Игорь Антышев занимался скалолазанием и мечтал превратить увлечение в заработок — открыть скалодром.

Для этого он переехал из Йошкар-Олы в Санкт-Петербург, собрал в команду талантливых друзей-скалолазов и арендовал здание у МЧС с 17-метровыми потолками. За девять месяцев и почти 30 миллионов рублей они построили в ангаре «Северную стену» — 2150 м² плоскостей для лазания.

Сейчас проект приносит предпринимателю до 888 тысяч рублей в месяц. Вложения в строительство скалодрома Игорь планирует вернуть в течение пяти лет.

От производства зацепов — к скалодрому

Игорь увлекся скалолазанием в 2011 году. В 23 года уже поздно метить в профессиональные спортсмены, но скалы все равно стали его любимым делом. Через три года тренировок пролез первую трассу категории 8а — преодолеть ее почетно для любителей.

До этого Игорю приносила доход фотография. В 2014 году появилась идея зарабатывать на скалолазании. Через месяц он переехал из Йошкар-Олы в Санкт-Петербург — в городе занимаются сильные скалолазы, а рядом с ним много скал.

Наш герой решил развиваться сразу в трех направлениях. Первое, производить зацепы — специальные формы из искусственного камня разной формы и размера. Они имитируют рельеф настоящих скал, и именно по ним лазают на скалодромах. Еще — строить скалодромы на заказ и открыть собственный.

Благодаря такому подходу можно увеличивать количество клиентов для каждого из проектов: сферы тесно связаны и дополняют друг друга. Опыта в строительстве у Игоря не было. Зато было сильное желание, скалолазный опыт и представление, каким должен стать идеальный скалодром.

В 2015 году молодой человек запустил с партнером небольшое производство зацепов в Петербурге — компанию «515».

Параллельно с командой таких же скалолазов Игорь строил скалодромы на заказ. За два-три года запустили шесть небольших домашних скалодромов в пригородах Петербурга и один крупный зал в Красном Селе.

В мае 2015 году с двумя партнерами на собственные сбережения выкупил и перестроил убыточный клуб «Игелс» в Санкт-Петербурге со скалодромом, батутами и веревочным парком. Он работает до сих пор, но Игорь отошел от дел и планирует продать свою долю.

К запуску собственного скалодрома Игорь приступил только в 2017 году, когда убедился, что на этом можно зарабатывать. За три года он набрался опыта в скалолазном бизнесе: разобрался в нюансах строительства и управления скалодромом и собрал талантливых сотрудников в команду.

В скалолазном мире все друг друга знают — от чемпионов мира до любителей. Наш герой писал тем, чьи профессиональные навыки могли быть как-то полезны при строительстве и управлении. К старту проекта удалось привлечь пять человек.

Игорь с ребятами договорился так: сейчас они помогают в строительстве скалодрома, а после запуска займут привычные должности — тренеров, инструкторов и постановщиков трасс. Так группа скалолазов собственными руками начала строить для себя место работы мечты.

В старом разваливающемся клубе «Игелс» в 2015 году сделали косметический ремонт за полгода. Игорь говорит, что это был его самый сложный проект: кроме зоны для лазания пришлось обновлять батуты, веревочный городок, зал для единоборств, решать организационные и финансовые вопросы. На фото — команда «515» празднует первый день рождения клуба после перезапуска
В старом разваливающемся клубе «Игелс» в 2015 году сделали косметический ремонт за полгода. Игорь говорит, что это был его самый сложный проект: кроме зоны для лазания пришлось обновлять батуты, веревочный городок, зал для единоборств, решать организационные и финансовые вопросы. На фото — команда «515» празднует первый день рождения клуба после перезапуска
Из скалодромов, построенных на заказ, самый крупный находится в Красном Селе. Его открыли в августе 2016 года: разработали скалолазные плоскости, уложили маты и накрутили трассы
Из скалодромов, построенных на заказ, самый крупный находится в Красном Селе. Его открыли в августе 2016 года: разработали скалолазные плоскости, уложили маты и накрутили трассы

Поиск помещения

Игорь начал искать помещение еще в 2016. Ему требовались 1500—2000 м² с потолками выше 12 метров — такая высота позволяла бы построить прорывной спортивный скалодром с полноценными трассами.

Также он смотрел на расположение: искал здание в пешей доступности от метро и в районе с жилой застройкой. Еще среди требований были отдельный вход, возможность для заезда машин, отопление, горячая и холодная вода.

В первую очередь Игорь обошел агентства и просмотрел объявления на сайтах аренды коммерческой недвижимости. Потом подключил к поиску знакомых. Все, что предлагали, не подходило: в объявлении писали, что потолки 12-метровые, а по факту высота еле доходила до 9. Если же она соответствовала, то значит, вариант находился где-нибудь на пустыре на окраине города.

В конце 2016 года Игорь поехал смотреть очередное помещение на юге Петербурга. На месте увидел ухоженную территорию и огромное здание — потолки в 17 метров и окна от пола до потолка по одной из сторон. По соседству были бассейн и стадион для пробежек.

Помещение подошло по всем параметрам, но находилось в управлении Центра материально-технического обеспечения противопожарной службы — структуры МЧС. А это означало, что арендовать его не так-то легко.

Таким Игорь увидел ангар в первый раз
Таким Игорь увидел ангар в первый раз
Здание находится в пяти минутах от метро «Бухарестская» на юге Петербурга
Здание находится в пяти минутах от метро «Бухарестская» на юге Петербурга

Никаких арендных каникул и рискованная идея

Скалолазы планировали начать стройку в феврале 2017, но подготовка затянулась. Пять месяцев ушло на разработку проекта скалодрома, его согласование с МЧС, ожидание оценки Росимущества, сбор документов и участие в тендере на право аренды.

Трудности начались с самого старта. Через неделю после первой встречи с арендодателями в Санкт-Петербурге сгорел скалодром. История наделала много шуму, так как в пожаре погибли три человека. Игорь переживал, что МЧС из-за несчастного случая откажется сдавать помещение под скалодром. Переживания не оправдались: спасатели одобрили проект. Смету строительства и визуализацию скалодрома презентовали руководству ведомства.

Не успел Игорь порадоваться, как пришла оценка помещения от Росимущества — 592 тысячи рублей в месяц за 2000 м². Предприниматель надеялся, что крышу подсобных помещений учитывать не станут, поэтому арендная плата окажется меньше. Но не повезло.

Такая оценка имущества — по закону обязательный этап при аренде помещения у государства. По ее результатам и назначают размер арендной платы.

Усложнялась ситуация жесткими условиями договора — никаких арендных каникул на время стройки. Еще вместе с арендной платой за первый месяц просили выплатить депозит в 592 тысячи рублей.

Договор заключался на девять лет, но Росимущество может его автоматически расторгнуть, если дважды хотя бы на день опоздать с оплатой. В таком случае депозит не возвращается, а за каждый просроченный день оплаты начисляется пеня — 0,7% от неоплаченной суммы.

Руководство МЧС вступилось за ребят — пыталось выбить у Росимущества арендные каникулы, ведь так в бизнесе принято. Договориться не получилось. Помещение идеально подходило, поэтому Игорю с командой пришлось смириться с ценой и надеяться на победу в тендере.

Тендер на право аренды проводили в формате конкурса. На аукционе выигрывает тот, кто предложит большую цену. На конкурсе — тот, кто предложит лучшие условия (по мнению комиссии).

На аренду ангара претендовал еще один предприниматель — он хотел устроить там склад. При этом МЧС давно развивали на территории спортивную базу: уже работали бассейн, волейбольная площадка и стадион. Скалодром вписывался в эту концепцию, а склад — нет.

Чтобы подать заявку на участие в тендере, Игорь зарегистрировал ООО и собрал пакет документов. Требования опубликовали на сайте торгов.

Команда понимала, что если они выиграют конкурс, то начнут терять деньги: при арендной ставке в 592 тысячи рублей — по 13,3 рубля каждую минуту. Конкурс назначили на начало мая. Ребята посчитали, что с учетом двадцати дней на подведение итогов они смогут начать стройку 20—23 мая, а на дворе стоял январь.

Тратить впустую 4,5 месяца не хотели. За это время решили максимально подготовиться к стройке, чтобы после подписания договора прийти в помещение и просто собрать скалодром как конструктор. Запланировали заказать сырье для строительства — металл и фанеру, продумать дизайн и начать собирать плоскости скалодрома из фанеры.

Подготовка до победы в тендере — большой риск: вдруг закажешь сырье, разработаешь проект и дизайн скалодрома, а помещение достанется другому. Но в случае победы это сэкономит деньги на аренде.

Игорь и команда знали, что у них есть преимущество в конкурсе, и рискнули. 600 тысяч потратили на разработку проекта металлических конструкций. Сырье решили все-таки заказать после победы в тендере.

В итоге конкурс на аренду Игорь выиграл.

Проект скалодрома разработали сами

Помещение с потолками в 17 метров позволяло совместить в одном зале три олимпийских вида скалолазания: трудность, скорость и боулдеринг. Так решили строить фанерный скалодром с тремя зонами, хотя с самого начала планировали обойтись без трассы на скорость.

Трудность — то, как мы обычно представляем скалолазание: с веревкой и высоко. Можно лазать с верхней и нижней страховкой.

Скорость, или «эталонка» — это две дорожки с автоматической страховкой — вщелкнул страховку и побежал. На «эталонке» фиксируют мировые рекорды по скорости лазания, поэтому расположение зацепов на трассе, угол наклона и высота стенда одинаковые во всем мире. В Питере полноценной трассы на скорость еще не было, и ее бегали так: половинку трассы на одной дорожке, половинку — на другой.

Боулдеринг — это имитация лазания по валунам. Стенд для лазания в этой зоне не выше пяти метров. На боулдеринге не страхуют, поэтому под стендом раскладывают мягкие маты — они уберегают от травм при срыве.

Еще выделили 100 м² для зоны разминки с турниками, ковриками и тренажерами для профессиональных скалолазов. Также оборудовали небольшой уголок для тренировки альпинистов: наверху стенда установили большую полку, где можно отрабатывать технику работы с веревкой. Например, спускаться по ней вниз, чего не делают скалолазы.

В помещениях под зоной боулдеринга решили разместить раздевалки, склад, моечную и мастерскую для зацепов. На входе — ресепшен с барной зоной, а вдоль стены под окнами — деревянные лавки со встроенными розетками.

Для скалолазных плоскостей — стен, имитирующих скальный рельеф, — выбрали фанеру. Она позволяет менять рельеф стены и трассы. Более дорогие стенды из стеклопластика хороши, чтобы удивлять посетителей стенок на детских площадках или в торговых центрах, но не подходят для спортивного скалодрома. Занимают много места и успевают быстро наскучить — их рельеф нельзя изменить.

Игорь знал, что основной аудиторией скалодрома будут новички, скалолазы-любители и дети. Поэтому он разработал 10% сложных плоскостей для спортсменов, 90% — простых вертикальных и без «нависания» — наклонов стены в сторону лазающего.

Нависание в нескольких метрах от земли сильно усложняет трассы и увеличивает риск, что новичок упадет и травмируется. Спортсмену такой карниз наоборот дается легко, а на оставшейся части трассы он скучает.

Фишкой для опытных скалолазов стала колонна в центре зала: на высоте 10 метров она переходит в арку с сильным нависанием и соединяется с основным стендом для лазания.

Так выглядит «нависание» на скалодроме. На фото — арка той самой колонны. Фото: Юлия Леонова
Так выглядит «нависание» на скалодроме. На фото — арка той самой колонны. Фото: Юлия Леонова
При нижней страховке веревка лежит на земле, а скалолаз по пути вщелкивает ее в оттяжки — карабины на стене. Если сорваться, то пролетишь длину веревки, которую пролез выше последней оттяжки, и еще столько же. Фото: Юлия Леонова
При нижней страховке веревка лежит на земле, а скалолаз по пути вщелкивает ее в оттяжки — карабины на стене. Если сорваться, то пролетишь длину веревки, которую пролез выше последней оттяжки, и еще столько же. Фото: Юлия Леонова
При верхней страховке веревка держит лезущего сверху. При этом страхующий может слегка натягивать ее, тем самым облегчая лазание. Если человек сорвется со стены, то он просто повиснет на веревке
При верхней страховке веревка держит лезущего сверху. При этом страхующий может слегка натягивать ее, тем самым облегчая лазание. Если человек сорвется со стены, то он просто повиснет на веревке
При нижней страховке веревка лежит на земле, а скалолаз по пути вщелкивает ее в оттяжки — карабины на стене. Если сорваться, то пролетишь длину веревки, которую пролез выше последней оттяжки, и еще столько же. Фото: Юлия Леонова
При нижней страховке веревка лежит на земле, а скалолаз по пути вщелкивает ее в оттяжки — карабины на стене. Если сорваться, то пролетишь длину веревки, которую пролез выше последней оттяжки, и еще столько же. Фото: Юлия Леонова
При верхней страховке веревка держит лезущего сверху. При этом страхующий может слегка натягивать ее, тем самым облегчая лазание. Если человек сорвется со стены, то он просто повиснет на веревке
При верхней страховке веревка держит лезущего сверху. При этом страхующий может слегка натягивать ее, тем самым облегчая лазание. Если человек сорвется со стены, то он просто повиснет на веревке
Так выглядит путь скалолаза на стене при использовании нижней страховки. Фото: Сергей Немцов
Так выглядит путь скалолаза на стене при использовании нижней страховки. Фото: Сергей Немцов
3Д-визуализацию и анимацию проекта скалодрома скалолазы разработали сами. Подрядчикам заплатили 600 тысяч рублей только за просчет металлических конструкций. Автор: Дмитрий Степанов
3Д-визуализацию и анимацию проекта скалодрома скалолазы разработали сами. Подрядчикам заплатили 600 тысяч рублей только за просчет металлических конструкций. Автор: Дмитрий Степанов

Торговались за каждый рубль

Основные расходники при строительстве фанерного скалодрома:

  1. Фанера — из нее вырезают и собирают плоскости для лазания.
  2. Металлические конструкции — на них крепят фанерные плоскости.
  3. Зацепы — шершавые формы из искусственного камня, за которые цепляются руками и куда становятся ногами, чтобы забраться на стену.
  4. Забивные гайки и болты — с их помощью к фанерной стене прикручивают зацепы.

Ребята посчитали, что потребуется 2300 м² фанерных листов толщиной 18 мм. Один стоит 1200—2200 рублей, а таких нужно было купить 900.

Два дня обзванивали поставщиков из России и торговались. Когда одна фирма соглашалась скинуть десять рублей, перезванивали во вторую и просили еще большую скидку: «Нам скинули десять рублей в другом месте. Вы потеряете деньги, если не предложите лист хотя бы на десять рублей дешевле».

В итоге закупили фанеру у петербургской фирмы: сторговали 320 рублей с листа и сэкономили 288 тысяч рублей. Всего потратили 1,3 миллиона рублей.

Фанерные плоскости крепятся на металлический каркас. Его просто так не собрать: нужно просчитать нагрузку и размер. Для этого Игорь обратился в архитектурное бюро.

На разработку проекта металлических конструкций ушло полтора месяца и 600 тысяч рублей. Еще два месяца и 4,5 миллиона рублей — на изготовление. Фото: Екатерина Корчемна
На разработку проекта металлических конструкций ушло полтора месяца и 600 тысяч рублей. Еще два месяца и 4,5 миллиона рублей — на изготовление. Фото: Екатерина Корчемна

Пока для скалодрома варили металлический каркас, скалолазы впятером собирали стенд для боулдеринга на втором этаже. С ним проще, так как он крепится на деревянный каркас, а нагрузку при стенде высотой в пять метров просчитать проще, чем при 17-метровых плоскостях. Сначала для боулдеринговой зоны выделили 288 м², но потом пристроили балкон еще на 150 метров.

Зону высокого скалодрома собирали постепенно, а металлические конструкции поставляли частями под план скалолазов по монтажу.

Для зоны боулдеринга металлический каркас не нужен — фанерные щиты крепят к деревянным балкам. С боулдеринга ребята и начали строительство скалодромаНа таком металлическом каркасе держатся фанерные стены в зоне высокого скалодромаКроме металлического каркаса потребовалось изготавливать лестницу — она ведет в зону боулдеринга. Фото: Екатерина КорчемнаСетка отверстий нужна, чтобы переставлять зацепы с одного места на другоеФанерные листы сами покрасили валиками. Фото: Екатерина Корчемна

Прежде чем собирать скалодром из фанерных листов, нужно разработать модель стенда на компьютере и металлический каркас под эту модель, затем просчитать точки стыковки фанеры с металлическим каркасом и по этой модели раскроить фанерные листы.

После этого в фанерных листах делают сетку отверстий — на них будут крепиться зацепы. Отверстия для сетки сверлят с шагом в 20 см: так на одном квадратном метре получается по 25 отверстий. Затем фанеру покрывают специальным составом — он делает ее шершавой и обеспечивает большую сцепляемость при лазании — и красят.

В последнюю очередь с задней части фанеры устанавливаются бульдоги — это забивные гайки, к которым болтом прикручивают зацеп.

Достать качественные бульдоги оказалось проблемой. Гайки, которые продают в России, некачественные: со временем они вылетают. Чтобы все исправить, зацеп надо ломать, болт спиливать болгаркой, вовсе вырывать с частью стены или полностью снимать стенд. Это время, работа двух человек и простой зала.

С этой проблемой Игорь столкнулся еще при реконструкции скалодрома «Игелс» в 2015 году. Тогда же обратился на завод в Китае — они производили нужные гайки на заказ. Наш герой знал, что товар долго доставляют, поэтому заранее заказал гайки для своего скалодрома. Требовалось 50 тысяч штук, но пришлось покупать в два раза больше — с меньшим объемом заводы не работают. В итоге на гайки потратили 350 тысяч рублей, а те, что не пригодились, продали вместе с зацепами.

Важно было, чтобы гайки привезли вовремя — до того, как смонтируют фанерные щиты. Одно дело забить 50 тысяч гаек и вкрутить в каждую по два самореза, другое — ползая вдоль стены на весу и со страховкой.

Шел третий месяц стройки, а гаек все не было. Игорь не знал, придут ли они вообще и какого будут качества. В итоге прождали девять месяцев: заказанную в декабре партию бульдогов доставили в августе. К тому моменту часть фанерных щитов уже собрали, поэтому 10 тысяч гаек из 50 все же пришлось прикручивать на весу.

Стены скалодрома росли, а впереди оставались нерешенные задачи. В помещении предстояло залить полы, провести телефон и интернет, отремонтировать внутренние помещения и полностью поменять коммуникации — электрику, канализацию, вентиляцию, отопление, водоснабжение и даже пожарную систему.

Сами бы с этим не справились, поэтому пришлось обращаться к подрядчикам. Так, проект по пожарной системе могут разрабатывать только аккредитованные фирмы.

Вместе со стенами на скалодроме росла и команда. К осени работало уже по 12—16 человек в день. Людей Игорь привлекал по необходимости в зависимости от задач, которые нужно выполнить. Периодически на стройке помогали волонтеры. Они делали работу, которая не требовала какой-то специализации, — вроде сбора и загрузки мусора
Вместе со стенами на скалодроме росла и команда. К осени работало уже по 12—16 человек в день. Людей Игорь привлекал по необходимости в зависимости от задач, которые нужно выполнить. Периодически на стройке помогали волонтеры. Они делали работу, которая не требовала какой-то специализации, — вроде сбора и загрузки мусора

«Подрядчики запили, и делать работу некому»

Стройку планировали закончить за пять месяцев и открыться к началу сезона — в октябре. Но процесс растянулся на девять месяцев. Команда работала по шесть-семь дней в неделю и справлялась с работой, а вот подрядчики подводили: срывали сроки, внезапно увольнялись и уходили в запой.

Сложнее всего пришлось с электрикой, так как подрядчики менялись дважды.

Игорь нашел компанию, которая согласилась разработать проект и поменять водоснабжение и электрику — проводку и щиты. За два месяца до дедлайна выяснилось, что разработку документации даже не начали — ответственный за проект просто динамил, а нового не назначили.

Новый инженер взялся за дело с энтузиазмом, но вскоре уволился — наш герой узнал об этом случайно во время очередной ссоры с руководителем компании. После этого Игорь разорвал контракт.

Следом нашел нового исполнителя, но он тоже не справился с работой: запил один раз, второй, а на третий Игорь его выгнал.

Из-за безответственности и некомпетентности подрядчиков ребята потеряли два месяца. Работу по электрике доделывал знакомый Игоря. Предприниматель связался с ним за неделю до открытия скалодрома: «Азамат, дорогой, у нас все пропали, запили, и доделывать работу некому. Возьми, пожалуйста, отпуск и помоги нам». И Азамат помог.

Еще на скалодроме едва не залили кривой пол. Игорь хотел сэкономить, поэтому нанял самую дешевую бригаду через знакомых. Он не знал, как проверить, насколько мастера компетентны, поэтому просто доверился их обещаниям. Но во время заливки стало очевидно, что рабочие — дилетанты, нарушают технологию и только все испортят. С бригадой попрощались и взяли дело в свои руки.

Из подручных средств предприниматели соорудили гладилки — специальный инструмент для заглаживания свежеуложенного бетона. С их помощью выровняли пол сами. На шлифовку ушло еще несколько дней, а от пыли избавлялись еще дольше. Несмотря на все старания, пол все равно получился кривым, но, к счастью, для клиентов это оказалось не так важно.

На фото те самые подрядчики заливают бетоном полПроект по освещению разработали знакомые из московского проектного бюро за 450 тысяч рублей. Освещение должно быть ярким и при этом не резать глаза, когда смотришь наверх. Лампы прикрепили к металлической основе и на веревках подняли к потолку. Чтобы их закрепить, позвали альпинистовИгорь переживал, что зимой из-за огромных окон в помещении будет холодно, поэтому в зале по колоннам развесили дополнительную систему отопления — вулканы. Это тепловентиляторы, которые равномерно распределяют теплый воздух по помещению. Они обошлись в 200 тысяч рублей

Сюрприз от канализации

За неделю до запуска произошло то, чего нельзя было предвидеть: засорился канализационный колодец. Игорь узнал об этом, когда уже опубликовал пост в соцсетях об открытии скалодрома.

Ребята заменили водопровод и канализацию внутри помещения, но не подумали об общих колодцах на всей территории МЧС. На помощь вызвались спасатели со старой схемой коммуникаций.

Предстояло найти и исследовать 30 колодцев, чтобы выяснить, в каком конкретно проблема. Морозы еще не ослабли, поэтому пришлось долбить лед. Как назло, проблемным оказался один из последних люков: пласт земли съехал и засорил трубу. Выход был один — рыть землю и прокладывать трубу, чтобы присоединиться к соседней ветке канализации. Спасатели вызвали технику, прорыли 10-метровую траншею, уложили трубы, закрыли землей и заасфальтировали. Игорь и команда за это не платили.

Одновременно с этим пришлось тянуть дополнительную трубу с горячей водой в мужскую раздевалку. Она находится над женской, на втором этаже. Если все женские души включены, вода до мужских не доходит. Узнали об этом, когда в раздевалках осталось только установить двери, занести лавочки, шкафчики и убрать пыль.

Вода поступала от теплоцентра в дальнем конце здания — это больше 150 метров с изгибами, поэтому на прокладке новой трубы и инженерных расчетах потеряли 160 тысяч рублей.

Как сделать безопасные маты и сэкономить

Маты нужны для зоны боулдеринга и трудности. В зоне боулдеринга падение на маты — часть лазания, а в трудности мат спасает от травм, если посетитель сорвется с высоты.

Маты должны повторять плоскость зон скалодрома миллиметр в миллиметр, поэтому ребята сами разработали и собрали модель. Один квадратный метр стоит 4—5 тысяч рублей. Команде Игоря предстояло покрыть матами 277 м² под трудностью и еще 400 м² — в боулдеринговой зоне. Получалось дорого, и ребята придумали, как сэкономить.

Обычно на боулдеринге в скалодромах на всю площадь укладывается поролон, а сверху натягивается покрышка — ПВХ ткань из нитей полиэстера и лавсана. Для больших залов такой способ не подходит: покрышку сложно натянуть, а если это все-таки удалось, она обязательно пойдет волнами.

Удобнее, когда маты сборные — из той же покрышки сшиваются чехлы, наполняются поролоном и укладываются на пол. Такие маты легко собирать и раскладывать, но они дороги в производстве.

Скалолазы сэкономили на дне чехла — покрышке. Сшили чехол с молнией по периметру: верхняя часть пристегивается, а вместо дна у чехла узкая полоска из покрышки, прикрепленная к полу. Внутри — поролон.

На маты для боулдеринга потратили 1,2 миллиона рублей.

Для матов в боулдере использовали толстый и более мягкий наполнительДля трудности сделали двухслойный наполнитель — сначала уложили вспененный полиэтилен, а потом поролон. Благодаря этому маты жесткие при ходьбе, но амортизируют при падении с большой высотыТак выглядят готовые маты на трудность. Их намеренно сделали не слишком высокими, чтобы клиенты не спотыкались во время страховки

Часть зацепов произвели сами, часть — закупили

Дальше зал предстояло заполнить зацепами. Для запуска скалодрома в 2150 м² хватит 18—23 тысячи. Но для комфорта в фонде скалодрома должно быть в три раза больше зацепок: чтобы крутить новые трассы, организовывать соревнования и использовать одни зацепы, пока другие моются.

Тут помогло и то, что у предпринимателя уже работало производство зацепов. Чтобы изготовить такое количество в срок, еще до начала стройки Игорь перестал принимать коммерческие заказы на зацепы. Девять месяцев стройки и еще полгода после открытия производство зацепов работало только на новый скалодром.

Собственные зацепы по себестоимости обошлись в пять миллионов рублей. Еще на 1,4 миллиона рублей купили зацепы других производителей — для разнообразия трасс.

Зацепы производят вручную из искусственного камня в разных формах, размерах и цветах. Сначала вытачивается форма зацепки из специальной пены с зернистой структурой — именно она придает зацепам микрорельеф. Шероховатая поверхность нужна для хорошей сцепляемости при хвате зацепа
Зацепы производят вручную из искусственного камня в разных формах, размерах и цветах. Сначала вытачивается форма зацепки из специальной пены с зернистой структурой — именно она придает зацепам микрорельеф. Шероховатая поверхность нужна для хорошей сцепляемости при хвате зацепа
После форма заливается силиконом, пену аккуратно выковыривают
После форма заливается силиконом, пену аккуратно выковыривают
Получившуюся силиконовую форму заливают искусственным камнем
Получившуюся силиконовую форму заливают искусственным камнем
После форма заливается силиконом, пену аккуратно выковыривают
После форма заливается силиконом, пену аккуратно выковыривают
Получившуюся силиконовую форму заливают искусственным камнем
Получившуюся силиконовую форму заливают искусственным камнем
Когда камень застывает, зацеп достают из формы, шлифуют и упаковывают в коробки
Когда камень застывает, зацеп достают из формы, шлифуют и упаковывают в коробки

Зацепы бывают размером от двух сантиметров до полутора метров. Цена на зацепы варьируется от 30 рублей до нескольких тысяч рублей за штуку.

Для удобства зацепы делят на мелкие, средние и крупные. Мелкие стоят дешевле всего — в среднем 100—150 рублей за штуку. Они хороши для спортсменов, но не подходят для новичков и детей. За них нельзя ухватиться всей кистью, поэтому они травмируют неподготовленные пальцы.

Средние должны занимать 60—80% скалодрома. Одна штука в среднем стоит 200—250 рублей.

Большие зацепы — самые интересные, но самые дорогие. Один зацеп в среднем стоит 400—500 рублей.

Для бюджетной накрутки можно рассчитывать на среднюю стоимость в 300 рублей за зацепку. Но, чтобы стенд выглядел красиво и лазать было интереснее, понадобятся дорогие зацепы — в среднем по тысяче рублей за штуку.

Кроме размера и цвета зацепы различаются по форме или типу хвата. Самые распространенные: карманы, полочки, щипки, ручки, пассивы, активы, дырки и мизера. От вида зацепа зависит то, как за него нужно хвататься
Кроме размера и цвета зацепы различаются по форме или типу хвата. Самые распространенные: карманы, полочки, щипки, ручки, пассивы, активы, дырки и мизера. От вида зацепа зависит то, как за него нужно хвататься

Кроме зацепов нужны рельефы — большие «зацепы» из стеклопластика и фанеры. Их крепят на широкие плоскости, чтобы разнообразить маршрут: рельефы создают объем и делают стенд для лазания более трехмерным. Они могут достигать 1,5—2 метров в длину и ширину.

Открытие скалодрома назначили на март, а трассы начали крутить в феврале. Месяц перед открытием — самый сложный. Чтобы закончить стройку к открытию, команда придумала, как работать еще больше. Они, как и раньше, работали шесть дней в неделю, а на седьмой якобы приходили отдохнуть и протестировать трассы. На деле это тоже была работа.

К открытию подготовили 50 трасс на трудность и 80 на боулдеринг. Постановщик трасс постоянно жаловался, что зацепов не хватает. Отгружали партию на 300 тысяч рублей, но уже на следующий день они терялись в масштабах скалодрома.

Стоимость одного рельефа — 5—8 тысяч рублей. Ребята сделали 360 фанерных рельефов сами
Стоимость одного рельефа — 5—8 тысяч рублей. Ребята сделали 360 фанерных рельефов сами
Скалодром наполнялся зацепами целый год. На открытие в фонде скалодрома было около 20 тысяч зацепов, сейчас — около 60 тысяч. Запасы постоянно пополняются, поэтому сложно назвать точное число
Скалодром наполнялся зацепами целый год. На открытие в фонде скалодрома было около 20 тысяч зацепов, сейчас — около 60 тысяч. Запасы постоянно пополняются, поэтому сложно назвать точное число

Скальные туфли доставили за два дня до открытия

Снаряжение для проката Игорь заказал заранее через розничные спортивные магазины. Они привозили часть товаров со складов, а недостающие экземпляры заказывали у производителя. Покупка снаряжения напрямую у производств в Европе обошлась бы дешевле, но тогда пришлось бы возиться с растаможкой. Плюс магазины предоставляли около 50% оптовой скидки.

Рассчитать, что именно и в каком количестве нужно, помог опыт управления скалодромом «Игелс».

От качестве снаряжения зависит безопасность, поэтому Игорь на нем не экономил: все снаряжение заказал с сертификатом Международной федерации альпинизма и Европейским сертификатом качества. На закупку потратил 2,99 млн рублей.

Так, миллион ушел на скальные туфли — специальную мягкую обувь для лазания с резиновой подошвой. Игорь заказал 320 пар: в прокате есть скальники как для самых маленьких посетителей от четырех лет, так и для взрослых с 47 размером ноги.

Обувь покупали через магазины «Ред Фокс» и «Трамонтана» в двух моделях за три и четыре тысячи рублей за пару. На складе необходимого количества не было, поэтому часть туфель пришлось отшивать на заказ в Чехии. На производстве очередь, поэтому заказ ждали полгода. Это заставило понервничать: скальники доставили только за несколько дней до открытия.

Карабины крепятся к страховочной веревке. Если посетитель сорвется, то благодаря карабину повиснет на веревке. Игорь заказал легкие алюминиевые карабины с автоматическим защелкиванием на 80 тысяч рублей. Их воровали, и они быстро стачивались о стену с рельефным покрытием. В итоге эти карабины заменили на недорогие стальные — они тяжелее, но не протираются.

Страховочные устройства гри-гри — специальные приспособления, которые при срыве автоматически зажимают веревку и не дают упасть. Игорь закупил 20 гри-гри по 6 тысяч рублей. За год работы на скалодроме украли два таких устройства.

Еще предприниматель приобрел две тысячи метров альпинистской динамической веревки за 150 тысяч рублей. Веревка — расходник, и ее нужно менять, поэтому еще три тысячи метров на 210 тысяч рублей докупили в течение первого года работы.

В отличие от обычной статической она удлиняется при нагрузке, как резинка, и гасит рывок при срыве. Правда, это растяжение глазами не увидеть. Веревку выдают посетителям бухтой по 70 метров, а еще 20 веревок по 35 метров висят стационарно в зале.

Скальные туфли нужно стирать, а когда стачивается подошва — менять. Раз в месяц Игорь отвозит в ремонт по 30 пар. После двух починок скальники приходится выкидывать
Скальные туфли нужно стирать, а когда стачивается подошва — менять. Раз в месяц Игорь отвозит в ремонт по 30 пар. После двух починок скальники приходится выкидывать
Так выглядят оттяжки для организации нижней страховки. Чтобы нижний карабин не болтался и не проворачивался, его фиксируют резинкой. Оказалось, оригинальную резинку-фиксатор сложно купить и она дорогая — 110 рублей за штуку, а для скалодрома нужно было купить таких тысячу
Так выглядят оттяжки для организации нижней страховки. Чтобы нижний карабин не болтался и не проворачивался, его фиксируют резинкой. Оказалось, оригинальную резинку-фиксатор сложно купить и она дорогая — 110 рублей за штуку, а для скалодрома нужно было купить таких тысячу
Ребята нашли замену дорогим фирменным фиксаторам — резиновые кольца по 3,3 рубля за штуку. Их производит российская компания «Рост-Техно»
Ребята нашли замену дорогим фирменным фиксаторам — резиновые кольца по 3,3 рубля за штуку. Их производит российская компания «Рост-Техно»
Так выглядят оттяжки для организации нижней страховки. Чтобы нижний карабин не болтался и не проворачивался, его фиксируют резинкой. Оказалось, оригинальную резинку-фиксатор сложно купить и она дорогая — 110 рублей за штуку, а для скалодрома нужно было купить таких тысячу
Так выглядят оттяжки для организации нижней страховки. Чтобы нижний карабин не болтался и не проворачивался, его фиксируют резинкой. Оказалось, оригинальную резинку-фиксатор сложно купить и она дорогая — 110 рублей за штуку, а для скалодрома нужно было купить таких тысячу
Ребята нашли замену дорогим фирменным фиксаторам — резиновые кольца по 3,3 рубля за штуку. Их производит российская компания «Рост-Техно»
Ребята нашли замену дорогим фирменным фиксаторам — резиновые кольца по 3,3 рубля за штуку. Их производит российская компания «Рост-Техно»
Мешочек для магнезии крепится вокруг пояса, и в него свободно помещается рука до запястья. В прокат для скалодрома купили 20 мешочков на 10 тысяч рублей
Мешочек для магнезии крепится вокруг пояса, и в него свободно помещается рука до запястья. В прокат для скалодрома купили 20 мешочков на 10 тысяч рублей

Выбрать веревку — полдела. Важнее следить за ее износом. Для этого инструкторы ежедневно проверяют ее на потертости. Прежде чем выбрасывать, веревку режут на мелкие куски, сломанные карабины разбивают молотком. Такой способ утилизации необходим, чтобы никто случайно или намеренно не использовал выбракованное снаряжение.

Страховочные беседки, или обвязки, принимают на себя силу рывка при срыве: скалолаз надевает обвязку, а уже к ней крепится страховочная веревка. Для взрослых купили нижние обвязки — они фиксируются на поясе. Для детей — полные с дополнительной фиксацией на груди и плечах.

Еще потребовались:

  1. Порошковая магнезия — белый порошок, которым скалолазы подсушивают руки, чтобы увеличивать надежность хвата, и мешочки для нее.
  2. Шлямбура — крюки на стенах, в которые вщелкнуты оттяжки.
  3. Оттяжки — это карабины, в которые вщелкивают веревку при лазании с нижней страховкой.
  4. Автостраховка — устройство, которое выполняет роль страхующего. Оно автоматически выбирает стропу во время лазания, а при спуске или срыве медленно спускает лезущего.

Расходы на снаряжение — 2 990 000 Р

Скальные туфли, 320 шт 1 000 000 Р
Оттяжки, 1200 шт 720 000 Р
Веревка на первый год работы, 5000 м 360 000 Р
Автостраховки 320 000 Р
Страховочные пояса 210 000 Р
Страховочные устройства гри-гри, 20 шт 120 000 Р
Магнезия в прокат и на продажу 100 000 Р
Карабины, 240 шт 80 000 Р
Шлямбура, 1400 шт 70 000 Р
Мешочки для магнезии, 20 шт 10 000 Р
Скальные туфли, 320 шт
1 000 000 Р
Оттяжки, 1200 шт
720 000 Р
Веревка на первый год работы, 5000 м
360 000 Р
Автостраховки
320 000 Р
Страховочные пояса
210 000 Р
Страховочные устройства гри-гри, 20 шт
120 000 Р
Магнезия в прокат и на продажу
100 000 Р
Карабины, 240 шт
80 000 Р
Шлямбура, 1400 шт
70 000 Р
Мешочки для магнезии, 20 шт
10 000 Р

Где взять 30 миллионов

На строительство скалодрома Игорь потратил около 28,3 миллиона рублей. Наш герой рассчитывал уложиться в 25 миллионов рублей, но на руках необходимой суммы не было.

Деньги искал по мере необходимости. Треть суммы составили собственные сбережения и деньги, вырученные за продажу квартиры и машины. Еще треть взял в долг у семьи, часть — у друзей и дальних знакомых.

Средств все время не хватало: Игорь сидел на гречке и воде, поставщиков уговаривал отгрузить товар в рассрочку, а команда работала на стройке за обещание «после запуска заплачу». Последний долг за работу на стройке Игорь вернул только в марте 2019 года.

Зато получилось сэкономить на зацепах: их отливали в собственной мастерской и отгружали на скалодром по себестоимости. По оценкам Игоря, рыночная стоимость строительства такого же скалодрома без собственного производства зацепов и поддержки друзей-скалолазов — 60—70 миллионов рублей.

Расходы на строительство скалодрома в 2017 году — 28 377 000 Р

Аренда 2000 м² в период стройки 5 927 000 Р
Металлические конструкции 5 500 000 Р
Собственные зацепы по себестоимости 5 000 000 Р
Общестроительные траты за девять месяцев 4 000 000 Р
Зацепы на заказ 1 400 000 Р
Фанера 1 300 000 Р
Маты 1 200 000 Р
Проект и дизайн скалодрома 600 000 Р
Проект по пожарной безопасности 600 000 Р
Электрика 550 000 Р
Освещение 450 000 Р
Заливка пола 400 000 Р
Канализация 400 000 Р
Забивные гайки 350 000 Р
Вентиляция 300 000 Р
Водоснабжение 200 000 Р
Отопление 200 000 Р
Аренда 2000 м² в период стройки
5 927 000 Р
Металлические конструкции
5 500 000 Р
Собственные зацепы по себестоимости
5 000 000 Р
Общестроительные траты за девять месяцев
4 000 000 Р
Зацепы на заказ
1 400 000 Р
Фанера
1 300 000 Р
Маты
1 200 000 Р
Проект и дизайн скалодрома
600 000 Р
Проект по пожарной безопасности
600 000 Р
Электрика
550 000 Р
Освещение
450 000 Р
Заливка пола
400 000 Р
Канализация
400 000 Р
Забивные гайки
350 000 Р
Вентиляция
300 000 Р
Водоснабжение
200 000 Р
Отопление
200 000 Р

Запуск

Сезон начинается в сентябре. Игорь надеялся открыться в октябре, но в это время ребята еще ремонтировали помещение. Тогда он перенес старт на декабрь, а потом — на март.

Еще с начала ремонта Игорь завел страницы в Инстаграме, во Вконтакте и сверстал сайт в конструкторе Тильда. В соцсетях и в блоге на сайте рассказывал, как продвигается стройка, и публиковал фото и репортажи с нее.

Тогда же у скалодрома появилось название — «Северная стена». При выборе исходили из того, что скалодром самый большой на севере страны.

Вместо логотипа первые полгода была просто надпись «Северная стена», а под ней — белые ходоки из «Игры престолов» с надписью «Открытие близко».

За логотипом и айдентикой Игорь обратился в студию Артемия Лебедева: для бедных и маленьких проектов у них за 100 тысяч разрабатывают «экспресс-дизайн». Но в студии сочли скалодром крупным проектом и отказали. Тогда Игорь пришел к партнерам студии — те придумали лого и айдентику за 200 тысяч.

Для предпродажи Игорь распечатал абонементы с логотипом «Северной стены» и сердечком. Потом с этими абонементами в руках сфотографировал всю команду на фоне стройки и опубликовал посты в соцсетях с просьбой поддержать проект. Трогательные посты сработали: всю последующую неделю Игорь отвечал на вопросы, как купить абонемент, и принимал деньги
Для предпродажи Игорь распечатал абонементы с логотипом «Северной стены» и сердечком. Потом с этими абонементами в руках сфотографировал всю команду на фоне стройки и опубликовал посты в соцсетях с просьбой поддержать проект. Трогательные посты сработали: всю последующую неделю Игорь отвечал на вопросы, как купить абонемент, и принимал деньги

К концу стройки Игорь запустил предпродажу билетов с 25% скидкой. На предпродаже заработали 1,6 миллиона рублей. На эти деньги Игорь выплатил зарплаты, оплатил аренду и закупил шкафчики в раздевалки.

Открылись второго марта 2017 года. В честь запуска устроили трехдневный фестиваль на трудность и боулдер. В качестве приветственного напитка приготовили компот, пригласили трех знакомых фотографов и арендовали колонки — посетители лазали под джаз.

Эти турники в зону разминки ребята варили и устанавливали ночью перед открытием. Еще в последний момент вешали баннеры и собирали ресепшен. Домой ушли только к пяти утра. Фото: Юлия ЛеоноваПеред открытием трассы закончили ставить в шесть утра. Победителям фестиваля дарили абонементы, а набравшему максимальное число баллов за прохождение трасс — десять тысяч рублей наличными. В первые два дня скалодром посетили 317 человек, за первую неделю — 882. Фото: Сергей КомлевИгорь (в центре) с командой празднуют у ресепшена открытие скалодрома и аплодируют победителям фестиваля. Когда все посетители разошлись, ребята оторвались за все девять месяцев стройки: танцевали на барной стойке и катались по скалодрому на мотоцикле. Фото: Юлия Леонова

В марте скалодром посетили 4139 человек. Большая часть клиентов пришли по абонементам, купленным на предпродаже. Но операционные расходы в первый месяц все равно были выше, и скалодром сработал в минус 843 тысячи рублей.

В апреле клиентов и выручки собрали примерно столько же, зато минус по прибыли стал меньше — 617 тысяч. С июня по август выручка держалась на уровне 1,5 миллиона, а прибыль наконец-то вышла из минусов. В июне заработали 163 тысячи рублей, в июле — 123, в августе — 233.

Несмотря на положительную динамику, с мая по сентябрь скалодром существовал в условиях жуткой нехватки денег. Первая причина — естественный летний спад. Клиенты разъехались по отпускам и живым скалам. Вторая — кредиторы по мелким займам устали ждать и массово требовали вернуть долги.

При этом прибыли не хватало даже на аренду. Чтобы остаться на плаву, Игорь задерживал зарплаты, просил отсрочки на бесконечный вопрос «когда вернешь деньги?» и устраивал распродажи зацепов и летних абонементов на скалодром.

Одновременно с этим скалодром умудрялись обустраивать: насыщали трассы зацепами, шили маты на трудность, обустраивали склады, моечную для зацепов и общую зону отдыха со столами и стульями. Новые входные двери удалось поставить только в январе 2019 года.

Команда

На скалодроме работают пять инструкторов, пять администраторов, а также семь приглашенных тренеров и постановщик трасс с двумя помощниками. В штат оформлено восемь сотрудников, а остальные работают по договору подряда.

Инструкторы следят за соблюдением техники безопасности, помогают посетителям разобраться со снаряжением и отвечают за порядок в помещении и исправность снаряжения. Когда нет клиентов, выполняют разные хозяйственные задачи: скручивают и меняют веревки, снимают и моют зацепы, убираются на складе.

У инструкторов стандартный восьмичасовой рабочий день и сдельная зарплата — 175 рублей в час.

Тренеры — сотрудники, которые на групповых и индивидуальных занятиях учат клиентов лазать. Они не привязаны к скалодрому и работают по расписанию: приходят только на свои занятия. Гонорар тренера зависит от числа клиентов: 300 рублей получают за одну групповую тренировку, 1000 — за индивидуальную.

За встречу гостей, выдачу снаряжения, ключей от шкафчиков в раздевалке, варку кофе, продажу спорттоваров и оплату входных билетов и абонементов отвечают администраторы. Их пятеро, и они работают посменно: утром за ресепшеном стоит одна девушка, вечером — две. Получают 175 рублей в час.

Администраторов на скалодроме прозвали ласково — «хозяюшки». Они знают всех гостей и встречают их по именам и с улыбкой. Клиенты их так полюбили, что в праздники заваливают подарками. После восьмого марта шоколад в течение нескольких дней помогал доедать весь мужской коллектив. Фото: Сергей Комлев
Администраторов на скалодроме прозвали ласково — «хозяюшки». Они знают всех гостей и встречают их по именам и с улыбкой. Клиенты их так полюбили, что в праздники заваливают подарками. После восьмого марта шоколад в течение нескольких дней помогал доедать весь мужской коллектив. Фото: Сергей Комлев

У Игоря и двух его помощников нет определенных обязанностей. Они делают все по мере необходимости: сегодня договариваются о поставках снаряжения, а завтра чинят бачки в туалетах. Когда выдается свободная минута, Игорь любит готовить клиентам кофе.

У предпринимателя фиксированная зарплата — 17,4 тысячи рублей после вычета налогов. Он сам ведет бухгалтерию, но за документацию по налогам отвечает бухгалтер на аутсорсе.

Часть сотрудников Игорь привлек со скалодрома «Игелс», остальные — из скалолазного коммьюнити. Чтобы команда работала слаженно, Игорь написал конституцию скалодрома — в ней прописаны внутренние правила. Главным Игорь считает последний пункт: «Мы не работаем с мудаками».

Согласно конституции все сотрудники после работы или в выходные могут бесплатно заниматься на скалодроме. Но есть правило: если увидел, что клиент в опасности, — помоги. Главное — забота о гостях.

Для тренеров и инструкторов проводят семинары по «железу» и страховке. Это необходимо, чтобы все сотрудники давали единые ответы на вопросы посетителей.

У инструкторов есть форма — черные футболки с логотипом скалодрома. Форма помогает быстро отыскать инструктора среди посетителей
У инструкторов есть форма — черные футболки с логотипом скалодрома. Форма помогает быстро отыскать инструктора среди посетителей
Все тренеры — спортсмены. Но они должны уметь не только учить, но и общаться с людьми. Поэтому при подборе Игорь смотрел не только на спортивные достижения и навыки, но и на коммуникабельность
Все тренеры — спортсмены. Но они должны уметь не только учить, но и общаться с людьми. Поэтому при подборе Игорь смотрел не только на спортивные достижения и навыки, но и на коммуникабельность

Тонкости постановки трасс

Трассы на скалодроме — это не произвольное нагромождение зацепов, а тщательно рассчитанные, откатегорированные по сложности и проверенные на безопасность маршруты. За их разработку отвечают постановщики трасс, или рут-сеттеры.

Трассы постоянно обновляют. Чтобы легче ориентироваться в них, постановщики ведут таблицу. В ней трассы размечены по зонам, цветам, категориям сложности и дате накрутки. Таблица помогает равномерно распределять трассы по стене и отслеживать, что и когда следует обновить.

Так, трассы на трудности полностью обновляются каждые два месяца, на боулдеринге — каждую неделю. Трасса на скорость устанавливается только раз строго по правилам Международной федерации спортивного скалолазания и не может меняться. В правилах все прописано: высота, ширина и наклон стены, форма и расположение зацепов и страховки.

За разработку и накрутку одной трассы на трудность постановщик получает 800—1600 рублей, одной трассы на боулдеринг — 200—300 рублей. Дороже всего обходятся финальные трассы для соревнований из-за большой ответственности, кучи перестановок и работы в ночь. За одну финальную трассу рут-сеттер получает 2000 рублей.

Прежде чем открыть новый маршрут, его тестируют сами постановщики, тренеры и инструкторы. Смотрят, насколько трасса интересна, разнообразна по движениям и безопасна.

Чтобы посетителям было легко ориентироваться на скалодроме, составлять программы тренировок и следить за своим прогрессом, у трасс есть разметка — цветовая и по категориям сложности.

Для цветовой разметки постановщик выбирает зацепки одного и того же оттенка, но отличающегося от цвета зацепок соседних маршрутов.

Для деления маршрутов по сложности используют французскую систему категорирования. Все трассы оцениваются от 5 до 9 по числовой шкале сложности и от «а» до «с» — по буквенной. Чем сложнее маршрут, тем выше цифра и буква: 5а — самая легкая трасса, а 9с — самая сложная.

Визуально непросто отличить, какой категории трасса, поэтому их маркируют. Под самым нижним зацепом крепят бирку с указанием даты постановки маршрута, его названием, категорией сложности и автором.

Это костяк постановщиков трасс — Света Хвалева, Алексей Петько и Леша Оруджев. Кроме них есть еще приглашенные звезды. За время работы скалодрома они накрутили 1559 трасс на боулдере и 387 трасс на трудность. А это по 4,5 трассы в деньПри накрутке трасс главный рут-сеттер Алексей столкнулся с проблемой: иногда, чтобы накрутить задуманный маршрут, приходилось закрывать часть зацепки другой зацепкой. В итоге постановщик вечер просидел с блокнотом и придумал новый комплект зацепов — они стыкуются между собой и позволяют открыть именно столько места для хвата, сколько хочется рут-сеттеруАлексей ставит новую трассу на потолке из зацепов в форме сталактитовЗацепы нужно отмывать от магнезии, частичек кожи от пальцев и резины от скальников. Обычно этим занимаются по ночам в клиентских душевых, но ребята заморочились и собрали моечную. Сварили из нержавейки длинную ванну-стол — в ней можно мыть и маленькие зацепы, и рельефы 1,5 на 1,5 метра, над ней повесили вытяжку для мелкой водяной пыли, установили насос с давлением 150 баров и пистолет. Зацепы быстро обмывают струей под давлением — так они не выцветают, как при замачивании. На фото зацепы помогает мыть четырехкратный чемпион России по скалолазанию Дмитрий Факирьянов

Клиенты

Самые активные клиенты скалодрома — молодые люди 25—30 лет. Еще приходят дети и подростки.

Скалодром работает каждый день с восьми утра до 23:30 вечера, одновременно с комфортом могут заниматься 350 человек. В будни час пик с семи вечера и до закрытия — одновременно тренируются по 100—150 человек. В выходные пик посещаемости с десяти утра до 16:00 — одновременно занимаются 200—250 скалолазов.

На этот график посещаемости Игорь ориентировался при составлении цен на услуги: пустое время нужно было заполнить, часы пик — разгрузить.

С восьми до десяти утра — самое непопулярное время среди разовых клиентов, поэтому стоимость на посещения скалодрома в эти часы самая низкая — 250 рублей. При этом администраторы лояльны: открывают клуб на полчаса раньше, чтобы никто никогда не стоял перед дверью, дожидаясь открытия. Пришел в 7:50 — велком, иди занимайся. Закрываются тоже позже обозначенных 23:30 — оставляют клиентам право задерживать персонал.

По этому же принципу, чтобы с 16:00 до 23:30 вечера разгрузить скалодром, назначили цену в два раза больше утренней — 500 рублей. Днем же установили среднюю по рынку стоимость — 400 рублей в час.

Для льготников — школьников, студентов и членов федераций альпинизма — в обеденное и вечернее время вход стоит дешевле на 50 рублей — 350 и 450 рублей.

Скалодрому выгоднее работать с постоянными клиентами и продавать больше абонементов. Чтобы привлечь и мотивировать людей на постоянные занятия, Игорь сделал абонементы дешевыми, а разовые посещениями дорогими.

В прайс добавил абонементы двух типов: на фиксированное число посещений — 10 за 3900 рублей или 25 за 9200 рублей. И абонемент на срок — месяц, три и полгода.

Абонементы на посещения Игорь сделал несгораемыми. Это позволило привлечь аудиторию, которая ходит в другие залы. Они могут одновременно заниматься в старом любимом клубе и на «Северной стене», но при этом не переплачивать за разовые посещения.

Абонементы на месяц за 3600 рублей выгодны, если ходить в клуб больше восьми раз в месяц, трехмесячные за 8900 рублей — если чаще шести раз, полугодовые за 14,9 тысячи рублей — если чаще пяти раз. Такие условия привели на скалодром увлеченных скалолазов: они получили дешевые тренировки, а клуб — активных клиентов.

Для тех, кто хочет заниматься с тренером, групповые тренировки покупать выгоднее: 10 занятий стоят 6,9 тысячи рублей, 25—16,7 тысячи рублей. В детской и подростковой секции 10 тренировок стоят 6,4 тысячи рублей, 25—15,7 тысячи рублей.

Детскую секцию придумала, запустила и возглавила мастер спорта по скалолазанию Валя Головина. Она в команде с первого дня стройки — Игорь переманил Валю, когда она работала тренером в «Игелсе»С помощью такого упражнения в детской секции развивают координацию и баланс. Фото: Анна КалининаНесколько раз в сезон для детей проводят соревнования с учениками из других клубов и секций. Еще приглашают тренеров по паркуру, циркачей и гимнастов. Такие занятия помогают им осваивать новые движения на стене

Сейчас проходимость взрослой секции — 700 человек в месяц, в подростковой — 70, в детской — 250. Сколько всего людей занимаются в секциях, не считают: кто-то ходит раз в месяц, кто-то пять дней в неделю. По приходам, а не числу участников секции удобно следить за эффективностью тренеров.

На тренировках и дети, и взрослые учатся трем направлениям скалолазания: лазают с веревкой на трудности, по коротким трассам над матами на боулдеринге и на скорость.

Занятия устроены по одному принципу: разминка, легкое лазание, сложное лазание, легкое лазание, заминка. Отличаются задачи тренеров.

Во взрослой секции тренер должен не только обучать, но и способствовать прогрессу в спорте. Если ученик сомневается, лезть на трассу или нет, его мотивируют заниматься на грани возможного. Для этого в процессе лазания тренер исправляет ошибки в технике, раскладывает движения на трассе и дает тактические советы.

У детской секции есть свое название — «Царек горы». В нее принимают детей с 4 до 14 лет. Те, что старше, занимаются в подростковой секции.

Детскую группу делят на подгруппы по уровню подготовки, а не по возрасту — это главный принцип проведения тренировок. Когда четырехлетние малыши занимаются со взрослыми ребятами, они быстрее взрослеют, а взрослые берут ответственность за малышей.

Новички только знакомятся со спортом: развивают силу, координацию, баланс, гибкость, скорость и преодолевают страх высоты.

На занятиях в начальной группе учатся техническим приемам, страховке, работе с партнером, изучают снаряжение и узлы, лазают по категорированным трассам.

В про-группу переходят после сдачи нормативов по общей физической подготовке. Ученики этой группы занимаются по углубленной программе, участвуют в соревнованиях и выезжают тренироваться на скалы. Еще им разрешают самостоятельно страховать друг друга и лазать трассы, обозначенные тренером.

Чтобы успеть усмотреть за всеми, один тренер может проводить одновременно занятие не больше чем для 4—6 детей.

Сборные команды по скалолазанию, ученики спортивных школ и члены альпклубов занимаются по договору. Для них заранее составляют расписание. Как правило, выбирают менее загруженные дни — с понедельника по среду. На фото — тренировка молодежной сборной Красноярского края
Сборные команды по скалолазанию, ученики спортивных школ и члены альпклубов занимаются по договору. Для них заранее составляют расписание. Как правило, выбирают менее загруженные дни — с понедельника по среду. На фото — тренировка молодежной сборной Красноярского края
Как-то на скалодром пришел целый поисково-спасательный отряд МЧС. Команда смотрела, как спасатели умеют обращаться со снаряжением, веревками и эвакуируют пострадавшего. Вердикт: мужики надежные и очень близки по духу альпинистам и скалолазам. Фото: Юлия Леонова
Как-то на скалодром пришел целый поисково-спасательный отряд МЧС. Команда смотрела, как спасатели умеют обращаться со снаряжением, веревками и эвакуируют пострадавшего. Вердикт: мужики надежные и очень близки по духу альпинистам и скалолазам. Фото: Юлия Леонова

При покупке вводных занятий и индивидуальных с тренером необходимое снаряжение выдают бесплатно. Для посетителей групповых занятий все снаряжение, кроме скальников и магнезии. Для тех, кто просто покупает абонемент на вход, это стоит денег. Аренда комплекта всего необходимого обойдется в 350 рублей.

Разовые посещения приносят 30% выручки. На абонементы на занятия с тренером приходится 20%, без тренера — 15%. По 10% выручки приносит детская секция и бар — продажа кофе и снеков. Выручка с клиентов по договору — спортшкол, альпклубов и тренировок сборных — 5%. Столько же — от проката снаряжения и продажи спорттоваров на ресепшене.

Безопасность

Однажды посетительница сорвалась при вщелкивании оттяжки с веревкой в руке. Веревка обернулась вокруг пальцев. Девушка не упала на пол, но у нее оторвалась кость основной фаланги большого пальца и оказался перелом среднего пальца. Скалолазка и скалодром не нарушили правил безопасности, поэтому эта травма — нелепая случайность.

Со скалодрома посетительницу увезли на скорой помощи, вставили спицу и загипсовали руку. Все закончилось благополучно: через полтора месяца девушка возобновила занятия — с одной свободной рукой, пока другая находилась в гипсе.

Часть зала с высоким скалодромом, где сорвалась клиентка, — самая опасная. За ней всегда закреплен инструктор: он наблюдает за соблюдением техники безопасности, а в случае нарушений — дополнительно страхует клиентов.

Иногда приходится иметь дело со сложной публикой. Чаще всего это не новички, а умудренные опытом: они пренебрегают правильной техникой страховки. Новичку делают замечание при неправильной страховке — он тут же исправляется. Если заслуженному мастеру — игнорирует, обижается или реагирует агрессивно.

У инструкторов не всегда получается найти к ним подход. С особо упертыми и агрессивными клиентами Игорь разговаривает сам. Подходит и прямо говорит: «Если не начнете соблюдать правила, то мы выгоним со скалодрома и больше не пустим». Как правило, это работает.

Боулдеринг тоже травмоопасная зона: трассы короткие, но сложные и требуют подготовки. Раз в пару месяцев клиенты подворачивают лодыжки и получают растяжения после неудачных падений на боулдере.

На случай мелких травм на скалодроме хранят аптечку. При ссадинах обеззараживают и выдают пластырь, при ушибах и растяжениях — прикладывают охлаждающий пакет, чтобы не было отека. Если травма серьезная, вызывают скорую.

Новичков пускают на стену только с инструктором. Такое вводное занятие в группе стоит 800 рублей, индивидуальное — 1700 рублей. На занятии клиентам рассказывают, как все устроено на скалодроме и какие есть правила безопасности.

Такое соглашение подписывает каждый посетитель. Он соглашается, что «сам несет ответственность за свое здоровье и жизнь, понимая, что занятия скалолазанием потенциально опасны». Если посетитель сорвется со стены из-за нарушения техники безопасности, то вся ответственность будет на нем. Вместо посетителей младше 18 лет соглашение подписывают родители. Те, кто младше 16 лет, могут находиться на скалодроме только в сопровождении совершеннолетнего
Такое соглашение подписывает каждый посетитель. Он соглашается, что «сам несет ответственность за свое здоровье и жизнь, понимая, что занятия скалолазанием потенциально опасны». Если посетитель сорвется со стены из-за нарушения техники безопасности, то вся ответственность будет на нем. Вместо посетителей младше 18 лет соглашение подписывают родители. Те, кто младше 16 лет, могут находиться на скалодроме только в сопровождении совершеннолетнего
Кроме соглашения используют рекомендации по организации страховки от производителя скалолазного снаряжения. В нем все правила показаны в картинках и схемах, поэтому даже новичкам легко разобраться. Буклеты распечатали и хранят на скалодроме в нескольких экземплярах
Кроме соглашения используют рекомендации по организации страховки от производителя скалолазного снаряжения. В нем все правила показаны в картинках и схемах, поэтому даже новичкам легко разобраться. Буклеты распечатали и хранят на скалодроме в нескольких экземплярах

Результаты и планы

Сейчас средняя проходимость скалодрома в месяц — 5000 человек. Примерно пять из десяти человек, попав на скалодром один раз, остаются.

Для привлечения новых клиентов закупают контекстную рекламу в Гугле и Яндексе. В скалолазании развито коммьюнити, поэтому хорошо работает и сарафанное радио.

На имидж скалодрома работают соревнования. В прошлом году Игорь с командой провели «Кубок Северной стены». К трехдневным соревнованиям готовились четыре месяца: искали спонсоров, разрабатывали трассы, печатали футболки и делали медали, продумывали положение соревнований.

Финальные трассы показывать нельзя, поэтому их крутили и тестировали ночами за неделю до стартов и завешивали цветными полотнами. Вся команда не спала, а один из постановщиков трасс улетел с лестницы, прикручивая последние зацепки в метре от земли, и повредил руку. Фото: Леонид ЖуковНа фото участники независимо друг от друга лезут разные трассы на фестивальной части соревнований. Фестиваль — этап соревнований, когда можно лезть все что угодно, без судей и самостоятельно записывать результаты. Фото: Леонид ЖуковНа организацию соревнований потратили 245 тысяч рублей и еще 500 потеряли из-за простоя скалодрома. В цифрах и новых клиентах пользу от соревнований не считали. Фото: Леонид ЖуковЕще проводят открытые лекции с титулованными спортсменами-скалолазами. На фото — встреча с Дмитрием Факирьяновым — четырежды чемпионом России в трудности и дважды чемпионом мира среди юниоров. Фото: Леонид ЖуковПервое время для привлечения клиентов проводили веревка-пати — бесплатные занятия по страховке для начинающих. На них угощали компотом. Фото: Юлия Леонова

Спрос на скалолазание сильно зависит от сезона и погоды: с октября по апрель — высокий сезон, а с мая по сентябрь люди в отпусках или тренируются на живых скалах. Самый лучший месяц — март. В этом году на него пришлась максимальная посещаемость — 6,8 тысячи человек. Выручили почти 3,5 миллиона рублей, прибыль — 888 тысяч рублей.

Средняя ежемесячная прибыль в 2019 году — 700 тысяч рублей. Она уходит на доработку скалодрома.

Вложения в строительство скалодрома Игорь планирует окупить в течение пяти лет, если считать со дня открытия. Предприниматель планирует продать свою долю в скалодроме «Игелс» и вырученными деньгами закрыть долги.

Что касается производства зацепов, еще в 2018 Игорь с партнером рассорились из-за денег. Производство Игорь с женой взяли на себя и ведут его до сих пор. Пока бизнес не приносит прибыли, но благодаря ему при строительстве собственного скалодрома удалось сэкономить пять миллионов на зацепах.

Цель на 2019 год — вывести производство зацепов и рельефов в плюс.

Средние операционные расходы в месяц, 2019 год — 2 510 700 Р

Зарплата и налоги (УСН «Доходы» — 6%) 1 000 000 Р
Аренда 2000 м² 592 700 Р
Докупка зацепок 200 000 Р
На развитие скалодрома 200 000 Р
Спорттовары на продажу 167 000 Р
Продукты для бара 163 000 Р
Маркетинг 60 000 Р
Канцелярия и бытовая химия 42 000 Р
Банковские расходы 40 000 Р
Телефон и интернет 26 000 Р
Транспортные компании 20 000 Р
Зарплата и налоги (УСН «Доходы» — 6%)
1 000 000 Р
Аренда 2000 м²
592 700 Р
Докупка зацепок
200 000 Р
На развитие скалодрома
200 000 Р
Спорттовары на продажу
167 000 Р
Продукты для бара
163 000 Р
Маркетинг
60 000 Р
Канцелярия и бытовая химия
42 000 Р
Банковские расходы
40 000 Р
Телефон и интернет
26 000 Р
Транспортные компании
20 000 Р

Средняя прибыль в месяц — 700 000 Р

Мы ищем людей, которые запускали свой бизнес, но по разным причинам его закрыли. Если вы хотите поработать над ошибками и рассказать свою историю — заполняйте анкету.