больше научной работы, а вместе с этим — больше требований и ответственности. Стало невозможно совмещать ее с магазином. Проработав там меньше года, я уволилась. После этого полгода доход был нулевой, но продолжали помогать родители.

Мы с молодым человеком любили играть в «Доту» и смотреть прохождения игр — так пришла идея начать вести стримы. Чтобы стримить, нужен нормальный компьютер — я играла на компьютере парня, — который будет тянуть игру и запись стрима. И хорошая камера — у меня была Logitech HD Pro, она стоила около 6000 Р. Стримила примерно пять дней в неделю, по два-четыре часа в день. На донатах зарабатывала 5000—10 000 Р в месяц.

Донаты не зависят от уровня игры: суперигроки могут получать по 100—150 Р. Успех в этом деле зависит от случая. Бывало, что рандомным образом другой, более популярный игрок рестримил мою трансляцию у себя на странице. От него приходили подписчики или просто донаты. Размер донатов — тоже величина непостоянная.

Я для себя выделила три параметра успеха:

Но мне быстро надоело. Во-первых, токсик-сообщество: постоянные оскорбления в адрес новичков за непонимание каких-либо моментов игры; оскорбления просто так, например за цвет глаз или волос; частые гендерные оскорбления из серии «твое дело — борщи варить» и так далее. Плюс все это постоянно сопровождалось трехэтажным матом.

Во-вторых, странная аудитория. На мои стримы в основном приходили мужчины 16—26 лет, чаще всего какие-то социопаты, озабоченные или просто те, кто хотел пооскорблять случайного человека.

В-третьих, было слишком много коммуникации — мне как интроверту это давалось тяжело. Общаться нужно было со зрителями во время стрима: соглашаться или не соглашаться с их репликами, отвечать на вопросы, говорить о жизни. А еще — с подписчиками между играми: вести группу, отвечать на комментарии.

Всего я стримила около года. Самая активная фаза пришлась на первые шесть месяцев, потом стала заходить все реже — дошло до раза в неделю-две.

Однажды я рассказала знакомой о проблемах с деньгами, и она предложила подработать репетитором по русскому языку и литературе. Тогда мне казалось это чем-то невозможным, сложным и странным. У меня самой никогда не было репетитора, и я понятия не имела, какие навыки потребуются для этой работы. Но выбора не было — мне очень нужны были деньги.

И я стала искать учеников. Сначала на «Авито», но это было провально: за длительный период нашла всего одну ученицу. Тогда я выпытала у однокурсницы название платформы для поиска репетиторов, на которой она была зарегистрирована, и дело пошло. Ученики записывались сначала медленно, понемногу, потом все активнее и увереннее. Часовой урок стоил 500 Р. На момент конца третьего курса выходило 20 000—30 000 Р в месяц. У меня было четыре очных ученика и примерно столько же удаленных. Преподавала до 20 часов в неделю.

В реальности все оказалось проще и понятнее, чем я ожидала. Работать было очень комфортно. Если, например, в стримах слишком много оценивания и нарушения личных границ, то здесь никто тебе в душу не лезет — только рабочие вопросы. Я, конечно, могу обсуждать с учениками какие-то личные темы, например любые фильмы или книги, но все это проходит в максимально дружеской обстановке.

На первых занятиях, конечно, волновалась. Прийти в дом к незнакомому человеку — та еще задача для меня. Вдобавок это были ЖК, в которых жили довольно обеспеченные люди. А приходила я, скромная студентка, в распродажной одежде и старой обуви, потому что на новую и качественную денег не хватало.

Ошибки тоже были. Из-за неопытности я не совсем понимала принципы, по которым строится школьная программа, что-то даже приходилось изучать заново. Не всегда получалось понятно объяснить материал, были проблемы с дополнительными материалами: закрепляющими упражнениями, рабочими тетрадями, контрольными работами и так далее. Иногда не получалось найти подход к ученику.

Но желающих заниматься становилось все больше, а я набиралась опыта. К четвертому курсу бакалавриата я увеличила стоимость занятий до 800 Р в час. Получалось проводить по три занятия в будни и преподавать пару часов утром в выходные. Я зарабатывала уже 50 000—70 000 Р в месяц.

Я и представить не могла, что работа с детьми — то, чего я очень боялась, — будет приносить мне удовольствие и хороший доход.

Никогда не думала, что смогу с такой легкостью объяснять материал, находить общий язык с учениками и их родителями, радоваться чужим результатам.


Суть профессии

В сентябре я запускаю процесс набора учеников. Обычно это происходит так: в течение учебного года моя анкета не показывается на сайте, так как у меня полный набор. В конце августа, перед началом учебного года, я открываю анкету, и мне начинают приходить заявки. У каждого преподавателя есть свой рейтинг. Он зависит от количества принятых и отклоненных заявок, отзывов учеников и хотя бы небольшого депозита — суммы, находящейся на личном счете, так как сайт берет комиссию за поиск учеников и работу системы.

Отвечать на заявку нужно как можно быстрее, иначе ее передадут другому репетитору. Иногда я специально не спешу брать заявку и в то же время не отказываюсь от нее, потому что из-за отказов рейтинг на сайте снижается. Чтобы принять заявку, нужно заплатить комиссию за ученика. Ее сумма зависит от сути запроса — например, это может быть подготовка к ЕГЭ или помощь со школьной программой — и количества занятий. Обычно это стоимость 1—2,5 урока. В этом сентябре на комиссию у меня ушло 37 126 Р. Но ученики появляются не только благодаря площадке. Где-то треть приходит по сарафанному радио, то есть по чьим-то рекомендациям.

Большая часть учеников занимается именно русским языком. План обучения зависит от требований: если нужно помочь в изучении программы — идем по учебнику, если подготовиться к ЕГЭ или ОГЭ — тогда я уже двигаюсь по своей схеме, составленной после первичного тестирования. Есть необходимое количество материала, который должен усвоить ученик к определенному году обучения. Однако подход ко всем разный.

Учеников можно условно разделить на четыре группы.

Первая группа. Не знают программу, но обладают неплохим логическим мышлением и «интуитивной» грамотностью, поэтому не скатились совсем на двойки. С ними важно не просто выучить материал, а разложить его по полочкам, найти логическое обоснование каждого правила.

Вторая группа. Ученик довольно хорошо знает материал, но есть проблемы с применением правил, то есть он не совсем понимает, как ими пользоваться. Эти дети обычно учатся на тройки и четверки. С «интуитивной» грамотностью у них либо проблемы, либо ее совсем нет. Поэтому, к сожалению, им приходится заучивать все, что только можно заучить.

Третья группа. И правил не знают, и грамотности никакой нет. Это самые сложные ученики, но в то же время и самые интересные. Работая с ними, я оттачиваю свое мастерство, а именно навыки донесения материала, потому что его нужно рассказывать очень детально и одновременно максимально просто.

Четвертая группа. Ребята, которые и без меня практически все знают. С ними занимаемся по индивидуальной программе, поскольку цели у них разные: написать олимпиаду или поступить в одну из топовых школ Москвы.

Поначалу учеников приходилось буквально заставлять хоть что-либо делать на занятиях. «Ленится», «не хочет» — вот была частая проблема. Увлекается ученик тогда, когда он сам понимает, что может справиться с трудностями. Дети чаще всего теряют интерес, когда у них перестает что-то получаться. Более того, они злятся или сильно расстраиваются. Я стараюсь объяснить им их эмоции, говорю: «Ты сейчас грустишь или злишься, потому что тебе это непонятно, — и это тоже нормально». Я думаю, что, когда дети перестают видеть перед собой сложные рамки системы, более житейски относятся к предмету, они сами вовлекаются в процесс.

Одна из самых сложных тем в школьной программе по русскому языку — это причастные и деепричастные обороты. Этот материал проходят в первой половине седьмого класса. И если ученик не усвоил эту тему, остальная программа становится неподъемной в связи с усложнением синтаксиса — конструкций внутри предложения. Учитель в школе чисто физически не может с каждым отдельно это проработать, а потом еще и повторять из раза в раз. В учебниках много терминологии, которую дети не понимают, а непонимание рождает нежелание этим заниматься.

Вот пример правила из учебника за седьмой класс по теме причастий: «Две буквы „н“ пишутся в кратких прилагательных, образованных от полных прилагательных, которые возникли в результате перехода в них страдательных причастий прошедшего времени». Тут не каждый взрослый разберется. Мне самой пришлось потратить некоторое время, чтобы понять, что здесь вообще написано. Поэтому первое, что важно в преподавании, — понимать то, что объясняешь. К моему удивлению, оказывается, есть учителя, которые просто дают детям правило в учебнике и упражнения, при этом ничего дополнительно не объясняя из-за собственного непонимания.

Второе — нужно найти максимально наглядную и простую форму для правила. Чаще всего это схема или таблица. И, конечно же, использовать понятные примеры.

И третье — научить пользоваться правилом. Если ученик не понимает, нужно каждое словосочетание, предложение терпеливо, спокойно, медленно и детально разбирать. На третий-четвертый раз точно придет осознание. Многие мои подопечные с двоек и троек перешли на стабильные четверки и пятерки только тогда, когда перестали воспринимать предмет как нечто непонятное и сложное.

Я практически никогда не готовлюсь к занятиям.

Очень редко я ищу какой-то специфический материал. Знания у меня в голове, а упражнения — в Айпаде. Их я собирала по разным сборникам и интернет-ресурсам. Больше всего времени трачу на отправление домашек — 15 минут. Если нужно сделать специальное упражнение или подготовить наглядный материал, то время увеличивается до 20—25 минут.

Своих правил у меня несколько:

Литературой я занимаюсь только с тремя учениками. Основная цель занятий — подготовка к ОГЭ и ЕГЭ. Экзамен по литературе, как и любой другой, имеет свою специфику. Этот предмет чаще всего необходим для поступления на специальности, связанные с художественной деятельностью или русской филологией, как в моем случае, например. Чтобы сдать экзамен, нужно уметь интерпретировать литературное произведение. Интерпретировать — это не то же самое, что просто прочитать и пересказать. Необходимо понимать авторский замысел, идею, тему произведения, знать литературную теорию — например, системы стихосложения: ямб, хорей, амфибрахий — и уметь применять.

Мне кажется, что о специфике преподавания литературы можно написать целую книгу. У меня к этому предмету очень трепетное отношение, ведь литература — это искусство. Нужно учиться чувствовать и понимать текст, видеть зашифрованные смыслы. Представьте игру в шахматы: для обывателя это лишь передвижения фигур по доске, а для игрока — целый мир сложных комбинаций и стратегий. Так и с литературой: мы видим слова и предложения, но нужно копать вглубь — раскрывать задумку автора, обращать внимание на языковую игру, сравнивать образы, искать «пасхалки» — секреты, отсылки и так далее. Понимание искусства и возможность его прочувствовать открывает перед человеком иной, удивительный мир, позволяющий не только заглянуть внутрь себя, но и по-новому увидеть других.

К огромному сожалению, школьное преподавание литературы находится в плачевном состоянии. Я, человек, шесть лет изучавший литературу на отделении русской филологии, до десятого класса ненавидела школьный учебник и предмет в целом. То, что написано в учебнике, ужасно скучно, догматично и абсолютно оторвано от современной жизни. Поэтому школьные уроки чаще всего не помогают в подготовке к экзаменам.

Самое приятное — раскрывать этот предмет с совершенно другой стороны, когда ученики удивляются и говорят: «Я даже и не знал, что здесь столько всего, причем интересного». Мы не заводим аккаунты писателей в «Инстаграме», у нас все проходит более обыденно, но главное — подача. Я не стремлюсь создавать развлекательный контент. Моя задача — помочь понять материал и научить применять знания на практике. Наверное, моя увлеченность предметом зажигает интерес в учениках.

Мои ученики — мой главный стимул. Люблю наблюдать за ними, когда они увлекаются, когда у них загораются глаза, когда то, что казалось им сложным, становится простым и понятным. Мне не надоедает объяснять одно и то же, ведь суть не в самом материале, а в человеке, с которым занимаешься. Каждый раз это новый подход, новые открытия, новый путь к пониманию, новые эмоции. Ведь все дети разные. Меня это очень вдохновляет.

«Не тянет» — у меня такого еще не было. Конечно, есть случаи дислексии, но я с этим не работаю, о чем сразу предупреждаю родителей. В будущем мне хотелось бы получить еще психологическое образование, чтобы лучше понимать своих подопечных. Но я всегда стараюсь уважительно, доброжелательно и искренне вести диалог с ними, с интересом и вниманием отношусь к их чувствам и жизненному опыту.

Я не стремлюсь быть докучающим взрослым или выставить себя всезнающей.

Дети прекрасно это считывают. К сожалению, обезличивание — огромная проблема образовательной системы в нашей стране. Важно видеть в учениках людей.

Если честно, мне уже тяжело вспомнить случаи, когда меня расстраивали ученики, потому что, думая о них, я почему-то вспоминаю только хорошее. Максимум я могу огорчиться из-за двойки за какую-нибудь тему, которую мы усиленно готовили несколько занятий, но это только повод оглянуться в прошлое, подумать, где была совершена ошибка, и двигаться дальше.

Я не строгий преподаватель, но с несделанной домашкой борюсь. Мои ученики, даже самые маленькие, знают, что «нет домашнего задания» — такого просто не может быть. Это зона их ответственности. Плохо сделанное домашнее задание переписывается, несделанное остается долгом и проверяется на следующем занятии. Две-три несделанных домашки — повод для беседы с родителями.

Еще не потерплю хамства ни со стороны учеников, ни со стороны родителей. Сразу прекращу занятия, потому что это уже не вопрос образования, а вопрос воспитания.

В остальном я абсолютно спокойна. Иногда родители даже просят меня поругать за что-нибудь ученика, а я не могу — не вижу повода. Дети могут баловаться, вредничать — это нормально.

Да, дети сидят в гаджетах, но я бы не сказала, что это огромная проблема. В моем детстве еще не были так распространены телефоны и планшеты, но я любила играть в компьютерные игры, а потом, с появлением интернета дома, могла позависать во «Вконтакте» или смотреть все выходные аниме. И ничего, мне это не помешало окончить школу с золотой медалью и успешно сдать ЕГЭ. Да и посмотрите на взрослых: сами в гаджетах практически весь день, а детей осуждают. Гаджеты — это реалии современной жизни, к которым адаптируются все, в том числе и дети. Конечно, у учеников появляется желание «поковыряться» в браузере или открыть «Майнкрафт» во время урока, но я слышу малейший щелчок мыши и сразу пресекаю любые попытки. Обычно достаточно одного предупреждения. В крайнем случае я прошу ученика включить демонстрацию экрана. Еще можно записать урок и прислать видео родителям — но до такого у меня еще не доходило.

Кстати, о работе с родителями. Они часто обращаются ко мне за советом, аргументируя это тем, что я для детей «авторитет». По какому принципу они это определяют, не знаю. Например, могут попросить поговорить с учеником, что отношения — не повод забрасывать учебу. Но то, что у меня выстраиваются доверительные отношения с учениками — это факт. Часто они советуются со мной по личным вопросам — например, что выбрать в качестве подарка для «Тайного Санты» или как разговаривать со школьным учителем, рассказывают о своих увлечениях и переживаниях.

Иногда даже приходится оказывать поддержку родителям, когда они пишут о своих проблемах: как ссорятся с детьми, теряют работу или волнуются о предстоящих экзаменах — порой больше, чем сами ученики.

Я очень редко отказываюсь от учеников. Чаще всего это происходит так: я довожу ученика до конца учебного года, а с началом нового просто не пишу его родителям или, если они сами мне пишут, отвечаю, что больше набор учеников не веду.

Чаще всего родители адекватные. Но были и случаи недовольства. Например, родитель требовал, чтобы я каждый день напоминала ученику про домашнее задание. Или настаивал, чтобы я в один час уместила материал пяти школьных занятий, при этом сам ученик, по собственному признанию, в школе не делал ни-че-го.

У меня есть одно негласное правило, хотя применять его еще не приходилось: если я не вижу от ученика отдачи, уважительного отношения ко мне и проводимым занятиям или родители вмешиваются в процесс и учат меня, как учить, — в этом случае я предложу подобрать другого репетитора, которого устроит такое взаимодействие.

Есть и другие правила: переносить занятие только в крайних случаях и не опаздывать. Переносы бывают по разным обстоятельствам: из-за болезни, олимпиады в школе, соревнований, допов и так далее. Спокойно отношусь к редким переносам, но систематически сдвигать уроки не позволяю, так как у меня очень плотное расписание.

Было такое, что я приходила к ученику, но никто не открывал. Говорили, что забыли предупредить. Занятие оплачивали сами, даже без моих требований компенсировать время. Я не огорчалась и, счастливая, возвращалась домой: не работала, а деньги получила.

Однажды я приехала к ученику, а дверь мне открыла перепуганная мама. Еще когда подходила, я обратила внимание на машину скорой помощи у подъезда. Ученик сильно заболел, пришлось вызвать скорую, поэтому мама забыла о занятии. В этой ситуации я отказалась брать какую-либо плату, потому что я прекрасно понимала маму ученика и просто она была хорошим человеком.

Один раз занятие не оплатили. Я занималась с учеником в течение месяца, его мама давала только положительный фидбэк, при этом периодически задерживала оплату. А после одного занятия, которое прошло, по моему мнению, совершенно обычно, мама ученика пропала: не отвечала на мои сообщения, ничего не читала. Просто исчезла. Но это был единственный раз за всю мою практику. Могут забывать про оплату, но я оперативно напоминаю об этом.

Формат работы

В 21 год я поступила в магистратуру, потому что мне нравилась моя специальность, а репетиторство позволяло идеально совмещать учебу и работу. Я зарабатывала уже около 100 000 Р в месяц.

С большинством учеников занималась онлайн и только к четверым, кто был со мной с самого начала, ездила на дом. Это мне давалось тяжелее всего. Дорога от одного к другому занимала 20—30 минут на метро с пересадками. Обычно ездила к ним после учебы — от универа до ученика добиралась где-то за 40 минут на метро. А потом еще тратила час-полтора на дорогу домой.

Помню, как в феврале 2020 года чуть ли не со слезами на глазах бежала по Ходынскому полю в −10 °C по гололеду минут 15 от ученика к метро, прячась от ледяного ветра, переживая, что опаздываю к другому ученику, чувствуя, как устала от всего этого, и думая:

«Да чтобы я опять ходила к ученикам!!!»

Переговоры о переводе этих четырех учеников в онлайн вела, но родители не соглашались, ссылаясь на то, что дети не будут воспринимать материал. Я приняла решение довести очных учеников до конца учебного года и с началом нового полностью уйти в онлайн-преподавание. И тут как раз наступил локдаун и началось дистанционное обучение.

С началом пандемии мой доход немного снизился, потому что родители и дети решили, что раз теперь удаленка, то заниматься не нужно, и пустили все на самотек, плюс в тот год отменили ОГЭ. Да и в то напряженное время многим было не до учебы. Конечно, это имело свои последствия. Но мне это было не особо важно: я не тратила столько времени и сил на дорогу.

Для меня формат онлайн-урока наиболее комфортный. Объективных причин найти не могу. Но, по моему мнению, ученики занимаются онлайн намного лучше, чем очно. Я стараюсь проводить максимально интенсивные занятия, поэтому у них нет возможности отвлекаться. Даю практику в разных форматах: упражнения, тесты, диктанты и так далее. Если не помогает, разговариваю с родителями. Это обычно срабатывает с первого раза.

Чтобы прийти к заработку 120 000—140 000 Р в месяц на втором курсе магистратуры, я спала в сессионную неделю часов шесть-восемь суммарно. Зато закрывала все без долгов. Училась ночами, ставила будильник, пока ехала в автобусе, чтобы не проспать свою остановку. Постепенно привыкла, и стало легче. Работа никак не мешала: магистратуру окончила с красным дипломом.

Сейчас я уже не учусь и перешла на фултайм-репетиторство. У меня 27 учеников. Это в среднем семь занятий в день по 45—60 минут в будни и субботу. По моим подсчетам, непосредственно на уроки я трачу чуть меньше 40 часов в неделю, то есть нагрузка получается как у обычного офисного сотрудника.

Летом количество учеников снижается до шести-восьми, а доход — до 50 000—70 000 Р в месяц, но на жизнь мне вполне хватает.

Рабочий день

11:00. Подъем.

11:00—13:30. Домашняя рутина: душ, уходовые процедуры, наведение порядка дома, готовка или хобби — люблю рисовать, читать книги и проводить их литературоведческий анализ.

~14:00. За полчаса до начала занятий мой первый прием пищи — завтрак. Ем я два раза в день, но довольно плотно, когда мне хочется, ориентируясь на свой малоподвижный образ жизни. Как итог — ношу XS-S и нахожусь в гармоничных отношениях со своим телом.

15:00—22:00. Занятия с учениками. Между ними могут быть перерывы длительностью около 15 минут. В это время я просто лежу на диване, занимаюсь своими делами или отправляю домашки.

22:00—02:00. Ужин, отдых, хобби, подготовка ко сну.

02:00. Отбой.

Еще я работаю в субботу с 09:00 до 16:00.

Случай

Однажды мне пришла заявка на занятия с учеником. «Он ничего не делает, русский вообще не его предмет. Перебивается с двойки на тройку, еще и учителям хамит. Попробуйте позаниматься», — сказали мне родители. Если честно, я испугалась, что там какой-то хулиган, уже расстроилась, что придется «бороться» на занятиях: заставлять, давить, быть строгой.

Первый урок я ожидала с волнением. Когда он вышел на связь, то не захотел включать камеру. Такое бывает, особенно со старшеклассниками. Я в этом случае не давлю, а даю время адаптироваться. Но первое занятие прошло без каких-либо проблем. Он делал все задания, вежливо общался. И так занятие за занятием.

Оказалось, что это замечательный ученик: добрый, вежливый, исполнительный, старательный, творческий. Да, ему не нравился русский, и у него был конфликт с учителем в школе, но интерес к предмету появился тогда, когда ученик стал в нем разбираться, понял, что он не тупой, как ему говорили и как он сам о себе думал, когда мы обсудили ситуацию с учителем и он выбрал более вежливый формат общения. Тот случай, когда счастлив, что ожидание и реальность совсем не совпали.


Доход

Цену урока повышаю каждый год, самым старательным — раз в два года. В будущем планирую сделать скидки именно для таких учеников. Как ни странно, из-за увеличения стоимости занятий учеников никогда не теряла, и объяснять ничего не приходилось.

Нужно учитывать тот факт, что ученики могут болеть, уезжать куда-нибудь, у меня могут оставаться ученики с предыдущего учебного года, которым я не поднимала стоимость урока. Еще важно понимать, что не все ученики занимаются ровно астрономический час, у кого-то урок длится 45 минут, у кого-то — 90, а у кого-то и все 120. Если бы никто не пропускал, при полной загрузке выходило бы 51 000 Р в неделю, то есть около 230 000 Р в месяц.

Расходы

Живем в студии моего мужа, которую он купил в ипотеку. За квартиру платит он. Машины нет, пользуемся метро.

Ходим в кино, театры, на выставки. Билеты чаще всего оплачивает муж. В театр хожу на современные или малоизвестные постановки. Пару раз ходила на спектакли по школьной программе. Очень классная актерская игра, антураж и прочее. Но, чисто субъективно, для меня это уже немного избито. Вот тем, кто не читал или давно читал, или ученикам не то что советую, а настоятельно рекомендую сходить на какую-нибудь классическую постановку того же гоголевского «Ревизора».

Примерно три раза в неделю ходим в кафе или ресторан. Платим друг за друга через раз, но чаще все-таки муж.

Одеваюсь в масс-маркете. 10 000 Р в месяц уходит на трихолога.

Мой отдых обычно — это поездка в родной город. Семья, спокойствие и забота — что еще нужно? К родителям езжу четыре раза в год. В апреле и ноябре на две недели, но при этом работаю. Обычно это время школьных каникул, поэтому график становится овергибким. Новогодние праздники тоже провожу у родителей — две недели не работаю. Летом, в июле и августе, снова «дома». Работаю, но всего два-три часа в день по будням, суббота и воскресенье — выходные. В августе устраиваю себе полноценный двухнедельный отпуск.

Периодически с мужем выезжаем куда-нибудь на выходные. В этом году дважды были в Питере, один раз в Стамбуле и один раз в Сочи. Активно занимаемся внутренним туризмом: посещаем близлежащие города и природные локации — горы, возвышенности, заповедники. Недавно получили загранпаспорта, в 2022 году планируем путешествовать больше.

Стабильно инвестирую 50% дохода в фондовые рынки. Это позволяет перекрыть процент по ипотеке и даже инфляцию. Все мои сбережения хранятся в долларах. Ближайшая финансовая цель — закрыть ипотеку, накопить на стартовый комплект новой мебели и взять новую ипотеку на более просторную квартиру.

Будущее

В первую очередь я планирую переходить на групповой формат занятий — сейчас у меня только индивидуальные — и создавать платный курс для самостоятельной подготовки. Представляю его в виде электронного пособия, состоящего из теории и упражнений. Его можно будет распечатать или открыть на экране электронного устройства — красиво и понятно оформленный pdf-файл.

На этом этапе планирую ввести тарифы с проверкой домашнего задания и обратной связью и без. Далее я бы хотела развивать его в сторону интерактивности — вывести на уровень интернет-ресурса с теоретическими видео и разборами различных заданий, например вариантов ОГЭ и ЕГЭ, онлайн-тестированием и так далее. Было бы классно, если бы вокруг этого ресурса образовалось целое сообщество, но это уже совсем далекие мечты.

Еще хотелось бы развивать идею «бюджетных» занятий для особенно старательных детей, в том числе помочь детям из моего родного города хорошо сдать ЕГЭ и поступить в престижный вуз. Я искренне убеждена, что ЕГЭ по русскому языку может сдать практически любой на 90+ баллов. Так как это обязательный предмет, благодаря хорошим баллам по нему можно поступить в разные вузы, и не только гуманитарные.

Например, один из моих учеников планировал поступить в Бауманку. Делал ставку на математику и информатику, а русский считал чем-то вторичным, в школе по нему имел тройку. Но я его старательно убеждала, что русский — очень хороший помощник в поступлении. В итоге у него были небольшие — а в рамках конкурса на бюджет они становятся большими — проблемы с математикой и информатикой. Зато русский он сдал на 98 баллов. Так и поступил. Горжусь им!

Екатерина Шалмина
Екатерина Шалмина
11.01, 15:26
Тоже работаете репетитором? Расскажите, как там у вас:
Загрузка
Филиппыч

Современный репетитор: Онлайн занятия, носит пирсинг в носу, слушает Bring Me the Horizon, игра в «Доту и стриминг.

Репетитор когда я учился в школе:

Изображение пользователя Филиппыч
23
Lera Kotova
Герой реалити Т—Ж

Тоже репетитор, но преподаю английский. 25 лет. Обожаю свою работу, получаю удовольствие от всех аспектов: общение, результат, достижения. И деньги, конечно. Моя работа позволяет мне в одиночку воспитывать двоих детей и выплачивать ипотеки.

20
Lera Kotova
Герой реалити Т—Ж

минус был внезапен. 🤣🤣
25 лет преподаю, уточняю.

18
Филипп Кругликов

Аня, написано же, русский язык

10
Sendero
Герой Т—Ж

Oleg, ответы на все ваши вопросы есть в статье

9
Irzi
Герой Т—Ж

Репетиторство — наше всё (кроме шуток). Думается, что сейчас это действительно один из векторов развития образования (в том числе персонифицированного, ученико-ориентированного, конвергентного).

7
Фея Душнила
Герой реалити Т—Ж

С удовольствием прочитала, спасибо за статью! Я преподавала английский в последнем классе школы и первые 2 курса – невероятно любила это дело, но, видимо, получалось у меня плохо: как я ни старалась заинтересовать учеников (в основном были пятиклассники), им было неинтересно и лень. Завидовала одногруппникам, кому в ученики доставались прилежные "ботанички" – я сама такая и с ними может был бы шанс найти общий язык:)

Ставка у меня была высокая (ну я сказала – они согласились:)), выкладывалась я на 150%, иногда даже результат был – в тех редких случаях, когда мои домашние задания не игнорировали. Разговаривать про домашки с родителями учеников было бесполезно: "дада, извините нас, мы сегодня серьезно поговорим с ним" – один раз сделает и все по новой:)

Короче, я выгорела и ушла в айти, вот тут мне комфортнее)

7
Мария Чубарова

Фея, напишите про ваш переход в айти) Я бы с удовольствием прочитала!

1
Фея Душнила
Герой реалити Т—Ж

Мария, спасибо, задумаюсь о такой идее) Но на самом деле, я в бакалавриате училась компьютерной лингвистике, так что переход из преподавания языка в айти не был чем-то крайне неожиданным – у меня все-таки есть соответствующее образование. Хотя в базе я иногда немного отстаю от коллег, изучавших computer science, но всегда стараюсь заполнять эти пробелы.

1
Филипп Кругликов

Дневник на минималках)
Статья понравилась

6
Алиса Селезнёва

Репетитор, которого мы заслужили. Реально круто, радует бережное и уважительное отношение к ученикам и к работе. Где ж вы были, когда родители мне репетиторов нанимали?)

Вела кружок детям 7-9 и 10-11 лет. Всегда старалась относится с уважением к детям, объяснять. Иногда дети на уроке плакали - были ученики, которые таким образом старались привлечь внимание, группа 7-8 человек, а я одна. Всегда успокаивала, подбадривала, родителям говорила про сильные стороны и что проходим.
Из самого негативного - меня побила родительница одного из учеников. Не до синяков и скорой, но отрывать её руки от своей шеи было неприятно. Сейчас смеюсь над этим, а тогда было обидно и грустно.

3
Татьяна Мирная

Репетиторство - это хорошо, но только много сил надо иметь.

1
Елисей Костомаров

Здорово, что у вас такая замечательная и нужная профессия, и что есть хороший контакт с учениками! Вспоминаю, как у меня было плохо с английским в 5-м классе, и только когда стал ходить к репетитору, все начало получаться... Конечно, в школе, какой бы хороший учитель не был, он не сможет нормально дать материал каждому ученику в отдельности. Пусть и дальше все у вас складывается удачно!

1
мама котиков

Какой приятный мини-дневник) спасибо вам за него!
Я тоже репетитор по русскому языку, недавно вышел мой дневник. Мне там сильно надавали, сказали, что репетиторы для дураков, что за русский язык столько не платят и что русский нужно хорошо знать и без репетитора 😊 отрадно, что публика ТЖ отдохнула на каникулах и больше не пишет гадости в комментариях)

1
Мария Чубарова

Почитала комментарии. Могу только пожелать вам сил и профессионального развития 🙏🏻 Подозреваю, что такая «публика» из Инстаграма к вам пришла - недавно видела публикацию о вас там.

1
user1431491

Тоже за спиной филфак МГУ, правда было раньше и другое отделение. Подтверждаю слова автора: лучшее время и колоссальный вклад в себя. Работаю репетитором, но немного в другом ключе. Хочу несколько дополнить вашу статью в целях просвещения публики. Интересный факт: на филфаке МГУ вообще не изучают ни одного правила русского языка. Не учат ни н, ни нн, ни причастий, не запятых, вообще ничего из этого. Это все темы школьные, предполагается, что вы их сдаете при поступлении. Как преподавать русский язык - тоже фактически не учат, это не педагогический вуз. Некоторые выпускники шутят, что на филфаке они забыли русский язык, который знали в школе. Почему так и что же учат на филфаке?
Учат системе языка в синхронии (нынешнее состояние) и диахронии (историческое развитие). Как язык пришел к тому состоянию, что у него есть сейчас. Это наука, в которой нет места зазубриванию школьных правил. Примеры вопросов, которые мы разбирали на курсе русского языка в МГУ: 1) почему вопрос "куда вы идете?" неправильный для русского речевого поведения и какой вопрос правильный 2) интонационные конструкции русского языка 3) кардинальное отличие устной речи от письменной, возможность в устной речи конструкций типа "я МГУ", в значении "я из МГУ" 4) парадоксы фонетики, например почему в старославянском была тенденция к открытому слогу, что больше характерно для островных языков, или откуда в словах типа "фээсбэшник" элемент ш, при условии тенденции к открытому слогу (этот элемент зачем-то закрывает слог) 5) почему интернет пунктуация сильно отличается от классической (никто не ставит точки в смсках, не парится с запятыми)
Ну и т.п., язык как многоуровневая система - вот предмет филфака. Идеальная грамотность как бы уже подразумевалась автоматически, никаких школьных правил аля Розенталь в помине не было).
Причина в том, что университетское образование даёт инструменты для анализа, комплексное понимание механизмов. А учить правила - это уровень зубрёжки. хотя, конечно, как говорит автор, правила тоже нужно уметь понять и применить, но ведь правила по сути придуманы либо произвольно, либо являются реликтом прежнего состояния языка, а в школе мы объясняем логику этой махины, не затрагивая ее суть и назначение. Вот пример: Школьное понимание: нельзя говорить звОнит, это ошибка. Почему ошибка, если все так говорят, - да просто так в словаре написано, заруби себе на носу. Университетское понимание: так очень естественно говорить исходя из действующего в языке закона аналогии (с другими глаголами подобного типа): варИть - вАрит (что и было у Пушкина: печной горшок тебе дороже, ты пищу в нем себе варИшь), давИть- дАвит, бесИть - бЕсит. И только звонИт осталось как атавизм, который активно вытесняется естественными законами языка. В школе о законе аналогии понятия нет)

1
тьфунатебя ¯\_(ツ)_/¯

Интересная статья, спасибо!
Сразу вспомнил недавний дневник репетитора, которая получает раза в 3 меньше и боится поднимать цену, так как мало опыта.

0
Th
Герой Т—Ж

Вы большая молодец! Скажите, пожалуйста, вы оформлены как самозанятая?

0
Маша Зиновьева

Начала репетиторствовать тоже рано, со второго курса. По заработкам выходило очень неплохо. Но через 5-6 лет поняла, что в работе с детьми мне не хватает «взрослой» силы, рабочего общения с людьми, которые бы меня мотивировали развиваться. Ушла в другую профессию, но оставила репетиторство как хобби и поддержку на случай сложных жизненных ситуаций. Сейчас стабильно в год 3-4 ученика, приятный бонус к основному заработку.

0

Вот что еще мы писали по этой теме

Сообщество

Лучшее за неделю