FIRE в России: как я пытаюсь выйти на раннюю пенсию и не сойти с ума
Инвестразборы
13K
Фотография — Viktor Kochetkov / Shutterstock

FIRE в России: как я пытаюсь выйти на раннюю пенсию и не сойти с ума

И как диверсифицировать портфель, если недоступны иностранные акции

135

В 2020 году я написал статью про FIRE — движение людей, которые стремятся выйти на раннюю пенсию. Для этого они откладывают минимум половину своей зарплаты и инвестируют деньги в фондовый рынок.

С момента выхода той статьи многое изменилось: например, россиянам стало сложнее вкладываться в иностранные ценные бумаги. Да и курс доллара успел «погулять» в диапазоне от 50 до 100 с лишним рублей.

Изменились и мои взгляды на жизнь: когда я откладывал значительную часть зарплаты, то чуть не сошел с ума из-за радикальной экономии. А еще трагически умер мой лучший друг и ровесник. Это заставило меня пересмотреть взгляд на то, что «сейчас надо потерпеть, а поживем на пенсии».

Тем не менее я все еще придерживаюсь принципов FIRE и даже откладываю больше, чем раньше. Расскажу, как изменилась моя стратегия из-за санкций и личных трагедий. Но сначала напомню, почему я вообще стремлюсь к ранней пенсии.

Как я узнал про FIRE и почему решил вступить

Я родился в 1994 году. Накопления родителей сгорели во время кризиса 1998 года. Мама любит вспоминать, как продала гараж, добавила декретные деньги и положила их на вклад до моего совершеннолетия. Было это незадолго до того, как Ельцин «твердо и четко» пообещал, что дефолта не будет. А он взял и случился. В итоге, когда мне исполнилось 18, я снял 2 тысячи рублей — во столько превратился гараж в центре Москвы и три маминых зарплаты.

Я видел, с каким трудом родители восстанавливались после кризиса. Отца я практически не видел: он был моряком и почти весь год проводил в рейсах. Сам я работать начал в 14 лет — раздавал объявления. Как только исполнилось 18, устроился на кассу в ресторан быстрого питания, а еще по ночам разгружал фуры для концертов.

Зарабатывал я мало, а работал много. Из-за этого цены мерил не деньгами, а часами жизни. Обед в ресторане — 3 часа жизни, поездка на метро — 15 минут, новый смартфон — 9 недель. Тратить лишние деньги не хотелось: было жалко время, которое я потратил на крики «свободная касса» и разгрузку фур. Это сводило с ума.

В то же время я слышал истории про инвесторов, которые торгуют на бирже и делают деньги из воздуха. Я погрузился с головой в чтение книг и статей по торговле акциями и валютой. Стало понятно, что историй про трейдеров, которые зарабатывают миллионы в день, гораздо меньше, чем историй про трейдеров-неудачников.

После этого я и наткнулся на истории про активистов FIRE, которые бросали работу и выходили из «крысиных бегов». Правда, чтобы выйти на пенсию в 35, им приходилось 15 лет пахать и откладывать почти всю зарплату на брокерский счет. Мне было 20 лет, тратил я тогда мало, а тридцатипятилетие казалось чем-то далеким. Поэтому решил: буду копить, а вот исполнится мне 35 — тогда и заживу.

Как я накопил первый миллион — и потратил его

К 25 годам мне удалось накопить миллион рублей. Не буду лукавить, несколько сотен тысяч мне подарила мама, но остальное я накопил сам: откладывал с зарплаты, ходил на подработки и удачно инвестировал. Большую часть денег я заработал на акциях Amazon: верил в их облачный сервис, поэтому купил бумаги по тысяче долларов, а продал по две.

Параллельно я баловался с не самыми консервативными инструментами. Например, оформил на себя инвестиционную страховку жизни: если бы со мной что-то случилось, родственники получили бы страховую прибыль. А если год я прожил без приключений, получал уплаченные за страховку деньги и то, что удалось наторговать управляющей компании.

Тогда мне это казалось хорошим инструментом: убытки по страховке ограниченные, я не мог получить меньше чем 90% вложенных денег. Еще я сам мог выбирать, куда проинвестировали бы мои деньги: в биофарму, ИТ или еще что-то. Я выбрал ИТ, так как сам тогда работал в этой сфере. Не помню, сколько удалось заработать за год, но комиссия управляющей компании съела часть прибыли. На ОФЗ я заработал бы больше, поэтому дальше решил инвестировать сам, без посредников.

Мне казалось, что мой миллион будет со мной всегда. Крупная сумма заначки грела душу, я чувствовал себя в финансовой безопасности. Отчасти именно эти деньги помогли мне решиться уйти из ИТ и встать на дорогу редактуры, которая в итоге привела меня в Тинькофф Журнал.

Но к 25 годам мое зрение сильно ухудшилось, а в очках было ходить невыносимо: от малейшей пылинки на стекле у меня начиналась мигрень. Лазерную коррекцию я сделать не мог из-за особенностей строения глаза. Поэтому пришлось устанавливать факичные линзы — это как очки, но только стекляшки вставляют внутрь глаза, перед хрусталиком. Подробнее об операции я рассказал в другом материале.

В итоге на операцию ушло почти полмиллиона рублей. На счете уже не было красивой круглой суммы, но сильно я не расстраивался: я наконец-то стал видеть своими глазами и избавился от мигреней, плюс у меня все еще оставалось полмиллиона.

Но беда не приходит одна. Началась череда проблем со здоровьем сначала у мамы, а потом и у меня. Зарплата уходила на дорогущих стоматологов и других врачей, так что деньги я практически не откладывал. А потом я женился, и нам с женой предстояло сделать ремонт в нашей совместной квартире. Мой брокерский счет опустошился окончательно.

Я испытывал смешанные чувства. С одной стороны, мое качество жизни заметно улучшилось: я поправил здоровье, помог маме и сделал ремонт. С другой стороны, мечта о ранней пенсии отдалилась лет так на пять. Мне не давали покоя мысли о сложном проценте, который я потерял: мол, с миллиона на счете я мог бы каждый год иметь 100 тысяч прибыли и увеличивать капитализацию своего портфеля. А теперь я как будто бы лишился не только своих денег, но и этого воображаемого дохода.

Собравшись с силами, я решил не отчаиваться. В конце концов, за 5 лет я накопил миллион. А теперь у меня была и зарплата больше, и знаний больше, так что я должен был справиться быстрее.

Как я чуть не сошел с ума и не отказался от FIRE

Потеря миллиона все-таки повлияла на меня сильнее, чем я думал. Чтобы накопить новый миллион, я стал ограничивать себя в развлечениях и путешествиях. Не то чтобы это было суперсложно: как раз началась пандемия, так что я сидел дома и кайфовал от того, какой я экономный.

Иногда я мог побаловать себя доставкой какой-нибудь вкусной еды, но глобально я ни на что не тратился, а закидывал почти всю зарплату на счет. В какой-то момент это стало настолько привычно, что, когда я оставлял часть зарплаты себе на хотелки, мне казалось, будто я ворую у себя из будущего. Словно оттягиваю тот счастливый момент выхода на раннюю пенсию и обрекаю себя на страдания.

В итоге буквально за два года я снова накопил миллион рублей. Но мои одержимость и экономность не очень нравились жене: она скучала по путешествиям и развлечениям. Поэтому после долгих разговоров мы купили у знакомых старую, но в хорошем состоянии машину за 450 тысяч — чтобы путешествовать по России, пока из-за коронавируса закрыты границы.

Мне морально тяжело давались траты и на машину, и на путешествия. Хоть новые города и впечатления дарили мне положительные эмоции, каждый раз, когда я платил за отель, ресторан или бензин, червячок в голове говорил: «А мог бы сидеть дома, ничего не тратить и откладывать деньги на счет, чтобы они умножались сложным процентом».

Все изменилось в конце 2021 года. Мы как раз возвращались из очередной поездки, и я вез подарок на день рождения лучшего друга. Но по прибытии оказалось, что друг погиб: заснул в заведенной в гараже машине и угорел.

Смерть друга стала для меня полной неожиданностью. Мы были почти ровесниками, я не собирался умирать — значит, и он должен был жить. А раз умер он, то могу умереть и я. Это откровение изменило все: раньше мне казалось, что я обязательно доживу не то что до ранней пенсии, но и до обычной. А теперь я не был уверен, что доживу до завтра.

Помню, как меня стало бросать в легкую панику от некрологов в СМИ. Мол, умер очередной актер в возрасте 50 лет. И сразу мысль в голове: а я ведь прожил уже больше половины этого возраста. А мой друг и до него не дожил. Было страшно.

На этом фоне у меня началась депрессия — не ванильная, когда грустно и хочется укутаться в плед, а прямо клиническая. Чтобы заглушить тоску и чувство собственной смертности, я стал больше тратить: обжирался фастфудом, покупал себе гаджеты и видеоигры, которые даже не запускал. Зачем откладывать, если я могу не дожить до момента, когда потрачу деньги? Иногда я даже снимал деньги с брокерского счета, но с зарплаты пополнял его обратно. А вскоре вообще перестал пополнять.

А потом наступил февраль 2022 года. Это не только добавило негатива в копилку депрессии, но и как будто поставило крест на российском движении FIRE.

На рынках начался кошмар, но этот движ меня встряхнул. Я понял, что сейчас происходят исторические события, которые дают мне, как инвестору, уникальный шанс закупиться дешевыми активами на долгосрок.

А благодаря жене, врачам и антидепрессантам мне удалось прийти в норму. Я снова стал с оптимизмом глядеть в будущее, даже несмотря на окружающий кошмар.

Как я придерживаюсь FIRE в постсанкционной России

Я снова откладываю минимум половину зарплаты и строго запретил себе снимать деньги с брокерских счетов. Зато вторую половину я трачу на абсолютно любые хотелки и ни в чем себя не упрекаю. Так я нахожусь в балансе между жизнью сейчас и накоплениями на пенсию.

Как только я получаю зарплату или аванс, тут же откладываю половину. Затем из отложенной половины я перевожу 16 тысяч на ИИС. За год как раз выходит около 400 тысяч — это максимальная сумма, с которой можно получить вычет. Я специально не пользуюсь автоинвестированием: перевод денег — важный ритуал, который помогает фокусироваться на цели.

На ИИС я покупаю только российские облигации. Правда, в последнее время из-за роста ставки предпочитаю вкладываться в фонды ликвидности: они размещают деньги в максимально краткосрочных инструментах. Благодаря этому фонд оперативно реагирует на изменения ставки ЦБ: ставку поднимают — доходность фонда растет. Ближе к завершению цикла роста ставки планирую переложиться в длинные ОФЗ.

После того, как закончил с ИИС, распределяю оставшиеся деньги между акциями России и Китая. Сейчас в рублях у меня 70% портфеля, еще по 15% в юанях и гонконгских долларах. В будущем хочу увеличить долю китайских валют до 50%. После этого планирую в равных долях покупать индексные фонды на Россию и Китай. Если на российских биржах появятся фонды на Индию, то буду покупать и их тоже, верю в потенциал этой страны.

Я не боюсь покупать акции Китая и России, несмотря на политические и экономические риски. А вот инфраструктурные держу в голове — но о них расскажу позже.

По статистике, инвесторы, которые начинали инвестировать во времена кризисов и обвалов рынка, быстрее достигали своих целей. Ведь стратегия любого инвестора, особенно пенсионного, — купить активы дешевле, а продать их дороже.

Как молодому инвестору, мне выгодно, чтобы рынки оставались дешевыми как можно дольше. Ведь свой основной капитал я сейчас получаю не от роста акций, а от зарплаты. И в моих интересах покупать на зарплату больше акций по меньшей цене. В свое время многие американские ранние пенсионеры смогли накопить капитал за 5—7 лет именно благодаря покупке акций после обвала в кризис 2007—2009 годов.

К марту 2009 S&P 500 упал более чем на 50% от пика. К марту 2013 акции полностью восстановились в цене и выросли где⁠-⁠то на 130% от минимума. Самые ярые адепты FIRE в те годы тратили всю зарплату на покупку акций США. Источник: TradingView
К марту 2009 S&P 500 упал более чем на 50% от пика. К марту 2013 акции полностью восстановились в цене и выросли где⁠-⁠то на 130% от минимума. Самые ярые адепты FIRE в те годы тратили всю зарплату на покупку акций США. Источник: TradingView

Мне кажется, российский рынок сейчас переживает похожую историю. Индекс Мосбиржи упал с рекордных 4300 пунктов в октябре 2021 года до 1900 пунктов в октябре 2022. С тех пор он вырос почти на 70%, до 3200 пунктов в ноябре 2023. И если индекс продолжит восстанавливаться к своему максимуму, то можно ожидать роста еще на треть.

Риски геополитики повлияли и на китайские индексы. Например, индекс Гонконгской фондовой биржи Hang Seng за тот же срок тоже упал в два раза, но, в отличие от нашего индекса, толком и не восстановился.

Как вы могли заметить, я не храню деньги в долларах и не инвестирую в акции США. Я вижу инфраструктурные риски и риски в экономике США: да-да, вы видели тот самый госдолг? Похожая ситуация и в странах Евросоюза.

Конечно, будущее предсказать практически невозможно. Но когда я представляю себе мир через 10—15 лет, я вижу больший вес России и Китая в мировой экономике и меньший вес США.

Как я адаптирую стратегию, если россиянам ограничат доступ ко всем иностранным акциям

Буквально во время работы над этим материалом США ввели санкции против СПб-биржи. Мои акции в юанях и гонконгских долларах оказались заморожены. Биржа заявила, что это временно и активы инвесторов не пострадают. А вот долларовыми активами, скорее всего, торговать больше не получится — не зря я в них не вкладывался.

Если Гонконг окажется не такой «дружественной» юрисдикцией, как нам рассказывали, россияне лишатся доступа к одному из крупнейших рынков акций, и диверсифицировать портфель станет намного сложнее. Конечно, профессиональные инвесторы всегда найдут обходные пути: например, откроют счет у иностранных брокеров или вообще сменят гражданство. Но я пока не готов к таким маневрам.

Если с санкционной СПб-биржей никто не захочет сотрудничать, и удобных альтернатив для доступа к иностранным акциям не появится, придется менять стратегию. Буду диверсифицироваться не по странам и валютам, а по классам активов, чтобы не зависеть от одних только российских акций и облигаций.

Скорее всего, придется обратить внимание на криптовалюту — сейчас я в нее не вкладываюсь из-за высокой волатильности и больших рисков. Но в гипотетическом санкционном будущем простая покупка биткоина выглядит уже не так плохо — 10% портфеля ему выделить можно. А вот во всякие ICO и криптостартапы я вряд ли буду вкладываться.

Еще я всегда был противником инвестиций в недвижимость: зачем покупать квартиру и сдавать ее с доходностью в 4% годовых, когда даже вклады приносят в два раза больше? Зато теперь я стал присматриваться к ЗПИФ на недвижимость: организаторы фонда договариваются с застройщиком, получают скидку на пул квартир, привлекают инвесторов, дожидаются окончания строительства, продают квартиры дороже, прибылью делятся с инвесторами.

Такие фонды не создают денежный поток, а еще в них низкая ликвидность: их практически невозможно продать «в рынок» и быстро вывести деньги. Зато они отлично подходят для долгосрочных вложений, пока инвестор еще не вышел на раннюю пенсию и ему не нужны регулярные выплаты. На ЗПИФ недвижимости я бы выделил от 10 до 25%.

Последний класс активов, который я добавлю, если придется искать альтернативы иностранным акциям, — это коллекционные предметы. В мире, где доверие к виртуальным ценным бумагам потихоньку теряется, хочется иметь что-то дорогое и физически ощутимое.

Конечно, можно купить слиток золота или серебряную монету, но это больше способ сбережения денег, чем заработка. Да и звучит как-то скучно. А вот коллекционные виниловые пластинки, наборы Lego или кроссовки могут принести инвестору сотни процентов прибыли. Возможно, на ранней пенсии у меня как раз появятся и время для таких инвестиций, и деньги, которые будет не жалко вложить.

Какие риски я вижу для российских FIRE-инвесторов

Когда я только начинал инвестировать, то планировал накопить 10 млн рублей. По задумке, я получал бы с них примерно миллион рублей в год процентами. Половину бы тратил на себя, а половину бы реинвестировал. В 2012 году я наивно полагал, что экономика России укрепилась и среднегодовая инфляция в стране вряд ли превысит 5%.

А потом пошли санкции, пандемии и уроки политинформации. Инфляция в некоторые годы достигала двузначных чисел. Стало понятно, что к моменту выхода на раннюю пенсию 10 млн может не хватить. Да и показывать доходность выше инфляции стало сложнее.

Все кризисы рано или поздно заканчиваются. Мне хочется верить, что скоро закончится и текущий. В конце концов, я не планирую релокацию, а мои цели выражены в рублях и свое будущее я вижу в рублевой зоне. Да и зарплату я получаю в рублях за то, что пишу статьи на русском языке.

Экономика России показывает себя неплохо, несмотря на огромное количество санкций. Возможно, санкции наконец-то подстегнут производство внутри России: говорят, потихоньку строят новые заводы и повышают зарплаты рабочим.

С другой стороны, если в Россию регулярно будет заходить двузначная инфляция, это может негативно сказаться на реальной доходности портфеля. Например, инфляция в 2022 году составила 12%, а значительную часть года ставка ЦБ и доходность надежных облигаций была меньше 10%.

Если такие кризисы выпадут на период пенсии, то накопленного капитала может не хватить на комфортную жизнь. Придется снижать сумму изъятия или устраиваться на работу.

Что в итоге

Стратегия FIRE предполагает, что инвестор будет откладывать значительную часть зарплаты — как минимум половину, а желательно еще больше. Но, как я понял на своем опыте, радикальная экономия может негативно сказаться на психике. Лучше использовать другой метод: половину полученных денег сразу отправлять на счет, а другую половину тратить на все, что душе угодно. Так получится соблюдать баланс между жизнью сейчас и накоплениями на будущее.

В России движение FIRE актуально до сих пор, несмотря на санкции и кризисы. Ведь основной смысл не в покупке иностранных акций, а в заботе о своем будущем через разумные ограничения в настоящем. Хотя без иностранных бумаг диверсифицировать портфель будет сложнее: придется использовать нетрадиционные инструменты или искать способы обойти санкции.

Есть вопросы про FIRE или хотите покритиковать мою стратегию? Жду вас в комментариях:
Комментарии проходят модерацию по правилам журнала
Загрузка

Сообщество