Психологическая травма сегодня — общее место: многие проблемы — от алкозависимости и депрессии до склонности к трудоголизму — объясняют ее влиянием.

От просто тяжелых переживаний психологическая травма отличается именно последствиями: они не проходят сами собой после того, как в жизни все наладилось, и могут еще годы и десятилетия преследовать человека, мешая ему полноценно жить.

Что делает психику человека уязвимым перед травмой и что помогает ее, наоборот, излечить, рассказал врач-психиатр, исследователь, участник рабочей группы разработки клинических рекомендаций по ПТСР Дмитрий Радионов.

— Сейчас многие стали говорить, что травмированы. Действительно ли психологические травмы так распространены?

— Зависит от того, что имеют в виду люди. Посмотреть фильм, почувствовать грусть и расплакаться — это еще не травма. Травма — это рана на психике, оставляющая след на всю жизнь. А грусть из-за фильма — это просто эмоциональная реакция, которая проживается и не приводит к каким-либо изменениям в психике.

Иное дело — нарциссические травмы: травмы, связанные с ранними детскими впечатлениями от взаимодействия с родителями. Конец 20 и начало 21 века — это для постсоветского пространства период нарциссических травм. Многие действительно имеют полное право называть себя травмированными с этой точки зрения.

Развал Советского Союза сопровождал социальный перелом — смена парадигмы общественной полезности на индивидуализм. Это привело к тому, что проблемы внутри семьи обострились.

Родители имели свои представления о жизни и развитии ребенка. А базировались эти представления на советской философии, которая гласила: общество важнее индивидуальности. Все мы должны работать на благо социума, соответствовать определенным требованиям, более-менее одинаковым для всех. При этом жизнь советского человека была стандартной и стабильной: я отучился, иду работать, получаю деньги, создаю семью, живу как все.

Но затем наступили 90-е: стабильность пропала, а прошлая философия в новой ситуации не работала. Возникла ценность индивидуальности — понимания своих желаний и их воплощения. Тем не менее родители продолжали ждать, что их дети будут жить по их шаблону, без учета личных особенностей. И это порождало типичную ситуацию, имеющую характер нарциссической травмы, — воспитание ребенка по типу «нарциссического расширения».

Суть такого воспитания — это отношение родителя к ребенку не как к отдельному человеку, а как к части себя, призванной выполнять определенную функцию. Ребенку дают понять, что сам по себе он не важен, а важно только то, насколько эффективно он удовлетворяет чужие потребности. От него требуют, чтобы он был не таким, как в реальности, а соответствовал ожиданиям.

Ожидания могут касаться профессиональных устремлений: например, от ребенка хотят только пятерок, диплома музыкальной школы, поступления на юрфак. Но они могут затрагивать и сами психические процессы: ребенок помогает родителю справиться с тревогой, становится его «спасательным кругом». В любом случае чувства и желания ребенка игнорируются, и он начинает подавлять их из-за вполне обоснованного страха, что его отвергнут, если их выражать.

Разумеется, сценарий нарциссического расширения в воспитании не возник недавно, а был всегда. Но если раньше общественная норма диктовала верность и правильность родительской позиции, то теперь в этом можно усомниться. В итоге постсоветские поколения — это зачастую люди с нарушенным пониманием личных границ, не осознающие, какие они на самом деле, если отбросить ожидания родителей, но способные заметить эту проблему и обратиться к психотерапевту. А их родители и бабушки с дедушками совершенно не понимают ценности психотерапии, так как не разделяют и ценности личных переживаний.

— Почему одно и то же событие у одного человека оставляет психологическую травму, а у другого — нет?

— В психологии есть такой термин — барьер психической адаптации. Условно говоря, это некая граница, где кончаются ресурсы психики. Если событие выходит за эту границу, адаптационный барьер надорван, приспособиться к происходящему не получается — и случается травматизация.

Насколько человек адаптивен, насколько высок его адаптационный барьер — история сугубо индивидуальная и зависит от множества факторов. И прежде всего — от возраста.

Ранний детский период — самое опасное время, потому что человек не рождается с развитой способностью к адаптации и эмоциональной регуляции. Она развивается по мере того, как человек взрослеет. Из-за этого маленький ребенок уязвим перед внешними событиями — даже на первый взгляд не такими страшными. Например, холодности и отстраненности родителей вполне достаточно, чтобы произошла травматизация. И даже в подростковом возрасте нервная система и психика все еще остаются пластичными — гораздо более пластичными, чем у взрослых, — и легче травмируются.

Последствия ранней травматизации могут быть катастрофическими. Может быть нарушено нормальное развитие центральной нервной системы. В дальнейшем, как показывают нейровизуализационные исследования, это приводит к изменению активности в различных областях головного мозга. Например, гипервозбуждено миндалевидное тело, формирующее эмоциональную реакцию на событие. Из-за этого человек менее стрессоустойчив.

На снимках — мозг людей с посттравматическим стрессовым расстройством и без него. У людей с посттравматическим расстройством наблюдается повышенная активность дорсолатеральной префронтальной и ретросплениальной коры головного мозга, а также миндалевидного тела, и пониженная активность — вентромедиальной префронтальной коры. Источник: ResearchGate

Исследования также связывают детские травмы с высоким риском развития психических расстройств — не только посттравматического, но и биполярного, рекуррентного депрессивного, обсессивно-компульсивного и так далее. Также повышается вероятность заболеваний, приводящих к хронической боли, например мигрени. Все это говорит, собственно, о том, что травма имеет биологическую основу, меняет то, как в целом работает организм, а не просто представляет собой некий психологический, эфемерный феномен.

Личностные характеристики — как человек воспринимает мир в целом, какие копинг-стратегии использует, какие травмы и расстройства у него уже есть — также влияют на адаптационные ресурсы психики. Об этом говорят так: травма должна подойти, как ключ к замку. Например, главная черта гистрионного расстройства личности — патологическая жажда внимания. У человека с этим расстройством отсутствие признания может вызывать фрустрацию, запускать реакции стресса и быть травматичным, потому что субъективно воспринимается крайне остро.

Или другой пример — шизоидные черты личности. Такой человек внешне кажется отстраненным и погружен во внутренний мир, но при этом обладает хрупким восприятием межличностных взаимоотношений. Измена партнера, обман друга — для него такие события в большей степени окажутся травматичными, чем для человека без таких особенностей.

Общее состояние человека тоже влияет на адаптационный барьер. Например, у людей с депрессией в целом снижена способность к адаптации — соответственно, они более подвержены травматизации. Точно так же более уязвимым человека могут делать чисто физические болезни, особенно — приносящие боль и неизлечимые. И наоборот, у здоровых людей адаптационный барьер выше, поэтому они могут выдержать тяжелую эмоциональную нагрузку без неизгладимого следа на психике.

— Многие люди живут с нарциссической травмой. Значит ли это, что у многих посттравматическое стрессовое расстройство?

— Не любая психологическая травма приводит к развитию этого расстройства, и это не тот случай. Нарциссическая травма — это результат длительного воздействия, а ее последствия, как правило, отсроченные. Родители хвалили и поощряли ребенка, только если он оправдывал их ожидания, и во взрослом возрасте у этого человека много проблем в личных отношениях или перфекционизм, которые он относит в кабинет психотерапевта. Или потом у него развивается депрессия, и он идет к психиатру.

Посттравматическое расстройство — результат мощного, катастрофического, экстремального опыта. Такой опыт выходит за рамки привычного. Например, это физическое и сексуальное насилие, рабство, взятие в заложники, потеря близкого человека. Постановка тяжелого диагноза тоже часто приводит к посттравматическому стрессовому расстройству. Но единого списка событий, которые так воздействуют на человека, нет: все-таки привычный опыт у всех разный, как и факторы уязвимости. Наверное, главная объединяющая их черта, помимо катастрофичности, — то, что они происходят резко, ошеломляют, человек просто не успевает к ним адаптироваться.

Иногда нарциссические травмы могут развиться в другое родственное расстройство — комплексное посттравматическое стрессовое расстройство, его еще называют осложненным посттравматическим стрессовым расстройством. К нему же приводят другие варианты длительных, повторяющихся травматичных событий: например, не единичный случай сексуального насилия, а несколько таких эпизодов, или долгое эмоциональное насилие в любом возрасте.

Симптомы комплексного посттравматического стрессового расстройства — это смесь признаков обычного посттравматического расстройства и пограничного расстройства личности: и избегание всего, что напоминает о травме, и трудности с эмоциональной регуляцией. Иначе говоря, такая травма глубоко меняет человека, его представление о мире, себе и других людях.

Так происходит потому, что длительный, повторяющийся травматичный опыт разрушает иллюзии, защищающие психику: неспособность осознать свою смертность, веру в то, что мир безопасен, справедлив и разумен, а также убежденность в своей способности действовать правильно и контролировать то, что с тобой происходит. В результате этого даже в тридцать или пятьдесят можно буквально стать другим человеком — с другим характером и мировоззрением.

— Как понять, что человек травмирован тем или иным событием?

— Когда травматичное событие только-только произошло, психика человека пытается к этому адаптироваться. Начинается период нестабильности и дезадаптации, который в психиатрии называется острой реакцией на стресс. Это целый спектр эмоций и состояний: депрессия, тревога, горе, отчаяние, гиперактивность, ажитация — и все это может чередоваться, быстро сменять друг друга, сопровождаться физическими симптомами вроде тахикардии и гипервентиляции.

Обычно в течение небольшого периода — от двух недель до месяца — человек выходит из такого состояния, и это считается нормальной реакцией горя и утраты, а не свидетельством того, что событие травмировало. Но может оказаться, что это не так. Потом, в какой-то момент, человек сталкивается с событием, которое чем-то напоминает ему о травматичном опыте, — и он реагирует на это так, как будто снова оказался в том же моменте, заново переживает все то, что, казалось бы, уже прожил. Тогда мы понимаем: травматизация произошла. То есть мы не можем сразу после эмоционального потрясения понять, какой след оно оставило на психике, а только ждать и смотреть на последствия.

— Как можно исцелить психологическую травму и связанные с ней расстройства?

— Если речь о человеке с психологической травмой, которая не привела к посттравматическому или комплексному посттравматическому расстройству, то полезен любой метод психотерапии с доказанной эффективностью.

Посттравматическое расстройство тоже лечится психотерапией. Причем наиболее эффективна в этом случае травмо-фокусированная когнитивно-поведенческая психотерапия. Крайне распространенная в России гештальт-терапия не имеет доказанной эффективности при этом расстройстве. А психодинамические методы психотерапии могут человеку навредить, поэтому специалист, который их использует, должен быть аккуратен.

Суть травмо-фокусированной когнитивно-поведенческой психотерапии — в изменении когнитивных, поведенческих и эмоциональных реакций на стимулы, связанные с травматичной ситуацией. Ассоциации и убеждения человека, которые заставляют его неадекватно реагировать на похожие события, постепенно заменяются на менее разрушительные и более позитивные.

Часто используют метод пролонгированной экспозиции. Человека постепенно, в контролируемых условиях подвергают воздействию триггера. Например, его могут попросить представить некоторые аспекты травматичной ситуации или как можно подробнее описать ее письменно.

Еще эффективным считается метод десенсибилизации и переработка с помощью движений глаз — его применяют и при посттравматическом расстройстве, и при психологических травмах в целом. На практике он выглядит так. Человек вспоминает травмирующее событие — не полностью, а только некоторые аспекты, — и одновременно с этим фокусируется на внешнем стимуле — как правило, он визуальный и заставляет взгляд быстро двигаться от одной точки к другой. Собственно, это движение и дало название методу.

Десенсибилизация и переработка с помощью движений глаз помогает за счет того, что движения глаз повышают когнитивную нагрузку на головной мозг и активизируют больше его структур, в том числе участки, участвующие в обработке информации. За счет этого реструктуризация — изменение когнитивных и эмоциональных паттернов — происходит более эффективно. В результате воспоминания о травматичном событии постепенно тускнеют и человек перестает заново проживать его, столкнувшись с чем-то подобным в жизни.

Некоторые считают, что психологическая травма способна привести к психологическому росту — эта концепция называется «посттравматический рост». Действительно ли травма имеет светлую сторону?

— Термин «посттравматический рост» ввели американские психологи Ричард Тедески и Лоуренс Кэлхаун. Они описали его как положительные психологические изменения, которые могут возникать после переживания человеком травмирующего опыта самого разного рода: от насилия до неизлечимого заболевания. Например, человек может осознать внутреннюю силу — и поверить, что может справиться и с другими сложностями. Или стать более сострадательным и помогать другим, больше ценить свою жизнь и наслаждаться ей, обрести новый смысл в жизни.

Однако самих по себе травматических событий недостаточно, чтобы вызвать посттравматический рост, считают Тедески и Кэлхаун. Развитие происходит как результат осмысления человеком произошедшего с ним, больше вопреки травме, а не благодаря ей. Но это, во-первых, не отменяет негативных последствий травматизации, а во-вторых, случается далеко не со всеми. Как я уже говорил ранее, адаптационные способности людей разные, и тот, кто более устойчив к стрессу, скорее может вычленить из травматичного опыта что-то ценное для себя.

Пока посттравматический рост — только теория, причем не все специалисты с ней согласны. Некоторые считают, что попытка найти что-то хорошее в травме обесценивает боль тех, кто ее пережил. Другие же указывают на тот факт, что данных об этом феномене недостаточно, а исследования дают смешанные результаты.

Совершенно точно не стоит специально подвергать себя искусственной травматизации в надежде полюбить жизнь и найти в ней смысл. Но если травматичное событие уже произошло и мысль о посттравматическом росте не вызывает отторжения, а поддерживает — почему бы и не обращаться к ней.


Знания о психологии и работе мозга, которые помогут выжить в этом безумном мире, — в нашем телеграм-канале. Подписывайтесь, чтобы быть в курсе происходящего: @t_dopamine

Комментарии проходят модерацию по правилам журнала
Загрузка
0
Natalia Kopsov
Герой
23.06, 20:08
Отредактировано

"На свете мало родителей, которым хватило бы смелости и независимости беспокоиться более о счастье своего ребёнка, чем о его успешности." - Эрих Фромм, немецкий социолог, философ, психоаналитик.

16
Natalia Kopsov

"Удел – привилегия и честь человека никогда не достигать задуманного и представлять собой чистое стремление, живую утопию. Он всегда идет к поражению, еще до битвы получая рану в висок. Человеческие дела никогда неосуществимы так, как они задумываются." -Хосе Ортега‑и‑Гассет

1
0
Ольга

Ну вот точно про постравматическое стрессовое расстройство - про меня.
И как выйти из него, я не знаю...
4 года назад мой папа умирал от рака , у меня на глазах и руках. Я писала даже здесь что и как, шок,боль.
Ровно через год у мужа такой же диагноз, 3 года борьбы, имея на руках ещё маленького ребёнка ( да да поздние роды в 38 ) . Живём с этим всем , периодически хочется орать , громко, бухать, проснуться и чтоб все было хорошо.
А да, ещё мама есть пожилая, тоже с депрессухой, и кучей боляек, щаз в больнице лежит. И все на мне.
Никакой психолог не поможет . Это очень тяжело.
И муж ещё молодец, он очень сильный, несмотря на 40 курсов уже химии, каждые 2 ,или 3 недели капельницы.
А раньше все было так хорошо. Цените здоровья, это самое важное.

13
0
Невеста 2022

Приятный автор, спасибо

12
0
Mila_engine

Не знаю, как, но я договорилась с организмом «отложить» переживания об очень травматичном событии на год, чтобы максимально за этот год исправить последствия произошедшего (физические). Ровно через год психика дала сбой, пришлось пару месяцев принимать антидепрессанты. Потом просто работала со своими эмоциями, переживаниями. Уже легко могу рассказать об этом событии, без слез. Но думаю, что стоит для закрепления еще к психологу походить.

8
user2169815

Mila_engine, расскажите)

0
Mila_engine

user2169815, 😅 это не относится к темам Тинькофф-журнала ну никак)) я думала написать сюда статью, но решила, что люди, столкнувшиеся с такой же бедой явно не здесь будут искать ответы. А так активно участвую в тематической группе.

0
0
Olesya Basirova
Герой Т—Ж 🏆

EMDR действительно хорошо помогает при ПТСР, есть много исследований на этот счёт, в некоторых сравниваются КПТ и EMDR: по эффективности второй иногда даже лучше, чем первый, но в любом случае, EMDR справляется при обозначеной проблеме за меньшее количество сессий. То что эффективность EMDR основана на теории рабочей памяти, о чем говорит психиатр в интервью, - это только одна из гипотез, но эффективность есть, она доказана, и этого достаточно, даже на КТ и фМРТ видно, как EMDR-терапия меняет морфологию мозга, что есть в некоторых исследованиях.
В Ассоциации EMDR Казахстана есть гуманитарный проект: бесплатные групповые сессии (правда, для такой работы без личной терапии есть ограничения). Если кому-то интересно попробовать на себе, приглашения на сессии есть в тг-канале "Гуманитарный проект EMDR Казахстан".

6
0
Natalia Kopsov
Герой
23.06, 13:53
Отредактировано

"Развал Советского Союза сопровождал социальный перелом — смена парадигмы общественной полезности на индивидуализм. Это привело к тому, что проблемы внутри семьи обострились.Родители имели свои представления о жизни и развитии ребенка. А базировались эти представления на советской философии, которая гласила: общество важнее индивидуальности. Все мы должны работать на благо социума, соответствовать определенным требованиям, более-менее одинаковым для всех."- Ну да, столько лет описывали дивную жизнь, полную разнообразных чудес, при коммунизме, как в том же диафильме для всех школ и детсадов про советскую жизнь "В 2017 году"(типо на 100- летие Октябрьской революции) который прям вот вот и ради наступления которого нужно было все жилы рвать и жизни отдавать стране и партии без звука, ну а потом полный пофиг с тобой и выживай как можешь сам, а не можешь- ну и умри и без всякой разницы и помощи. И родители своим подросшим детям начали казаться просто совсем умственно неполноценными, но с огромными претензиями тем не менее.

6
0
Андрей Пирогов

Абсолютно здоровых людей нет, есть недообследованные. Старая медицинская поговорка. Практически у каждого есть детские психологические травмы, куча комплексов и отклоненений. Независимо от эпохи и возраста. Как когда то прочитал у одного видного профессора: "При желании я могу любого подвести к диагнозу Вялотекущая шизофрения". Говорил он это с юмором, конечно, но суть , думаю,всем понятна.

4
Айгуль Хабибуллина

SOCHNIKOV, вам повезло. Я тоже росла в 90-е, но в моей семье этот конфликт коллективного и индивидуального сознания чувствовался. Но у меня внимательные и мудрые родители. Они нашли в себе силы в определенной степени отстать от детей))

4
Сергей Сягаев

Айгуль, вырос в 90е - каша манная, жизнь туманная.

0
0
Виалетта

Очень интересная статья. Спасибо!

2
Айгуль Хабибуллина

Туман, вы забываете о личной ответственности за себя и свою жизнь. Если человек всё осознает и продолжает бухать (о, я ж не виноват, ну и че тогда), это его личный выбор, и никто не имеет права его за это осуждать. Но и ему будет некого винить, кроме себя. Понятно, что можно спихнуть на родителей, но жизнь-то всё равно твоя.

1
Айгуль Хабибуллина

Туман, если уж человек хочет бухать, то пусть хотя бы делает это без угрызений совести. Кому от его угрызений будет лучше? Главное, чтобы никому не вредил. А найти виноватого и найти оправдание - это не одно и то же. Можно найти виноватого, но при этом не оправдываться этим. Тоже выбор.

1
0
Владислав Карпов

Сообщество АН и Программа 12 Шагов.

0

Сообщество