Меня зовут Дмитрий Загорский. В 2013 году я уехал из Москвы и открыл антикафе в районном городе Лиски Воронежской области.

На запуск ушло 680 тысяч. Еще 300 тысяч пришлось взять в кредит и вложить в первые месяцы.

Первый год я работал в ноль, менял помещение 5 раз и ночевал в антикафе. Через полтора года заведение стало приносить прибыль в 20—40 тысяч, но мне все равно приходилось подрабатывать таксистом и рабочим. Пять раз я собирался закрывать кафе, но каждый раз постоянные гости уговаривали меня продолжать.

Через 3,5 года я не выдержал и закрыл проект. Вернулся в Москву, женился, зарабатываю и счастлив. Я не жалею о своем опыте, но повторять его не советую.

Из села в Москву в 17 лет

До 17 лет я жил в небольшом селе в Лискинском районе Воронежской области. Когда мне исполнилось 15, мама уехала на заработки в Москву, и я два года жил один. Сразу после выпускного, в 2008 году, поехал за ней в столицу — поступать в университет.

Я стал студентом факультета менеджмента в Зеленограде и с первого курса начал подрабатывать в фастфуде «Крошка-картошка». Через два года дослужился до менеджера и очень этим гордился. Еще я хотел быть диджеем и писал музыку. Чтобы попасть в клубную среду, подрабатывал барменом.

На третьем курсе понял, что в университете меня учат какому-то теоретическому менеджменту, очень далекому от практики — по крайней мере, у нас в «Крошке-картошке» все было по-другому. И я ушел из университета.

Дальше недолго работал продавцом электроники, еще год — в сетевом маркетинге. Пробовал с друзьями заниматься мелким бизнесом — продажей воздушных шаров на городских праздниках. Это приносило не больше 10—20 тысяч рублей в месяц, поэтому накопить не получалось. Наоборот, я влез в долги и оказался должен больше 100 тысяч рублей.

Как вести бизнес по закону
И зарабатывать больше на своем деле. Подпишитесь на ежемесячную рассылку для предпринимателей и получайте важные статьи и новости о бизнесе
💎💎💎💎💎

Как пришла идея антикафе

Летом 2013 года я приехал на свадьбу школьной подруги в районный город Лиски. В городе живут 54 тысячи человек, здесь находится крупнейший железнодорожный узел Юго-Восточной железной дороги. Если вы когда-нибудь отправлялись на поезде на юг России, вы в нем останавливались.

В Лисках я узнал, что у меня умер отец. Он оставил мне земельный участок. Я задержался на месяц, чтобы оформить землю в собственность и продать ее за 30 тысяч рублей. За это время понял, что Лиски неплохой город: в нем уютно, тихо и много отзывчивых людей.

Перед отъездом увидел объявление об аренде полузаброшенного помещения. Расположение было идеальным — рядом центральный парк и престижный спальный район, всегда много людей. Позвонил узнать насчет аренды: как я понял, в месяц за помещение просили всего 5 тысяч рублей. Это было ниже средней цены, но помещение давно не сдавалось и я решил, что это скидка.

Я загорелся идеей открыть там антикафе. Это заведение, где нет кухни и люди платят за время, проведенное в нем. Например, за 100 рублей в час получаешь бесплатные чай-кофе, сладости, интернет, настолки и видеоигры. В 2013 в этой сфере был бум — в разных городах открывалась куча подобных мест.

Вернувшись в Москву, я ходил по местным и подмосковным антикафе: спрашивал у владельцев что к чему, просил советы и помощь с бизнес-планом — мне не отказывали. После десятка встреч я думал, что знаю об открытии антикафе всё. По моим подсчетам, на открытие и первые полгода мне было нужно 500 тысяч рублей.

Единственная проблема — таких денег у меня не было. Мне исполнился 21 год, собственности и накоплений не было, и банки кредит не давали. Выручила мама — она видела, как у меня горели глаза, и хотела, чтобы я попробовал. Договорились, что если дело пойдет, прибыль будем делить, а если нет — я ей ничего не должен. Так я получил 600 тысяч на старт.

Меня зовут Дима, мою маму — Лена. Антикафе решили назвать «Д энд Л». Это логотип моего антикафе — я сам придумал и нарисовал его
Меня зовут Дима, мою маму — Лена. Антикафе решили назвать «Д энд Л». Это логотип моего антикафе — я сам придумал и нарисовал его

Потратил 230 тысяч на ремонт в неправильном месте

В конце сентября 2013 года я приехал в Лиски с деньгами и надеждами. Первый же день преподнес неприятный сюрприз. Оказалось, что по телефону мы не поняли друг друга и мне сказали цену за 1 м², а месячная аренда выбранного помещения стоила 100 тысяч. Естественно, я отказался. Кстати, за все 3,5 года, которые я жил в Лисках, арендодатель так его и не сдал, но и цену не снизил.

За несколько дней я нашел другой вариант на 140 м² на одной из главных улиц города. Это не центр, зато здание находилось на первой линии. Аренда стоила 35 тысяч в месяц.

Раньше внутри работало кафе, но уже три года помещение пустовало. Внутри меня встретили старые обои, мусор и грязные стены на бывшей кухне. Я договорился с арендодателем на месячные арендные каникулы, чтобы за это время привести всё в порядок.

В Москве я привык, что все ищется через интернет, но тогда в Лисках с ним были мало знакомы. На «Авито» и местных сайтах объявления ремонтников попадались редко. В городе старались работать по рекомендациям. Знакомые нашли мне рабочих, которые взяли на себя уборку помещения и ремонт. Первым делом избавились от мусора. Затем содрали обои, покрасили стены и повесили новые светильники. Все материалы закупали рабочие — я только платил и выбирал краску и мебель.

Ни в Лисках, ни в соседнем Воронеже Икеи нет — приходилось заказывать мебель у посредников из Москвы за 10% от суммы заказа. Я купил диваны, столы, стулья и стеллажи. Еще — телевизор, приставку Иксбокс, чайники и кофеварку. Второй телевизор привез с маминой дачи в Подмосковье.

Часть интерьера антикафе. На фото не видно, но мы сделали несколько зон: танцпол со сценой, зону с диванами и столами и комнату с игровой приставкой
Часть интерьера антикафе. На фото не видно, но мы сделали несколько зон: танцпол со сценой, зону с диванами и столами и комнату с игровой приставкой

Ремонт занял две недели и стоил 100 тысяч рублей. На мебель и посуду ушли еще 140 тысяч, на технику — 50 тысяч. Еще неделю я что-то докупал по мелочи: ручку двери, задвижку в туалет, вешалки.

Мои сельские друзья работали в охранной компании: они поставили мне пожарную и охранную сигнализацию всего за 35 тысяч рублей — это в три раза дешевле стандартной цены.

Я собирался открыться в начале ноября, пока не понял, что совсем забыл про окна. Они были деревянные и большие (2 м × 1 м), поэтому плохо держали тепло, а краска с них обсыпалась. Я попросил друзей помочь с их покраской, а они посоветовали знакомого, который дешево поставит пластиковые. Я думал, что разорюсь: окон-то в помещении было 11. Но обошлось — установить новые согласились за 80 тысяч.

3 ноября заканчивались арендные каникулы, и в начале месяца я оплатил аренду. Окна поставили только 14 ноября, но зато всего за день.

☠ Я зря не уточнил заранее стоимость аренды выбранного изначально помещения и в целом не изучил рынок аренды в Лисках. Не стоило соглашаться и на 35 тысяч рублей в месяц. Надо было торговаться хотя бы до 25 тысяч или вообще искать другое место — не дороже 10—15 тысяч.

☠ Я выбрал неудачное помещение. Оно было большое и удобное, но 230 тысяч ушли на ремонт. Лучше бы я выбрал что-то попроще — заодно на окна бы не тратился.

☠ Я слепо доверял рекомендациям. Знакомые знакомых тоже могут медленно или плохо работать.

Открылся и работал в ноль

16 ноября 2013 года я открылся.

Еще в октябре сделал группу во Вконтакте, которая к моменту запуска набрала 100 человек. За 10 тысяч рублей заказал рекламу на двух местных радиостанциях. 15-секундные ролики об антикафе крутили каждый час 2 недели. За несколько тысяч напечатал листовки и несколько раз раздавал их на улице.

На открытие пригласил знакомую скрипачку из Москвы: она выступила бесплатно, я оплатил ей проезд и проживание. Еще арендовал диджея с аппаратурой, накупил 10 тортов, море сладостей и бутербродов. На все ушло 30 тысяч рублей.

Вход был свободным, и за день антикафе посетили около 70 человек. Гости пришли по рекомендациям, прочитали листовку или пост во ВКонтакте. Рекламный ролик никто даже не слышал.

Фотография с открытия. Я думал, что придет хотя бы 100 человек, поэтому закупил слишком много еды — торты доедали еще неделю
Фотография с открытия. Я думал, что придет хотя бы 100 человек, поэтому закупил слишком много еды — торты доедали еще неделю

После открытия антикафе стало принимать гостей уже за деньги: 1 минута стоила 1 рубль. Чай и печенья можно было пить и есть сколько хочешь.

В первую неделю выручка составила 3 тысячи рублей, за месяц — 35 тысяч. Я не унывал и собирался увеличить заработок в 2—3 раза. Мы договорились с арендодателем, что расходы на окна пойдут в счет оплаты аренды. Так ближайшие два месяца я мог ему не платить.

В будни люди почти не заходили, зато в выходные был аншлаг. 80% выручки приносили выходные. Первые два месяца количество гостей понемногу росло. Гости рекомендовали антикафе друзьям. Я не считал, сколько точно было посетителей — думаю, несколько сотен в месяц.

В январе 2014 выручка составила 40 тысяч — я опять вышел в ноль.

☠ Реклама на радио и килограммы никому не нужной еды были лишними. На этом можно было сэкономить стоимость полмесяца аренды.

☠ Мебель и посуду на старте надо брать по минимуму. Если гостей будет много, легко докупить еще. Я взял с запасом и переплатил тысяч 5.

Расходы на открытие антикафе в 2013 году — 592 000 Р

Счет за электричество и кредит

Поток клиентов не был моей основной болью. Больше проблем принесло неправильно выбранное место.

Окна сделали быстро, дешево и плохо. В антикафе постоянно было холодно — гостям приходилось сидеть в куртках. Чтобы согреться, я купил несколько тепловентиляторов.

В январе 2014 года пришел счет за электричество, от которого у меня чуть не остановилось сердце — 40 тысяч рублей. Я поехал в Горэлектросеть разбираться, но те и сами были в шоке — они думали, у нас круглосуточно работает сварка. Не платить я не мог — мне могли отключить электричество совсем.

Несколько дней мы разбирались с арендодателем, что сожрало мои деньги. Оказалось, старое электроотопление. Оно работало на максимум, но старые трубы не давали достаточно тепла, плохие окна выдували то, что оставалось, а тепловентиляторы увеличивали счет.

Платить за электричество было нечем. Кроме этого, на мне висели долги столичным друзьям. Предстояло найти 300 тысяч рублей. Чтобы выйти из положения, я поехал в Москву за кредитом в банке — думал, что в Лисках мне такие деньги точно не дадут. В столице мне тоже не обрадовались — я не внушал банкам доверия. Кредит пришлось оформлять на друга.

Вернувшись, расплатился за электричество и отдал другие долги — на это ушли почти все деньги. Я в прямом смысле перешел на «Доширак», чай и печеньки.

Арендодатель нанял рабочих, чтобы исправить ситуацию с отоплением, но это не помогло. Когда в феврале пришло время платить аренду, я отказался. Я счел, что арендодатель нарушил условия договора — предоставить мне технически исправное помещение. Тем более, пришел новый счет за электричество — еще на 30 тысяч. Выгонять меня было невыгодно. Мы оба угрожали друг другу судом, но тратиться на него не хотели.

☠ Мне и в голову не пришло проверить квитанции о коммуналке арендованного помещения. Еще я мог бы спросить у предыдущих арендаторов, почему они съехали и с какими проблемами сталкивались.

☠ Я ошибся с бухгалтером. Не разбираясь в налогах, я за 5 тысяч рублей в месяц (в Лисках у многих людей была такая зарплата) нанял по рекомендациям знакомых бухгалтера на аутсорс. Платил ей два месяца, пока не понял, что она вообще не понимает, чем я занимаюсь. Она посоветовала мне упрощенный налоговый режим в формате «доходы минус расходы». Я сам нашел другого бухгалтера, которая всего за 2000 рублей в год помогала мне раз в год сдавать декларацию о доходах и платить с них 6%.

Жалобы на наркопритон и проверки администрации

В марте 2014 года я понял, что бизнес не идет. Собрался закрываться и успел распродать половину мебели за полцены. Но друзья и постоянные клиенты убеждали продолжать.

В апреле я нашел в спальном районе новое помещение на первом этаже с отдельным входом. Ремонт там не требовался. За 60 м² я заплатил 10 тысяч рублей. Я проверил счета за коммуналку, перевез мебель с техникой и начал работать.

Уже со второй недели соседи и жильцы стали жаловаться, что у нас шумно. Антикафе работало до 12 ночи: уже после 22 я убавлял звук музыки до минимума и говорил с гостями чуть ли не шепотом, но, наверное, для небольшого города это слишком громко. Жильцы пожаловались на шум и сомнительные компании в администрацию города. Они предположили, что у нас наркопритон — иначе зачем мы собираемся, не ради же чая и видеоигр.

Администрация отправила к нам СЭС и пожарных. СЭС спросили, почему я не зарегистрировал общепит и не соблюдаю требования к нему. Я объяснил им, что у меня нет кухни и я покупаю готовую еду. В Москве я расспрашивал владельцев о необходимых документах и разрешениях — никто не говорил, что я должен получать разрешение СЭС. Мне пришлось неделю объяснять, что «Д энд Л» не обычное кафе. В конце концов отстали.

Я понял, что на новом месте мне работать не дадут, и решил съезжать. Нашел в центре города подвальное помещение с ремонтом. 80 м² стоили 20 тысяч рублей.

За день до переезда в антикафе пришел пожарный и справедливо заметил, что у меня даже противопожарных датчиков нет. Я сбросил на «технические нужды» 2 тысячи рублей.

Из второго помещения даже нормальных фото не осталось: только те, где я провожу детский день рождения
Из второго помещения даже нормальных фото не осталось: только те, где я провожу детский день рождения

Новые переезды и стабильная прибыль

Сложнее всего приходилось в несезон — даже постоянные посетители не хотели торчать в помещении летом и играть в игры. Чтобы было на что жить, я иногда подрабатывал в бане — получал 1000 рублей за то, что рубил дрова.

Антикафе я перевозил на новые места еще несколько раз. Самым удачным оказался период, когда в октябре 2014 отец постоянной посетительницы предложил мне въехать в его пустующее помещение — 300 м² в торговом центре в центре города. Он знал, что у меня нет денег на аренду, и предложил платить только коммуналку — 25 тысяч рублей в месяц. Он хотел продать или сдать помещение, но не получалось. Я хотя бы отбил затраты на его содержание.

В четвертом помещении мы располагались на четвертом этаже — у нас был отдельный вход с лифтом, по пути в кинотеатр. Раньше в помещении работало кафе, поэтому на ремонт я не тратилсяВ четвертом помещении мы располагались на четвертом этаже — у нас был отдельный вход с лифтом, по пути в кинотеатр. Раньше в помещении работало кафе, поэтому на ремонт я не тратилсяВ четвертом помещении мы располагались на четвертом этаже — у нас был отдельный вход с лифтом, по пути в кинотеатр. Раньше в помещении работало кафе, поэтому на ремонт я не тратилсяВ четвертом помещении мы располагались на четвертом этаже — у нас был отдельный вход с лифтом, по пути в кинотеатр. Раньше в помещении работало кафе, поэтому на ремонт я не тратилсяВ четвертом помещении мы располагались на четвертом этаже — у нас был отдельный вход с лифтом, по пути в кинотеатр. Раньше в помещении работало кафе, поэтому на ремонт я не тратился

Дела пошли гораздо лучше. С приходом холодов гостей стало больше в 2—3 раза. Я стал проводить в антикафе праздники — в основном детские дни рождения. Один праздник приносил 3—5 тысяч рублей, а в месяц их могло быть 5—10. Арендодатель посоветовал мне проводить свадьбы.

Полтора года выручка держалась в районе 70—80 тысяч ежемесячно в сезон, а прибыль составляла 30—40 тысяч. Летом выручка падала до 35 тысяч, поэтому я подрабатывал таксистом и ведущим. Я наконец выплатил кредит в 300 тысяч, у меня появились небольшие накопления и недорогая машина.

В марте 2016 года арендодатель нашел арендатора под офис и попросил съехать через неделю. Я снова хотел закрываться, но у меня уже было 12 заказов на дни рождения в ближайшем месяце. Терять 60 тысяч прибыли не хотелось.

Так я переехал в соседний торговый центр. 110 м² с ремонтом на втором этаже стоили 20 тысяч рублей + 5—7 тысяч коммуналка. Я думал, что проведу дни рождения и закрою кафе в несезон, но за счет подработок мне удалось продержаться даже летом.

Последнее, пятое по счету, помещение антикафе. На второй фотографии видно, что к этому времени я уже собрал целый видеоклуб для кибертурниров. Я постоянно мониторил «Авито» и собирал компы из никому не нужных запчастейПоследнее, пятое по счету, помещение антикафе. На второй фотографии видно, что к этому времени я уже собрал целый видеоклуб для кибертурниров. Я постоянно мониторил «Авито» и собирал компы из никому не нужных запчастейПоследнее, пятое по счету, помещение антикафе. На второй фотографии видно, что к этому времени я уже собрал целый видеоклуб для кибертурниров. Я постоянно мониторил «Авито» и собирал компы из никому не нужных запчастейПоследнее, пятое по счету, помещение антикафе. На второй фотографии видно, что к этому времени я уже собрал целый видеоклуб для кибертурниров. Я постоянно мониторил «Авито» и собирал компы из никому не нужных запчастейПоследнее, пятое по счету, помещение антикафе. На второй фотографии видно, что к этому времени я уже собрал целый видеоклуб для кибертурниров. Я постоянно мониторил «Авито» и собирал компы из никому не нужных запчастей

Прибыль — 0—40 000 Р в месяц

Постоянные расходы антикафе в Лисках в месяц, 2015 год — 40 000 Р

Как работало антикафе «Д энд Л»

Клиенты. Антикафе держалось на постоянных посетителях. Были компании, которые ходили в него годами. Для них я делал скидки или часто вообще не брал денег.

Первые полгода главными клиентами были студенты и творческая молодежь. Постепенно ко мне стали заходить школьники, и незаметно для меня оно стало почти детским заведением — по крайней мере, до 18—19 часов.

Родители заказывали празднования дней рождения, сами приводили детей или давали им деньги на посиделки. Других мест, где дети могли провести досуг, в городе не было. Я выучил десятки игр для детей любого возраста и на праздниках заменял ведущего, аниматора и иногда клоуна.

Для детских праздников я выучил десятки игр, но самыми популярными оказались «Алиас», «Активити» (где нужно объяснять слова) и танцевальное караоке под Иксбокс. Сложнее всего было не уследить и развлечь, а раскрепостить детей. На каждом празднике есть один скромняга, который стесняется играть, а родители хотят, чтобы веселились все детиДля детских праздников я выучил десятки игр, но самыми популярными оказались «Алиас», «Активити» (где нужно объяснять слова) и танцевальное караоке под Иксбокс. Сложнее всего было не уследить и развлечь, а раскрепостить детей. На каждом празднике есть один скромняга, который стесняется играть, а родители хотят, чтобы веселились все детиДля детских праздников я выучил десятки игр, но самыми популярными оказались «Алиас», «Активити» (где нужно объяснять слова) и танцевальное караоке под Иксбокс. Сложнее всего было не уследить и развлечь, а раскрепостить детей. На каждом празднике есть один скромняга, который стесняется играть, а родители хотят, чтобы веселились все детиДля детских праздников я выучил десятки игр, но самыми популярными оказались «Алиас», «Активити» (где нужно объяснять слова) и танцевальное караоке под Иксбокс. Сложнее всего было не уследить и развлечь, а раскрепостить детей. На каждом празднике есть один скромняга, который стесняется играть, а родители хотят, чтобы веселились все детиДля детских праздников я выучил десятки игр, но самыми популярными оказались «Алиас», «Активити» (где нужно объяснять слова) и танцевальное караоке под Иксбокс. Сложнее всего было не уследить и развлечь, а раскрепостить детей. На каждом празднике есть один скромняга, который стесняется играть, а родители хотят, чтобы веселились все дети

В 2015—2016 я почти полностью зарабатывал на днях рождения — у меня бронировали даты на месяц вперед. Несколько раз приходилось проводить по 2—3 праздника в день. На дни рождения родители приносили торт с собой или заказывали еду в другом месте, а я предоставлял помещение и вел праздник.

Проблем с неадекватными гостями не было. Только пару раз кто-то ошибался заведением и спрашивал, что у нас есть из алкоголя.

Сотрудники и помощь друзей. Большую часть времени я работал один. Когда мне надо было отлучиться, помогали две помощницы. Я никак их не оформлял и платил по 300 рублей за день. Часто помогал друг Вова: был в антикафе, когда я ездил по делам, играл с гостями в настолки, вел соцсети. Владелец магазина из моего села — дядя Рома, — привозил сельских школьников и продавал мне чай и кофе по себестоимости.

Цены. Я несколько раз менял цены на пребывание в антикафе. Сначала посещение стоило 1 рубль за минуту. Через месяц я изменил цену: 1,5 рубля в минуту — за первый час, 1 рубль в минуту — в последующее время. Последний год ценник был таким: 3 рубля в минуту — за первый час, 1 рубль в минуту — за последующее время.

Реклама и привлечение клиентов. Я пробовал рекламировать антикафе в местных пабликах — больше всего людей приходило из местной группы «Подслушано». Пост стоил 50—100 рублей — я заказывал два в неделю. Я даже сам сделал аналог — «Подслушано.Антикафе „Д энд Л“», но группа не раскрутилась. Еще запустил простенький бесплатный сайт в конструкторе, но клиентов он не приводил. Больше всего людей приходили по сарафанному радио. Иногда я придумывал какие-то акции или «программы лояльности»: например, «приведи друга — получи скидку 20%».

Еще на первом месте зимой 2014 года я сделал 50% скидку школьникам на время каникул и раздал листовки об этом в нескольких учебных заведениях. Это сработало и привело толпы детей — приходили целыми классами. Больше я листовки не раздавал — со временем антикафе полюбилось учителям, и они стали сами его рекламировать.

Я пытался партнериться с кем только мог. Например, местный «Сабвэй» проводил у меня в антикафе финал своего конкурса красоты
Я пытался партнериться с кем только мог. Например, местный «Сабвэй» проводил у меня в антикафе финал своего конкурса красоты

Чем в кафе занимались. В будни гости были предоставлены сами себе: хочешь — пей чай, хочешь — играй в приставку или рубись с другом в настолку. Гости редко приходили поодиночке. К тем, кто был один, я или кто-то из помощников мог подсесть и поиграть с ним вместе.

По выходным я проводил тематические костюмированные вечеринки, игры в мафию, турниры и даже чемпионаты по видеоиграм и настолкам с призами, небольшие концерты, открытые и свободные микрофоны, танцевальные вечеринки. Летом я устраивал небольшие спортивные турниры, флешмобы в парке, в холодное время организовал книжный клуб.

Я постоянно мониторил, что придумывают антикафе в других городах, и повторял идеи, которые казались удачными. Например, формат стоп-чека — фиксированной платы за вечер (обычно 200 рублей). Многие гости чувствовали себя некомфортно из-за того, что надо платить за время. Они сидели час, постоянно смотрели на часы и убегали ровно через 59 минут. Стоп-чек казался удобным — плати 200 рублей и тусуйся хоть до утра.

Первый рэп-вечер в городе: в зале только подросткиОгненное шоу на 14 февраля перед входом в первое помещениеОдин из кибертурниров — в каждом участвовало по 15—20 человекТворческая молодежь любила антикафе — в городе было не так много мест, где можно поиграть и попетьХеллоуин-вечеринка. Крайняя справа — моя мама, без поддержки которой антикафе не было быОсобенно гости любили играть в мафию. За 3,5 года я провел тысячи игр и так увлекся, что теперь занимаюсь этим в МосквеДвухлетие антикафе посетило 150 человек, и я за вечер заработал 20 000 рублей

Меня знала вся городская креативная молодежь. Те из них, кто хотел зарабатывать, партнерился со мной. Например, дважды в неделю по будням я сдавал помещение частному преподавателю танцев. За это получал символические 3 тысячи в месяц.

В последний год я стал предлагать гостям кальяны — после 19 часов, когда школьники уже не приходили. Формально это были безникотиновые паровые коктейли — никакого специального разрешения на них не нужно. Кальян обошелся мне в 3 тысячи рублей. В месяц он приносил 5 тысяч — я сам его заваривал.

Печеньки и чай-кофе. В антикафе было три основных вида печенья: крекеры, с джемом и песочные. Иногда гости просили что-то новое, и я менял марку печенья. Может быть, поэтому его ели мало — в минус я на этом не уходил. Крекеры я покупал в «Магните», другие печенья, кофе и чай — у знакомого владельца магазина по себестоимости.

Быт. Антикафе работало с 12 до 24 часов. Я подумывал открываться с 16 или 18 часов, но уже в 12 могли прийти школьники играть в приставку.

По выходным и иногда в редкие будние вечера в антикафе было весело и многолюдно. Но большую часть времени с утра я сидел и не знал, чем заняться.

Я прожил в Лисках почти четыре года, из них полтора — в антикафе. Сначала арендовал квартиру за 5 тысяч рублей, но когда через несколько месяцев пошли долги, мне стало нечем платить. Я переехал в антикафе — в отдельную комнату. Стирать и мыться ходил к друзьям. Это затянулось на полтора года, пока я не начал жить с будущей женой — тогда снова арендовал квартиру.

Иногда я устраивал ночные просмотры фильмов и пижамные вечеринки. Некоторым гостям приходилось далеко ехать, поэтому они оставались на ночь. На такие случаи у меня было несколько наборов постельного белья. Я старался оставлять на ночь только друзей, а остальных мягко выпроваживать
Иногда я устраивал ночные просмотры фильмов и пижамные вечеринки. Некоторым гостям приходилось далеко ехать, поэтому они оставались на ночь. На такие случаи у меня было несколько наборов постельного белья. Я старался оставлять на ночь только друзей, а остальных мягко выпроваживать

Боль и кайф. Первый год мне было очень тяжело. В Москве я все заработанные деньги тратил на себя, а в Лисках на себя не оставалось ничего. Эти 3,5 года я почти ничего себе не покупал. Однажды швея, к которой я носил зашивать свои джинсы, сказала, что пора купить новые, а эти уже не заштопать.

Я быстро понял, что разбогатеть не получится, но не хотел бросать то, что начал. Мама постоянно звала в Москву, а мне хотелось доказать ей, что у меня все получится. Но каждый месяц я жутко психовал перед днем оплаты аренды — хватит ли на этот раз. Я был одержим идеей, чтобы антикафе проработало как можно дольше — кажется, для меня это стало важнее заработка. Я видел в интернете, что какое-то антикафе в миллионном городе закрылось через 3 месяца после открытия, и был горд, что продержался дольше.

Я создавал дружескую атмосферу, у меня было интересно. В «Д энд Л» десятки нашли себе пары: среди них мой близкий друг и я сам. Ко мне годами ходили постоянные гости, родители доверяли детей. Жители гордились, что у них есть антикафе и что в маленьком городе все как в Воронеже.

Однажды, спустя несколько месяцев после запуска, нам в дверь постучал незнакомый мужчина. Он сказал, что ему порекомендовали заведение, как место, где его поймут и примут, и предложил заплатить в 3 раза больше обычного. Оказалось, у него нашли рак и жить ему осталось не больше 9 месяцев — он показал мне медицинские бумаги и снимки. Кроме антикафе, ему оказалось некуда пойти. Он боялся говорить родным, а я уговаривал его пойти домой и все им рассказать. Мы проговорили несколько часов и больше не виделись. Когда я вспоминаю того мужчину, понимаю, что все это было не зря.

Результаты

Антикафе постоянно требовало вложений. Я несколько раз докупал мебель, оборудование и технику, видеоигры. Всего за 3,5 года я вложил в заведение 1,5 миллиона рублей. Этого хватило бы на двухкомнатную квартиру в тех же Лисках. Вместо этого в начале 2017 года у меня на счете было всего 50 тысяч рублей.

Зимой 2016 года я понял, что аудитории неоткуда расти — все, кто хотел, уже давно у меня побывали. Мебель уже износилась, приставки и игры устарели.

Пропадать сутками в антикафе я больше не хотел, играть со школьниками в игры — тоже. Зарабатываемых денег хватало на жизнь в Лисках, но я хотел большего. Я решил, что доведу «Д энд Л» до конца сезона и закрою.

Я нашел покупателя, готового отдать за антикафе 600 тысяч рублей. Но неожиданно он лег в больницу и отказался от сделки.

1 апреля 2017 года я закрылся, закатив прощальную вечеринку. Часть оборудования и технику распродал за 200 тысяч рублей. Этого хватило, чтобы в том же месяце мы с девушкой переехали в Москву. Остатки оборудования распродал уже в Москве — выручил еще 100 тысяч.

В Москве я стал ведущим свадеб, дней рождения и мафии. Ведущий из меня вышел лучше, чем предприниматель. Мы с девушкой поженились, у нас родился сын.

Я не жалею о потраченном времени и деньгах. Благодаря антикафе я встретил свою любовь, повзрослел и поверил в себя. Я не состоялся как предприниматель и не вернул вложения, но несколько лет скрашивал сотням людей скучные будни. Работа в антикафе помогла мне найти себя и прокачать свои навыки ведущего.

Мне до сих пор пишут люди и спрашивают, когда запустимся заново. Кто-то хочет открыть собственное антикафе и спрашивает совета.

Какие я сделал выводы

Не стоит слишком дружить с клиентами. Я старался создать максимально дружескую атмосферу: знал всех постоянных гостей, добавлялся в друзья в соцсетях. В результате мне часто было неловко брать с них деньги, а они обижались, что я их спрашиваю — мы же друзья. Еще друзьям неудобно сказать, что антикафе закрывается (люди часто засиживались до глубокой ночи). Когда у гостей не было денег, я мог пустить их просто так — ради массовки. Если не набирались люди на игру, звал постоянных гостей бесплатно. Люди думали, что раз я владелец, у меня много денег.

Не стоит взваливать на себя слишком много. В своем антикафе я был одновременно директором, ведущим, аниматором, уборщиком. В таком режиме некогда остановиться и подумать, что делаешь не так.

На старте надо максимально облегчить себе задачу и минимизировать вложения. Не тратиться на ремонт — найти помещение уже с нормальным интерьером. Цену сбивать по максимуму — честно признаться арендатору, что антикафе не приносит больших денег. Не надо тратиться на пожарную безопасность — за нее должен отвечать арендодатель. Если место окажется неудачным, придется переезжать, а вложенные в помещение деньги никто не вернет.

Надо считать деньги. В чем разница между выручкой и прибылью, я узнал только на третий год работы антикафе. До этого я простодушно считал, что раз за вечер у меня в кармане появилось 12 тысяч, то, значит, столько я и заработал. Когда я стал считать, что именно приносит прибыль, сколько я могу оставить себе, а сколько вложить, дела стали налаживаться.

Одной мечты мало. Я думал, что раз у меня что-то получается в сетевом маркетинге и из меня неплохой менеджер, значит, и с бизнесом я справлюсь. Оказывается, это совсем другой вид деятельности. Я был почти ребенок и верил, что одного упорства достаточно, чтобы вывести бизнес в прибыль. На деле гораздо важнее место, аренда, попадание в целевую аудиторию.

Слишком маленький город

Распространенная ошибка при открытии антикафе — выбор слишком маленького города. По моему опыту, в городах с населением меньше 300 тысяч человек открывать антикафе не стоит — не окупится.

Целевая аудитория — студенты, творческая и активная молодежь, — переезжают из небольших городов в областные. Из потенциальных клиентов в городе остаются только школьники и взрослые, которые хотят чем-то развлечь детей.

У школьников мало денег, поэтому в небольших городах антикафе может зарабатывать только на проведении праздников. У Димы так и было: в будни школьники приходили играть в приставку, по выходным и летом приходили студенты, вернувшиеся из Воронежа, а в остальное время деньги приносили детские дни рождения.

Возможно, открывшись в соседнем большом Воронеже, Дмитрий смог бы зарабатывать на антикафе до 100 тысяч в месяц — это средняя прибыль такого заведения.

Ничего не просчитал

Дмитрий горел идеей, но не рассчитал объем рынка. Например, можно было посчитать количество потенциальных клиентов (прежде всего, студентов), сумму, которую они могут потратить и, соответственно, примерный заработок антикафе. Тогда он заранее бы понял, что антикафе вряд ли получится окупить. Возможно, оказалось бы, что в городе всего 1000 потенциальных клиентов, из которых иногда будут приходить не более 500 человек.

Дмитрий слишком много потратил на открытие. За такие деньги можно было запустить антикафе в крупном городе — столько же мы с партнерами потратили на старт в Петербурге. Думаю, правильнее было бы начать с минимальных вложений в 150—200 тысяч рублей и отработать жизнеспособную модель. Еще Дмитрий не подготовил финансовую подушку, а так, конечно, делать не следует.

Взвалил всё на себя и не докрутил продвижение

В условиях небольшого города было сложно добиться большего. Но отмечу, что можно было лучше подумать над привлечением гостей. Например, настроить таргетинг (например, на ближайшие даты дней рождения) и контекстную рекламу. Больше работать с сообществами по интересам — собирать не только геймеров, но и скейтеров, любителей кино, изучающих иностранный язык. И устраивать для них мастер-классы. Придумать что-то для более взрослой и платежеспособной аудитории — кажется, им в «Д энд Л» было просто нечего делать.

Понимаю, что у Дмитрия не было ресурсов на команду, но без нее сложно вывести антикафе в прибыль. Он хотел все делать сам, но в результате везде недоделывал. Чтобы антикафе не просто выживало, а развивалось, должны быть отдельные люди, которые будут заниматься продвижением и развитием, развлечением гостей, бухгалтерией и хозяйственными вопросами. Думаю, когда Дмитрий нащупал направление, приносящее основной доход (детские дни рождения, мафия, кибертурниры), стоило нанять хотя бы одного полноценного сотрудника, а самому сосредоточиться на продаже своих услуг.

Мы ищем людей, которые запускали свой бизнес, но по разным причинам его закрыли. Если вы хотите поработать над ошибками и рассказать свою историю — заполняйте анкету.