«В голове была каша»: 5 историй о том, как дети адаптируются к учебе за границей

«В голове была каша»: 5 историй о том, как дети адаптируются к учебе за границей

Опыт читателей

30

Эмиграция — это непросто. Особенно для школьников, которым после переезда пришлось учиться на местном языке.

Читатели Тинькофф Журнала рассказали, как курсы, местные няни и спорт помогли их детям или им самим освоиться в другой стране.

Это комментарии читателей из Сообщества. Собраны в один материал, бережно отредактированы и оформлены по стандартам редакции.

Лейбл заголовка
ИСТОРИЯ № 1

«Боялась, что, когда математика будет еще и на другом языке, мы затонем, как „Титаник“»

Страна: Латвия
В каком классе учатся дети: во втором и четвертом

Переезд. В апреле 2022 года мы эмигрировали с сыновьями 8 и 10 лет из Москвы в Ригу. Раньше я работала в Латвии, у меня здесь остались коллеги и знакомые. Плюс в стране многие говорят на русском языке — я думала, что детям так будет проще адаптироваться.

Переезд был совершенно не спланирован. У детей даже не было загранпаспортов — мы делали их в ускоренном режиме. Оформляли нотариальное разрешение от отца на выезд. Визы пришлось делать в греческом консульстве, потому что Латвия перестала выдавать их россиянам. Получив документы, на следующий же день мы выехали на поезде из Москвы в Санкт-Петербург и уже оттуда на машине добрались до русско-латвийской границы.

Оказалось, что в Риге снять квартиру с детьми не очень просто. Мы сначала остановились на две недели у одной подруги, потом на две недели — у другой. В августе мне удалось арендовать жилье.

Выбор школы. После переезда дети окончили первый и третий класс в онлайн-школе. Учиться в ней они начали еще в Москве, потому что туда мы переехали из Нижнего Новгорода и не нашли место для учебы без прописки.

С двумя детьми организовать удаленный формат учебы очень сложно: нужно поставить два компьютера и контролировать, чтобы оба занимались. Это трудно — особенно с младшим, который раньше никогда не учился в школе. Однажды я отошла приготовить обед, и, когда вернулась в комнату, ребенок уже занимался совсем другим делом, а урок шел параллельно. Поэтому в Латвии искала очную школу.

Изначально думала отдать детей в русскоязычную школу, но, во-первых, в Латвии такие учебные заведения постепенно ликвидируют и переводят на латышский язык. Во-вторых, по наблюдениям других родителей, хотя в первый год детям бывает сложно, они быстро адаптируются — а это полезно, если мы останемся в стране.

В итоге выбрали школу по совету коллеги — у него самого шестеро детей, двое из которых туда ходили. Riga Central Art and Crafts Primary School — одна из лучших латышских школ. У нее художественный уклон, а сыновья любят творчество. Это как подготовительная ступень для поступления в латышскую Академию искусств. После девятого класса дети уже решат, чем будут заниматься дальше.

Весной я пошла в эту школу договариваться об устройстве детей. Сначала мне пообещали, что их зачислят без проблем, позвали на собеседование в августе. Но при встрече меня ждало разочарование: сказали, что детей все-таки не примут, поскольку они не говорят на латышском. Я очень расстроилась. И, видимо, директор поняла степень моего огорчения: она сказала, что соберет учителей и спросит, готовы ли они взять в классы русскоговорящих детей, потому что это усложняет работу педагогам. Большинство учителей — латыши из того поколения, которое хорошо владеет русским языком. Но программа все равно на латышском, а мои дети языка тогда не знали и никогда не учили.

Учителя посмотрели на мое грустное лицо — в общем-то, я так же чувствовала себя в Москве, когда меня посылали изо всех школ. Показала рисунки мальчиков, сказала, что они вяжут и вышивают. Мне сказали: «Да, наверное, вам лучше всего пойти к нам, раз у вас такие художественно заинтересованные дети», — и сыновей приняли.

Учеба в школе бесплатная. Для поступления требовались наши персональные коды (ID) и документы, подтверждающие, что мы соискатели политического убежища.

Изучение языка. С сентября дети пошли учиться на латышском. Уже на второй день младший сын сказал после школы, что у него появился друг. Я спросила, говорит ли он по-русски. Ответил, что нет. Но как-то они общаются. Кажется, младшему ребенку даже проще найти контакты с латышскими детьми, чем старшему.

У старшего в окружении скорее дети, которые говорят на русском языке, — в январе на день рождения он пригласил 20 человек. Со многими он познакомился в Украинском культурном центре, который очень помог нашей семье в эмиграции. Даже в Москве у детей не было столько друзей.

В школе действует адаптационная программа для иностранцев. Вместо занятий по латышскому языку и литературе мальчики ходят на занятия с педагогом, где изучают основы языка. У каждого из них в группе еще по русскоязычной девочке из Украины, так что работают они в парах.

Прогресс в освоении языка есть. Пока мальчики еще не говорят на латышском, но именно понимания речи уже достигли. На новогодние праздники я приходила в школу и общалась с педагогами. Учительница старшего сына сказала: заметно, что он уже все понимает.

Образовательная программа. У мальчиков, особенно у старшего, были проблемы с математикой — я боялась, что, когда она будет еще и на другом языке, мы затонем, как «Титаник». В августе старший сын начал заниматься дополнительно с русскоязычным преподавателем — когда он пришел в школу, то даже немножко перегнал программу.

А по английскому он очень отстает. Здесь такая среда, что многие говорят на нем, это язык молодежи. Когда есть время, я сама пытаюсь помочь ребятам с изучением английского.

С остальными предметами у детей нет особых проблем. В конце учебного полугодия старший сын принес табель: по десятибалльной системе у него только две шестерки, остальные — семерки, восьмерки и девятки.

У младшего еще нет оценок, ему ставят какие-то буковки — я и сама пока не разобралась, что они означают. Спрашивала у учителя, все ли нормально, она сказала, что да.

Совет для тех, кто собирается переезжать. Я не жду от детей каких-то чудес. Первый год пусть учатся как хотят, лишь бы просто адаптировались в школе — мне кажется, адаптироваться детям не менее сложно, чем взрослым, — и выучили язык.

Я сама учу латышский, и, когда дети видят, что это делает взрослый человек, они совсем по-другому относятся к освоению языка. Бывает, мальчики приходят из школы и говорят: «Мама, а ты знаешь, как на латышском будет это?» Я отвечаю: «Не знаю», — и они мне объясняют. Понимание, что они могут что-то знать лучше взрослых, очень им нравится. При этом они видят, что я стараюсь, и тоже хотят удержаться на этой планке. Мы много переезжали и хотим сейчас закрепиться на одном месте.

Лейбл заголовка
ИСТОРИЯ № 2

«Через три месяца он стал говорить на местном языке»

Страна: Черногория
В каком классе учится ребенок: в четвертом

Переезд и выбор школы. Мы переехали в Черногорию четыре года назад с мужем и сыном. Ивану было шесть лет, и хотелось, чтобы он получил хорошее школьное образование. Страну выбирали сознательно: здесь достаточно безопасно, хороший климат.

За лето объездили всю Черногорию и выбрали городок Херцег-Нови. Сняли квартиру в удобном месте: пять минут до пляжа, три — до школы, четыре — до больницы, пять — до магазина.

Сын поступил в первый класс без каких-либо проблем. Мне говорили, что в школы здесь берут всех детей, даже без вида на жительство. Образование в Черногории бесплатное.

Мы предоставляли свидетельство о рождении Вани, ВНЖ родителей и ребенка и медицинскую справку, которую легко получить в местной поликлинике после осмотра. Показали также медкарту из России, чтобы не делать повторно прививки, оказалось важно перевести их названия. Медицинские документы успели оформить за лето перед началом учебного года.

Образовательная программа. Черногорские классы небольшие, по 15 человек. Правда, в школе много параллелей и дети учатся в две смены. Неудобство в том, что смены назначаются понедельно: неделю учимся в первую смену, с 07:30, неделю — во вторую, с 11:30.

В школу в Черногории идут с шести лет и оканчивают ее в 18—19: после девяти общеобразовательных классов у детей еще три года учебы со специализацией на техническом, естественно-научном или гуманитарном направлении.

В первом классе один из главных предметов называется «игра и общение» — на нем детей учат общаться со сверстниками, слушаться взрослых, рассказывают об отношениях между родственниками. Этот предмет сохраняется до четвертого класса.

Первые полгода ученики началки ходят на пляж или на экскурсию по городу раз в неделю вместо уроков. Со второго полугодия начинаются математика и чтение. Оценки вообще не ставят, поэтому программа первого класса очень легкая, можно идти без знания языка — научат.

Английский здесь преподают со второго класса, школьники не боятся на нем говорить. Оценки до третьего класса ставятся за полугодие: «освоил», «примерно освоил» и «не освоил». Сейчас Ваня уже в четвертом классе, круглый отличник. Со следующего года у него начнется второй иностранный язык.

Детям нравится учиться, и мне кажется, что школьное образование в Черногории очень хорошее. Выбор вузов в стране небольшой: медицинский, художественный факультет и школа моряков. Но выпускники школ легко поступают в университеты по всему миру и потом находят работу.

Изучение языка. Вскоре после переезда, чтобы устроить сыну полное погружение в языковую среду, мы нашли черногорскую няню, которая не говорила по-русски. Это был непростой момент, потому что местные не очень любят работать с приезжими. Мы ее долго уговаривали, она нас выбирала. Сказала: «Я посмотрю на ребенка».

У няни большая семья: муж, жена, бабушка, два старших брата, им 16 лет и 21 год. Ее отговаривали, что мы приехали на время, а она привяжется к ребенку и после отъезда будет переживать. Но мы сказали, что останемся здесь навсегда. В итоге Ваня стал приходить к няне в семью, все подружились.

Она сразу взяла сына в оборот. Утром у него была школа, потом — плавание, рисование, драмкружок и друзья во дворе. Она его приводила и говорила на черногорском: «Знакомьтесь, это Иван, это Стефан, дружите». Через три месяца ребенок стал говорить на местном языке.

Один раз нам сказали: «Вы его что, усыновили? Он же черногорец, а вы русские».

Так свободно Ваня говорит на черногорском.

Благодаря няне мы с мужем тоже вскоре освоили язык. Сейчас она уже не няня, а гувернантка: помогает ребенку делать уроки, водит на секции. Она не стала членом нашей семьи — это мы считаемся членами ее семьи. Мы породнились: ее сын стал крестным отцом Вани. Здесь это очень важно.

Совет для тех, кто собирается переезжать. Черногория — очень патриархальная страна. Здесь традиции зачастую важнее, чем юридические основания, а многие бытовые вещи можно решить через знакомых. Чтобы хорошо жить, нужно ассимилироваться, выучить язык. Родные нашей няни помогут нам в любой ситуации. Мы не думали, что все так обернется, но так случилось — теперь мы одна семья.

Лейбл заголовка
ИСТОРИЯ № 3

«Здесь понимают, что ребенок может быть в чем-то сильнее, а в чем-то слабее — и это нормально»

Страна: Сербия
В каком классе учится ребенок: в четвертом

Переезд. Мы переехали в Сербию в начале апреля 2022 года с мужем и девятилетней дочкой Мирой. В 2016 году мы уже были здесь, и нам понравилось.

Перед отъездом у нас было больше месяца на подготовку. За это время мы сделали основные документы, в том числе доверенность на родственников, подготовили к переезду собаку, предупредили школьных учителей, что уезжаем.

Мне удалось договориться, что несколько месяцев Мира будет доучиваться дистанционно в прежней школе, а домашние задания — выполнять под моим присмотром. Так ее аттестовали за второй класс. Когда учебный год закончился, бабушка по доверенности забрала из школы личное дело дочери.

После переезда навалилось столько вопросов, которые нужно было решать, что поиском школы мы занялись не сразу. Летом нашли репетитора по сербскому языку, Мира выучила минимальный набор слов. После того как мы получили ВНЖ, она пошла в сербскую школу — хотя, говорят, здесь детей принимают и без этого документа.

Выбор школы. Первые полгода мы жили в небольшом городке в десяти километрах от Нови-Сада, там была только одна школа. Понравилось, что классы относительно небольшие — по 23 человека. Еще там с пятого класса преподают русский язык. Я понимала, что, раз русский там хоть кто-то знает, учиться дочери будет полегче.

Это обычная государственная школа, где абсолютно любой ребенок может получить бесплатное образование. Чтобы в нее устроиться, достаточно прийти и изъявить желание учиться. Я читала в чатах и слышала от знакомых, что эмигрантам нужно заранее подготовить или перевести школьный аттестат, это называется «нострификация». Мы этот этап пропустили, и нас приняли так.

Мы пришли в школу 31 августа. Нас встретил преподаватель по русскому языку, он был нашим переводчиком. Принесли кучу документов: личные дела, медицинскую карту. Но у нас взяли только копию паспорта — и больше ничего. Мне сказали: «Успокойтесь, ребенок зачислен. Ваша дочка пойдет в четвертый класс, в котором есть две русскоязычные девочки». Мы говорим: «Как в четвертый? У нас ребенок окончил только два класса».

В России дочь пошла в школу на год позже. Оказалось, что в Сербии распределение строго привязано к году рождения, поэтому Миру могли взять только в четвертый класс. Я растерялась: это другой язык, другая программа. Я вообще не представляла, как мы со всем этим справимся. Но учитель и администрация успокаивали: «В каждом классе начальной школы каждый год повторяется одно и то же, дети все быстро схватывают, не переживайте, мы будем всячески помогать». В тот день мы ушли с мыслями: «Ничего себе! Что это сейчас произошло?»

Образовательная программа. Дочь пошла в школу с очень плохой подготовкой: не знала языка и не была знакома с местной программой. Чтобы оценить ее уровень, некоторые учителя, например по природоведению, тестировали ее на русском. Мира выполняла задания, они переводили ответы на сербский и проверяли.

Кроме сербского языка, большая сложность у дочери была с математикой. Пришлось срочно учить таблицу умножения. Хорошо, что на «Ютубе» есть ролики по школьной программе. Например, посвященные делению в столбик. Я уже не помню, как это делается, и мы открывали 15-минутное видео на русском, чтобы понять, что требуется.

Были трудности и с английским. В России дочь учила его со второго класса, а здесь его начинают преподавать уже первоклассникам. Английский подтягиваем своими силами: у меня он, в принципе, неплохой.

Сейчас мы переехали из того маленького городка в Нови-Сад, но дочь осталась учиться в прежней школе. Она ездит туда на автобусе, дорога занимает полчаса в один конец — мы с ней это обсудили, дочка была согласна. Нас с мужем это тоже устраивает.

Нам нравится школа и ее философия: «Успокойтесь, все нормально. Что не знает, то узнает».

В Сербии другое отношение к детям. Если в российских школах считают, что ученики должны знать все, то здесь понимают, что ребенок может быть в чем-то сильнее, а в чем-то слабее — и это нормально. В конце триместра учительница не просто выставляет оценку, а пишет отзыв по каждому предмету: что получается, а что нет, на что обратить внимание.

Изучение языка. Нам очень повезло, что у Миры в классе были две русскоговорящие девочки: одна переехала сюда с семьей восемь лет назад, а у другой отец преподает русский. Дочку сажали за парту с кем-то из них, они ей все переводили, помогали, подсказывали.

Еще одна удача в том, что наша учительница пишет учебник по сербскому языку для детей-иностранцев и стала обкатывать на Мире свою программу. Первое время она занималась с ребенком дополнительно, а на уроках давала облегченные задания.

За пять месяцев дочь более-менее освоила сербский язык. Видимо, если каждый день проводить по пять часов в языковой среде, то это происходит само собой. Недавно одноклассник приглашал Миру на день рождения, где были только сербские дети. Я знаю, что у них свой чатик, где они переписываются. Дочь периодически прогоняет что-то через переводчик, а что-то пишет сама.

Недавно в нашей жизни нарисовался новый переезд. Вероятно, после этого учебного года мы поедем в другую страну. Поэтому сейчас приняли решение учить язык, который будет нужен дальше, — английский.

Совет для тех, кто собирается переезжать. Заранее учить язык — это главный совет, который можно дать эмигрантам. Нам повезло, что дочери в школе пошли навстречу, но так происходит не всегда.

В период адаптации важно не давить на ребенка, не требовать от него супероценок. Пусть справляется на своем уровне, а если что-то не получается — обращается за помощью. Сейчас очень много дополнительных материалов в интернете — ими тоже можно пользоваться.

Лейбл заголовка
ИСТОРИЯ № 4

«Не хотелось лишний раз что-то говорить в классе, чтобы остальные потом шептались»

Страна: США
В каком классе учится: в девятом

Переезд. Мой отец выиграл грин-карту и уехал в Америку на учебу, это было его второе высшее образование. После окончания университета он получил гражданство для себя и своих детей — меня и моих старших брата и сестры.

Наша семья жила в России, но мама часто ездила в США и брала меня, брата или сестру с собой. Сестра в итоге поступила в американский колледж.

Мы с мамой и старшим братом эмигрировали в феврале 2022 года. Брат тоже собирается учиться здесь в колледже, а папа работает в России и иногда навещает нас.

Я с раннего детства играл в хоккей и мечтал строить спортивную карьеру в США — играть в НХЛ.

Выбор школы. Первые полгода я жил в Бруклине и учился в российской школе онлайн — оканчивал восьмой класс. В это время мы искали хоккейный клуб, неподалеку от которого была бы хорошая школа. В мае определились с клубом, он находится в Мидлтауне, Нью-Джерси. В начале июня я подписал контракт, в середине июля начались тренировки с командой.

В этом районе две школы: сильная и чуть похуже. Я выбрал ту, что посильнее, — «южную» школу Middletown High School South. Ее рейтинг по среднему баллу выпускников — 9,5 из 10. При этом во второй, «северной» школе был целый класс для эмигрантов — он называется English Second Language. Раз в неделю вместо урока истории у них стоит дополнительный английский. В моей школе немного иностранцев и никаких адаптационных программ нет, но я пошел на риск, чтобы получить более качественное образование.

Обучение в школе бесплатное. Единственное, обеды в столовой стоят около 25 $⁣ (1772 ₽) в неделю — но при желании еду можно приносить из дома и не платить.

В августе мы приехали искать квартиру в этом районе. Первые несколько недель пришлось пожить в отеле: приемлемое по цене жилье рядом с океаном найти непросто. В итоге с арендодателем удалось заключить договор на начало октября.

И это стало проблемой. В Америке важно жить в районе, к которому относится школа, иначе меня бы просто не приняли. К счастью, выручил сокомандник-американец, с которым мы успели познакомиться. Его семья приютила меня на месяц.

Администрацию школы устроило, что в сентябре я буду жить у друга, и я отдал им только договор аренды и адрес сокомандника. Теоретически они могли проверить, действительно ли я нахожусь там, но на деле никто не пришел. Мне было комфортно: утром мы вместе с другом ездили в школу, потом на тренировку, потом так же вместе возвращались домой.

Образовательная программа. В школах США учатся 12 лет, поэтому по логике я должен был пойти в десятый класс. Но был нюанс: для перехода в следующий класс у ученика должно быть накоплено определенное количество часов по предметам — кредитов. А у меня их не хватало по некоторым дисциплинам. В итоге меня отправили в девятый класс, где все на год младше.

Моя семья смогла договориться с русскоговорящей учительницей соседней «северной» школы, которая ведет класс для эмигрантов, чтобы та стала моим репетитором. Она же написала администрации моей школы пожелания и рекомендации: попросила, чтобы мне разрешили пользоваться переводчиком, иногда пересдавать тесты или получать их в электронном виде, чтобы переводить вопросы. Руководство школы согласилось.

На самих уроках английского языка не было особенно сложно: в США это напоминает литературное чтение, на котором мы обсуждаем книги. В основном это романы с довольно понятной лексикой, и выразить мнение мне не составляло труда. На математике я тоже почти все понимал: большинство слов там заимствованы из древнегреческого. Сложности были только в заданиях с формулировками вроде «перемножьте все множители». Некоторые темы я уже проходил в России, и на уроках в США просто отдыхал.

Самым сложным предметом оказалась биология. Там очень много терминологии, которую надо понимать, иначе информация просто проходит мимо. Кажется, по этой дисциплине процесс адаптации у меня никогда не пройдет окончательно, потому что все темы я учу заново.

Изучение языка. До переезда в Америку английский у меня был чуть лучше, чем нужно, чтобы сходить в магазин. Я мог что-то сказать, что-то объяснить, но словарный запас оставался очень маленьким. Мне помогли тренировки в команде после переезда: спустя полтора месяца моего уровня хватило, чтобы успешно пройти вступительное тестирование в школу. Но первое время все равно было очень сложно изъясняться. Не хотелось лишний раз что-то говорить в классе, чтобы остальные потом шептались: «Эй, а что он сказал?» — «А я не понял».

Поначалу было тяжело найти друзей в школе. В России я сидел семь-восемь уроков с одними и теми же ребятами, были друзья и знакомые, с которыми можно пообщаться на перемене. В США это работает по-другому: классы делятся на учебные группы, на математике со мной одни люди, а на биологии — другие. Перемен нет, между занятиями — пять минут, и этого времени хватает, лишь чтобы дойти до аудитории. Есть перерыв 40 минут на обед и домашнее задание — я не знал, чем себя занять в этот промежуток, когда ни с кем не общался.

Найти товарищей помогла школьная хоккейная команда, куда я вступил в дополнение к основным тренировкам. В США много внимания уделяют спорту. В моей школе сильным считается американский футбол, а в хоккее довольно слабые игроки.

Но когда ты попадаешь в спортивный коллектив и для своего возраста считаешься сильным, это помогает.

Сейчас на обеде я сижу со своей хоккейной командой. Мы общаемся между собой, шутим. Теперь этих 40 минут мне даже не хватает.

Совет для тех, кто собирается переезжать. Я бы посоветовал не бояться выполнять в школе письменные задания и по возможности общаться. За счет таких тренировок человек со временем начинает сразу производить мысль на иностранном языке, а не переводить сначала фразу в голове.

Еще важно помнить, что ты хочешь сказать. У многих мигрантов есть трудности: когда они четко этого не знают, то начинают запинаться и лить много воды. Тут проблема даже не в языке, а в формулировках.

А для семьи главное — знать, чего она хочет. Не зря говорят, что Америка — страна возможностей. Но важно интерпретировать этот слоган правильно. В ней много возможностей, но их не приносят на блюдечке. Их нужно искать самим. Никто не будет за вами бегать и предлагать присоединиться, например, к баскетбольной или хоккейной команде.

Лейбл заголовка
ИСТОРИЯ № 5

«Первые 10—15 минут я пытался понимать слова, созвучные с английскими»

Страна: Франция
В каком классе учился: в одиннадцатом

Переезд. С марта 2022 года я живу в Париже с мамой, у нас статус беженцев. Много лет назад она здесь училась, говорит по-французски, у нее осталось немало знакомых. На момент переезда я не знал языка вообще. Тогда мне было 17 лет, сейчас 18.

Поселились мы у друзей. В старых парижских домах на чердаках были комнаты для прислуги — я живу в бывшей такой комнате, которую переоборудовали под студию.

В России я оканчивал одиннадцатый класс, должен был сдавать ЕГЭ. Аттестата у меня не было, поэтому я собирался пойти во Франции в девятый или десятый класс. Идея учиться еще несколько лет не радовала, но без аттестата не поступишь в вуз. К тому же я понимал, что для начала нужно срочно выучить язык: и в школе, и в университете придется сдавать экзамены на французском.

Выбор лицея и вуза. С апреля по май я ходил во франко-английский лицей, куда меня записали через маминых знакомых. Изначально мы хотели договориться о поступлении на следующий год, но директор сказал, что я могу сразу же приходить на любой предмет свободным слушателем, платить за это не нужно. В лицее я ничего не сдавал, не писал никаких работ — просто слушал язык.

В июне я поговорил с моей российской школой об аттестате. Благодаря поручительству администрации смог получить его, не сдавая ЕГЭ. Мне очень повезло: если бы сдавал выпускной экзамен в парижском лицее, пришлось бы отвечать на вопросы по другой образовательной программе и на французском языке. Не очень представляю себе, как неноситель может подготовиться к такому за год.

В середине июля мы апостилировали мой аттестат и переправили во Францию. В сентябре меня приняли в парижский вуз Сорбонны на историю искусств и археологию. Никаких вступительных испытаний я не сдавал.

Обычно иностранцы при поступлении в вуз платят за запись около 300 €⁣ (22 773 ₽). Для поступления из-за границы кроме документов, удостоверяющих личность, нужен сертификат о знании языка DELF B2 — аналог английских IELTS или TOEFL — и переведенный на французский аттестат. Из-за статуса беженца мне компенсировали деньги за запись и приняли без сертификата.

Изучение языка. В первые месяцы я учил язык с репетитором и занимался практически каждый день. Самое сложное в изучении языка — начальный этап, когда ты учишься выделять из потока речи отдельные слова. Со временем вырабатывается привычка, когда каждый день слушаешь что-то на французском.

Спустя два месяца уроков с репетитором я стал ходить слушателем в лицей. Пары шли на французском — это была катастрофа. Я прихожу первый раз: утро понедельника, лекция по экономике, ее и по-русски воспринимать довольно сложно. И тут — я знаю базовый набор фраз, а на меня обрушился такой град.

Первые 10—15 минут я пытался понимать слова, созвучные с английскими, потом просто старался не заснуть. Три часа на абсолютно незнакомом языке — это очень тяжело. Я мог с таким же успехом слушать лекцию на китайском.

Образовательная программа в лицее и вузе. Чаще всего в лицее я ходил на предметы, который преподавали на английском. Этот опыт не сильно помог выучить французский, но я хотя бы избавился от иллюзии, что буду все понимать.

В России я учил немецкий, поэтому в лицее попробовал пойти на занятия немецким языком с французским учителем. Какие-то правила я помнил, что-то преподаватель по доброте душевной пытался объяснить на английском, но поскольку преподаватель был в нем не очень силен, то моментально переходил на французский. У меня в голове была каша из трех языков, которые я еще переводил на русский, и я чуть не сошел с ума.

В университете я все еще нахожусь в процессе адаптации, потому что до сих пор не очень свободно говорю по-французски. Когда делаю домашнее задание, пользуюсь переводчиком, чтобы не усложнять себе работу. На семинарах, если спрашивают и я что-то знаю, то говорю. Недавно сдавал экзамены.

Во Франции привыкли к большому количеству иностранных студентов.

Все в равных условиях, независимо от знания языка. Единственная скидка, которую предусматривает система, — это поле в бланке экзамена, которое указывает, что это работа не франкоговорящего студента. Проверяющий видит, что французский у автора работы — не родной. Дальше он уже сам решает, давать поблажку или нет. По ощущениям, как правило, на оценку это никак не влияет.

За семинары в первом полугодии оценки у меня примерно соответствуют средним по группе, в которой большинство — французские студенты. Но на экзаменах, где нужно написать развернутый ответ, мне требуется больше времени: за два часа я напишу значительно меньше, чем носитель языка.

Больше всего мне нравится история искусств. В российской школе хорошо преподавали гуманитарные предметы, и в некоторых темах я разбирался даже лучше, чем французы.

Чтобы меня просто не отчислили после первого курса, нужно, чтобы средняя оценка по всем предметам за оба полугодия была выше 10 из максимальных 20 баллов. Если не получится преодолеть этот порог, то сначала будет первая передача в июне, потом вторая в сентябре и лишь затем меня гипотетически могут отчислить. Так что вылететь довольно сложно.

Во французских вузах нет постоянных групп. С одними людьми хожу на один предмет, с другими — на другой. Да и в целом я не ставил себе цели общаться исключительно с французами. Языковой практики мне и так хватает, а учебе это вряд ли поможет: во французской системе образования каждый сам за себя. Но в университете я познакомился с русскоязычными студентами и общаюсь с ними. У нас одинаковые сложности, мы можем друг другу как-то помочь.

Совет для тех, кто собирается переезжать. Чтобы эмигранту быстрее адаптироваться, важно смириться с тем, что смысл образования для него изменится. Это скорее выживание. Не надо ожидать высоких оценок.

Моя цель сейчас — привыкнуть к языку, а не изучить историю искусства и археологию. Уникальных новых знаний пока я не получил. Все мои усилия направлены именно на то, чтобы удержать возможность учиться в Сорбонне. Уже после этого я, возможно, сфокусируюсь на образовательной стороне.

Приходилось адаптироваться к новым условиям и учить язык? Расскажите о своем опыте:
Комментарии проходят модерацию по правилам журнала
Загрузка
0

У няни большая семья: муж, жена - простите, это как?

18

Елена, и 2 старших брата 16 и 20 лет.

8

Елена, Шведы.

5
0

Кроме черногорской, истории про странных людей, которые в панике сорвались, а дети теперь это расхлебывают.

10

Улька, а отчего паника, разве что-то случилось?

1
0

Вот каким надо быть родителем, чтобы уволочь почти закончившего (но не закончившего) 11-й класс ребенка во Францию в статусе политического беженца? Где здравый смысл? Что у этой семьи здесь случилось такого, чтобы возникла необходимость валить прямо весной и не подождать хотя бы аттестат?

9
Сообщник

09.02.23, 05:24

Alexander, риск мобилизации, а ещё сына могли забрать на срочную службу. А ещё двери могли закрыть, как сейчас.

2

hlebushek, да конечно, сына сразу после 11 класса забрать на срочную службу. Призыв так-то осенью начинается, а аттестаты в июне получают. А мобилизовывать кого, мать что-ли? Объективно, это просто издевательство над ребёнком - отобрать возможность нормально выпуститься, нормально общаться со своими сверсниками, по сути, лишили его самого ценного года учёбы в школе.

4

Кирилл, про аттестат согласна, но ничего ценного в 11 классе кроме подготовки к поступлению объективно нет. На предметы, по которым человек не сдает егэ, абсолютное большинство забивает, а поступать в российский вуз парень явно не планирует

7

Alexander, у парня в итоге аттестат есть и в вуз он тоже поступил

7
0

В несколько историях фигурируют мамы с детьми, которые подали на беженство. Это как?

6
Герой Т—Ж

+4

09.02.23, 04:33

Shtan, вот да, тоже хотелось бы подробностей.

2
0

>> У няни большая семья: муж, жена, бабушка, два старших брата, им 16 лет и 21 год.

а няне самой тогда сколько? 14? ))

6
0

Первую историю вообще не поняла. Почему в Риге школа носит английское название? Зачем детям, учащимся в началке сразу художественный профиль? Может, из них инженеры вырастут. Миграция была из Москвы, пытаются получить статус политических беженцев, однако широко в украинском культурном центре общаются на русском?

5

Helena, в Украине полно русскоязычных

0
0

Не дать ребенку закончить 11 класс в России и сдать ЕГЭ это жёстко, могли бы его одного оставить в России, справился бы

5
0

Детей жалко, учиться, да еще и на иностранном языке, вот так вдруг.

4

Валерий, интересно, что вы зарегистрировались специально ради этого комментария

4
0

Жили работали, учились в Киеве. 24 февраля 22 года, нам "отменили" учебу. Возобновить ее смогли только через месяц в Польше. Адаптация происходит до сих пор. Язык учим до сих пор, и взрослые и дети.

1

Петров, факты будьте добры. Особенно про "стариков" и "беременных".

0

Сергей, это шутка была на основе тревожных комментаторов от туда, которые реально верят в этот бред.

0

Валерий, очень интересно Ваше мнение по остальному широкому кругу вопросов. Продолжайте, пожалуйста.

0

Валерий, Послушал бы я вас, если бы вас и ваших маленьких детей начали бомбить соседи в прямом смысле слова.

0

Сообщество