Недавно вышедший документальный фильм «Аферист из „Тиндера“» попал в топ «Нетфликса» во многих странах.

Это история о Саймоне Леваеве, который выдавал себя за миллионера и обманывал девушек — они брали для него крупные кредиты и переводили ему все накопления.

Его легенда звучала так: он наследник алмазной империи, которая принадлежит реально существующему миллиардеру — Льву Леваеву. Так что поверхностный поиск в Гугле убеждал будущих жертв аферы — девушек, с которыми Саймон познакомился в «Тиндере», — что они и правда встретили того парня, за кого он себя выдавал.

Дальше Леваев приглашал их на запоминающееся первое свидание, например на борту частного самолета. Он возил их в разные страны, дарил дорогие подарки, обещал жениться и выбирал квартиру для жизни вместе. Стадия ухаживаний могла продолжаться несколько месяцев. А если девушке не хотелось любви с ним, Леваев поддерживал с ней близкие дружеские отношения.

Но дальше все развивалось по одному сценарию. Леваев постепенно убеждал девушек, что его преследуют враги: присылал фотографии своего «телохранителя» с разбитой головой, говорил, что на него напали и он в опасности. Чтобы спасти его, девушки должны были срочно перевести ему деньги или оформить новые кредитные карты, так как его карты якобы были заблокированы. Деньги, несмотря на обещания, Леваев так и не возвращал, а тратил на следующую жертву.

Одной из девушек удалось отследить его местонахождение и сообщить его полиции — в результате Леваева отправили в тюрьму, но через несколько месяцев он вышел. А долги его жертвам приходится выплачивать до сих пор. Например, одна из героинь фильма «Аферист из „Тиндера“» должна разным банкам 250 тысяч долларов.

Самое запоминающееся в этой истории, наверное, — это равнодушие Леваева. Он поддерживал связь с девушками долгое время, но все равно хладнокровно обманывал их, а потом и угрожал найти и отомстить. О том, почему он себя так ведет и как от таких людей защититься, мы поговорили с психологом-практиком, автором книг «Мир нарциссической жертвы» и «Повседневные психические расстройства» Анастасией Долгановой.

Саймон Леваев четырнадцать месяцев притворялся любящим бойфрендом, зная, что потом украдет сотни тысяч долларов. Может ли так действовать человек с нормальной психикой?

Преступное поведение — всегда не норма, но не всегда психическая. У преступного поведения возможны три типа причин: экономические, социальные и личностные. Экономические причины — это когда человек украл, потому что нечего есть и нет возможности заработать. Социальные причины — это когда человек совершил преступление, потому что преступление — норма в данной социальной группе. Например, убийца является членом преступной группировки, где убийство считается нормальным.

Фото Саймона Леваева из соцсетей
Фото Саймона Леваева из соцсетей

Остальные причины преступного поведения — личностные, то есть если преступника обследует психиатр, то обнаружит у него одно из расстройств личности. Эти психические расстройства представляют собой патологию характера, которая формируется с подросткового возраста и затем закрепляется. Такой характер не помогает человеку жить и строить отношения, делает его непохожим на других людей, выросших в той же культуре, и ведет к дезадаптации. Расстройств личности несколько: есть шизоидное, истерическое, депрессивное и другие. Если у преступника есть одно из них, это не освобождает его от ответственности за преступление: он вполне способен управлять своим поведением.

Саймон Леваев совершает преступления не потому, что ему нечего есть. Он не член преступной группировки. При этом он явно склонен к нарушению социальных и правовых норм и эксплуатации других. Он годами проворачивал мошеннические схемы, уже был осужден за них. Значит, еще и склонен повторять преступление.

И хотя обычно эксперты не берутся диагностировать человека без личного приема, «Аферист из „Тиндера“» создает яркий и однозначный портрет мошенника. Если все детали в фильме верны, у Леваева антисоциальное расстройство личности и нарциссическое расстройство личности.

Люди с антисоциальным расстройством личности — это те, кого раньше называли психопатами. С нарциссическим расстройством — это те, кого в быту называют нарциссами. И те и другие не испытывают сострадания и чувства вины, эгоцентричны, обладают грандиозным самомнением и манипулируют другими людьми. Часто эти диагнозы идут рука об руку: все люди с антисоциальным расстройством личности нарциссичны. Однако люди с нарциссическим расстройством личности не всегда антисоциальны.

Чем отличается просто нарциссизм от нарциссизма с антисоциальностью? Нарциссизм — это неспособность к искренней любви, привязанности и эмпатии. А антисоциальное расстройство — это еще и нарушение на уровне морали и совести. К эмоциональному равнодушию в отношениях с окружающими добавляется равнодушие ко всему обществу, к его нормам. Это уже не патология эмпатии, а патология эмпатии и этики. А без сопереживания и желания поступать правильно и чувствовать себя «хорошим» механизмов, которые удерживают человека от совершения преступлений, не так много.

Как работает мозг у людей с психопатией?

Определенно иначе, чем у других людей. Если попросить такого человека представить, что ему причиняют боль, в его мозге активируются области, ответственные за сопереживание и обработку эмоций. Но если он вообразит, как боль причиняют другому человеку, те же области мозга никак не отреагируют. У человека без психопатии в той же ситуации эти области мозга становятся активными: для него своя и чужая боль похожи, он способен к сопереживанию.

Что именно не так с мозгом человека с психопатией? Точно сказать не могу: я не нейробиолог. Но ученые прежде всего сосредоточены на изучении так называемых зеркальных нейронов. Это нервные клетки в нашем мозге, которые активируются и когда мы совершаем некое действие, и когда мы видим, как другой человек совершает это действие. Например, мы видим, как кто-то ест изюм. В этот момент зеркальные нейроны возбуждаются так же, как если бы мы ели изюм сами.

Считается, что именно зеркальные нейроны делают нас способными к сопереживанию. У человека с психопатией зеркальные нейроны, по-видимому, работают некорректно, с ошибками, и эта биологическая патология приводит к патологии эмоциональной сферы.

Это результаты сканирования мозга обычного человека и человека с психопатией. Активность в лобной доли, которая связана с эмоциональной реакцией, у обычного человека намного выше. Кстати, эти сканы из исследования нейробиолога Джеймса Фэллона. Изучая психопатию, он обнаружил психопатию и у себя. Несмотря на это, у него есть семья, дети и успешная карьера. Прочитать историю Фэллона можно в его книге The Psychopath Inside. Источник: The Atlantic
Это результаты сканирования мозга обычного человека и человека с психопатией. Активность в лобной доли, которая связана с эмоциональной реакцией, у обычного человека намного выше. Кстати, эти сканы из исследования нейробиолога Джеймса Фэллона. Изучая психопатию, он обнаружил психопатию и у себя. Несмотря на это, у него есть семья, дети и успешная карьера. Прочитать историю Фэллона можно в его книге The Psychopath Inside. Источник: The Atlantic

Психопатия — врожденное или приобретенное?

Пока мы не обследовали достаточно младенцев в электроэнцефалографах и аппаратах фМРТ, нельзя сказать: да, некоторые люди уже рождаются с мозгом, который не способен на эмпатию. Насколько я знаю, таких исследований сейчас и вовсе не проводят.

Возможно ли, что человек рождается с нормальным мозгом, но попадает в среду, где много насилия и жестокости, и тогда его мозг особым образом организуется? Да, под влиянием неблагоприятной среды мозг способен сильно измениться. Это показывают исследования посттравматического стрессового расстройства, ПТСР. Из исследований таких специалистов, как Бессел ван дер Колк, Брюс Перри и Габор Мате, нам известно, что есть связь между жестоким обращением в детстве или большим количеством насилия в среде, где рос ребенок, и посттравматическим расстройством и антисоциальным поведением.

Если ребенок наблюдает насилие или становится его жертвой во время активного развития мозга, это не позволяет мозговым структурам сформироваться нормально и пройти все стадии его усложнения и роста. Мозг ребенка слишком сосредоточен на решении более простых задач выживания, чтобы развиваться.

Представьте: вы оказались в пустыне без карты, еды и воды, вы голодны и устали, вы слышите вой или рычание животных, а возможно, вас укусила змея или ужалил скорпион. Ваш мозг во время этого путешествия не будет озабочен вопросами творчества или тонкостей социальных взаимодействий. Он будет нацелен на выживание, будет тратить все свои ресурсы на экстремальное реагирование, которое сводится к реакциям «бей, беги, замри, подчинись». Это нормально в такой ситуации.

Разница между вами и ребенком состоит в том, что у вас развитый мозг и вы вернетесь к нормальному функционированию после того, как спасетесь. У ребенка, выросшего в угрожающей ситуации, нормальный мозг с его сложными структурами может так никогда и не сформироваться.

Тотальные сложности с формированием мозга приводят к тотальным проблемам, возможно, что и к антисоциальному расстройству. Точечные сложности ведут к точечным проявлениям вроде агрессивного поведения, направленного на своих близких. Их можно исправить с помощью современных психотерапевтических техник. У тотальных сложностей вроде психопатии же прогноз неблагоприятный.

Почему одни люди с психопатией совершают преступления, а другие — нет?

Сначала важно понять вот что. Фильм «Аферист из „Тиндера“» хочется воспринимать просто как историю о плохом мальчике, который обманывает хороших девочек. Но это совсем не простая история потому, что обманывать хороших девочек плохим мальчикам позволяет общество.

Возьмем, к примеру, людей из СС и СД, в ведении которых было «окончательное решение» еврейского вопроса. До прихода Гитлера к власти многие из этих людей, по мнению ряда экспертов, в частности всемирно известного психоаналитика Отто Кернберга, обладали антисоциальными чертами, но не были преступниками. Только когда среда дала возможность этим людям безопасно проявлять свои качества, они стали совершать преступления. И все мы знаем, к чему это привело.

Леваев тоже попал в среду, которая позволяет ему считать, что аферы — не преступление, а наказания за них не последует. Среда, например, говорит ему, что деньги — главная ценность, а женщины, которых обманывают, — глупые и сами виноваты. Возможно, он бы не был мошенником, если бы жил в обществе, в котором жизнь за счет других считалась бы абсолютно неприемлемой и стопроцентно наказуемой. Но вместо этого общество говорит: будь смелым, думай только о себе, деньги — это круто, ты можешь быть успешным, просто поверь в себя. Это питательная среда для такого рода мошенничества.

Разве общество способно влиять на человека с психопатией? Ведь он склонен нарушать социальные и правовые нормы.

Для антисоциальной личности важно прежде всего быть в безопасности — по жизни его ведет животная, примитивная адаптация. Человек с психопатией не будет делать то, что ставит его под очевидный удар.

Например, если мы поместим эсэсовца в Африку или Латинскую Америку, где много небелых людей и власть на государственном уровне принадлежит им, то вчерашний адепт идеи «арийской расы» внезапно перестанет вести себя как расист. Просто потому, что это станет очевидно небезопасно: если идти против тех, кому принадлежит власть, тебя могут изгнать, убить или как-то еще наказать. Собственно, так и произошло с нацистами, многие из которых после Второй мировой войны скрывались в Аргентине, например.

История «Афериста из „Тиндера“» прежде всего показывает: быть эксплуататором женщин в наше время настолько безопасно, что человек с психопатией не чувствует для себя угрозы. И, увы, прав в этом: по оценке журналистов Леваев украл больше 10 миллионов долларов, оставил многих женщин пожизненно выплачивать за него долги, а отсидел пять месяцев, свободно и роскошно живет в Израиле с моделью и продает гид с советами по ведению бизнеса.

В массовой культуре людей с психопатией часто изображают как криминальных гениев. Например, таким выглядит Ганнибал Лектер. Что насчет остальных?

Многих из них не назовешь особенно умными и сложными людьми. Психика у них организована, как у маленьких детей. Они импульсивны и склонны обвинять в своих поступках других. Как ребенок, который не может сопротивляться желанию съесть варенье, а потом винит в этом кошку. Как правило, ценности людей с психопатией примитивны, а их способы взаимодействия с людьми — тоже. Высокоорганизованные, невероятно умные психопаты, как Ганнибал Лектер, — редкость.

Леваев, например, не очень-то изобретателен. Своим жертвам он пишет одни и те же сообщения, рассказывает одну и ту же историю. Будь он Ганнибалом Лектером, он бы изобретал новую стратегию для каждой новой женщины, его бы никогда не поймали и не показали в фильме. Но вместо этого он делает массовую рассылку и ждет, кто откликнется. Большая часть писем уходит в никуда, но некоторые адресаты пишут в ответ. Это и есть те обманутые женщины, которых мы видим в фильме. Тех, кого обмануть не удалось, нам не показывают.

Девушки, которых обманул Леваев, кажутся неглупыми. Как же ему удалось их одурачить?

Когда я смотрю на жертв Леваева в фильме, я тоже вижу взрослых, способных вести себя разумно женщин. Одна имела солидные сбережения и собиралась купить квартиру. Другая вообще в итоге посадила этого мошенника в тюрьму. Почему же они поверили в его историю? Думаю, что это связано с их типом личности.

Есть несколько типов личности. Например, нарциссический. Такой, судя по всему, у Леваева, но только в гипертрофированном виде — расстройство личности. Еще есть шизоидный склад личности, параноидный и так далее. А есть истероидный, крайне интересный тем, что его обладатели могут быть успешными и разумными во всех своих сферах жизни, кроме отношений. Они зарабатывают деньги, умело ими распоряжаются, достигают высот в карьере. Но стоит попасть в близкие отношения, как они регрессируют и ведут себя инфантильно.

Истероидные личности в отношениях — как дети: верят в сказку и не видят противоречий в истории, которую рассказывает им партнер. Их психика как бы отсекает всю непонятную, странную, тревожную информацию.

Наивность и некритичность — не сознательный выбор истероидной личности. Все, что не поддерживает картину мира, просто автоматически выкидывается. Например, мужчина говорит женщине: «Мне с тобой очень трудно. Наверное, нужно расстаться». И она слышит «наверное» и думает: «Боже мой, он сомневается, он меня очень ценит, он на самом деле очень предан нашим отношениям и, наверное, ощущает бессилие. Нужно ему помочь, нужно укрепить наши взаимоотношения, чтобы он так больше не мучился». То есть механизм восприятия реальности становится очень избирательным.

Как защитить себя от аферистов типа Леваева? Все-таки его мошенническая схема достаточно убедительна: частный самолет, дорогие подарки, личный охранник.

Мошенники успешны не потому, что их аферы хитро придуманы, а потому что люди оказываются перед ними уязвимы. Эта уязвимость не равна глупости: умные люди становятся жертвами мошенников так же часто, как и люди со средним интеллектом. Проблема в том, что у каждого человека есть свои «больные места»: тревога за близких или мечты о любви, например. Даже простая усталость может делать нас уязвимыми. И если аферист попадает в наше «больное место», мы можем лишиться способности критично оценивать происходящее и действовать разумно.

У каждой из трех героинь фильма «Аферист из „Тиндера“» — своя история, которая делает ее уязвимой перед Леваевым. Первая девушка, по-видимому, мечтает о такой любви, которая как из сказки. Понять, почему уязвима вторая девушка, сложнее, потому что вся история ее отношений с Леваевым дружеская. Можно предположить, что для нее крайне ценно платоническое внимание «статусного» мужчины. Если успешный мужчина выбирает ее в качестве друга, она чувствует свою значимость, и это делает ее уязвимой. То есть шаблонная история Леваева вызывает у женщин разные переживания.

Лучшая защита от мошенников вроде Леваева, которые эксплуатируют романтические и дружеские чувства, — знать про себя как можно больше. Допустим, мне хочется встретить принца из волшебной сказки. Это значит, что мое желание может реализоваться в том числе через искажение реальности: встретится чудовище, но мне будет казаться, что это принц. Если я все это про себя знаю, то я понимаю: мне стоит быть максимально осторожной с любыми мужчинами, которые кажутся мне принцами, относиться критично к любым жестам, которые напоминают мне о сказочной любви.

Жертвы Леваева, решившиеся рассказать свои истории в фильме. Источник: Netflix
Жертвы Леваева, решившиеся рассказать свои истории в фильме. Источник: Netflix

Некоторые люди обвиняют жертв Леваева в алчности. Якобы женщины не обманулись бы, если бы аферист не казался миллионером.

Хотеть денег — это нормально, хотеть жизни высокого качества — это нормально, хотеть быть тем человеком, который живет во дворцах и катается на яхтах — это тоже нормально. Нормальнее, чем презрительно отвергать богатство и тех, кто им владеет.

Люди, которые обладают такими ресурсами, всегда будут привлекательны для нас, поскольку они несут с собой улучшение нашей собственной жизни. Если бы мы выбирали среди условно равных партнеров, один из которых богат, а другой — беден, то выбор очевиден, и это, повторюсь, нормально.

Богатство — не единственная вещь, которая нравится нам в других, поскольку это обещает нам рост качества нашей жизни. Например, нам нравятся необычные и творческие люди, поскольку жизнь с ними становится интереснее, или люди, обладающие властью и статусом, поскольку с ними мы попадаем в другой социальный мир, и нам нравятся добрые и душевные, поскольку с ними мы можем получить заботу и внимание и улучшить качество внутренней жизни.

Ни творчеством, ни душевностью Леваев похвастаться не может, их сложно изобразить. Он изображает деньги и статус. Без них он не был бы привлекательным, но не потому, что деньги — это козырный туз в мире человеческой привлекательности, а потому, что у него больше ничего нет.

И я полагаю, что вот уже на эту нормальную привлекательность денег накладываются те личные фантазии жертв, о которых мы говорили выше. Отреагировал бы на нее каждый из нас? Нет. Обдумал бы каждый из нас такую возможность? Вероятнее всего, да.

Как жертвам восстановиться после того, как их обокрал аферист вроде Леваева?

Лучше всего от мошенничества защищают холодная голова, знание себя и отсутствие фрустрации, то есть дискомфорта из-за несоответствия между желаниями и реальностью. Если человек знает уровень своих материальных потребностей, то у него есть возможность позаботиться об их достижении самостоятельно. Тогда он менее уязвим в области разного рода фантастических мошеннических предложений. Но если человеку стыдно хотеть жить хорошо и быть богатым, то навыки, относящиеся к зарабатыванию и управлению деньгами, остаются неразвитыми.

При этом сами желания никуда не деваются. В этом случае арабский принц со своей историей может прямо попасть нам в сердце, минуя голову — мы верим потому, что хотим поверить. Поэтому я бы посоветовала пострадавшим от мошенничества лучше познакомиться со своими нормальными желаниями получить выгоду.

Никакие психологические проблемы и неудовлетворенные желания не оправдывают мошенничества и эксплуатации. А вот позаботиться о восстановлении справедливости, наказав мошенника, — это такой же взрослый акт заботы о себе, как и обеспечить те потребности, которые сделали вас уязвимым перед ним.